Страница 2 из 55
- Так вот он какой, защитник человечества - приятный женский голос раздался за спиной- Давай Потапыч, посмотри на него, достойный это кандитат, или ставим крест на человеческой цивилизации.
К моему страшному удивлению, причем к страшному в полной мере, а к удивлению, так наполовину, меня обошел настоящий бурый медведь. Ткнулся мокрым носом мне в лицо, обнюхал, внимательно посмотрел мне в глаза. Причем по-человечески так, как-будто хотел понять, что я за человек. Палец даю на отсечение, все равно не чувствую их. Затем глянул на женщину, которая была у меня за спиной и прорычал на своем медвежьем языке. Женщина вышла из-за спины и стала напротив. Хорошенькая, лет тридцати, со смешливыми глазами. Она тоже рассмотрела меня внимательно.
- Давайте Аркадий договоримся, что вы не сложите руки, и не будете вести себя глупо. Примите это, - она подчеркнула "это",- как данность. Помните, спасая себя, вы спасаете все человечество.
На языке скопилось столько вопросов, и я выпучив глаза пытался их произнести. Но язык, дохлой котлеткой отказывался мне повиноваться. Как назло, на корягу сел дятел и стал долбить ее в поисках личинок. Монотонный звук бил прямо в мозг.
Я проснулся. За рулем своей Нивы, на злополучной заправке, заросшей смертельными лианами. Глянул на ладонь. Из нее уже торчал нормальный росток, этой лианы, с полметра. Иголки еле обозначились на стебле. Словно самое мерзкое существо на земле, я выдернул эту гадость из своей руки, и открыв форточку, бросил на асфальт. Взгляд невольно упал на жуткую тварь, которая ползала под моей машиной. Если честно, все волосы на моем теле зашевилились. Никаких аналогий с известными животными. Помесь змеи, сороконожки и броненосца. Длинное, около трех метров, нечто, покрытое костным панцирем, разделенным на пятисантиметровые сегменты. Оно извивалось подобно змее, но двигали ее ножки, бледно-белые острые ножки. Нечто очень шустро перебирало своими ножками, извивалось и издавало шум пластинами панциря. Омерзение и страх захлестнули мое сознание. И оно почуяло меня, замерло, повертело одной стороной своего плоского тела, на секунду задумалось и молниеносно оказалось у моего лица. Я закричал как женщина оказавшаяся в одной комнате с мышью. Тварь своими ножками мертвого цвета скребла по стеклу. На стороне ее тела обращенной ко мне, оказалось несколько пастей с мелкими остренькими зубками. Все ее органы стучались и скреблись в мое стекло. Небольшие шипы, которые окружали пасти, оставляли липкий след на стекле автомобиля. Примерно через минуту я осознал, что кричу. Руки рефлекторно вцепились в руль, до белизны костяшек. Мне надо было успокоится. Руки удалось отцепить, но они все равно походили на парализованных крабов. Тварь настойчиво обстукивала стекло. Ее челюсти смыкались и размыкались. Ножки острыми копытцами отстукивали жуткий ритм.
Я глубоко вдохнул и выдохнул, еще пару раз повторил успокоительную процедуру. Осмотрелся в поисках ключа. Они валялись на полике под ногами. Я нагнулся поднять. Когда поднялся, твари уже не было. Не было видно. По жанру хоррора, тварь готовилась к внезапному появлению. Слева было чисто, справа насколько позволяла моя смелость тоже никого. В зеркале заднего вида тоже никто не отражался. Все, пора драпать из этой дыры. Никакой журналистский интерес не заставит меня сейчас искать ответы на вопросы. Я уж лучше дома, за чашечкой кофе с булочкой сочиню для Геннадия Петровича любой бред. Руки тряслись как у завзятого алкаша после трех недель беспробудного пьянства. Дурацкая привычка все ключи вешать на один брелок. От зажигания, как назло не находился. Шлеп, змееподобный броненосец, лег поперек моей Нивы. Прямо через крышу. Я видел его в оба боковых окна. От неожиданности, ключи вывалились из рук. Нецензурно ругаясь, я опять их нашарил у себя в ногах и принялся перебирать, в поисках заветного. Тварь, тем временем, что-то предпринимала. Она провернулась вдоль оси своего тела градусов на сто восемьдесят и стала похожа на спираль. Полотно прижалась к автомобилю и стала совершать возвратно-поступательные движения, как цепная пила. Машину заполнил жуткий скрежет. Я опять закричал, я кричал в свои руки, которые не могли найти нужный ключ. А когда они его нашли, кричал уже на ключ. Не с первого раза удалось попасть ключом в замок. Я повернул ключ, машина дернулась и заглохла. Так, черт сцепление не нажал. Собравшись, повторил пуск двигателя. Нива затарахтела, практически не слышно на фоне скрежета металла. Боковых зеркал уже не было в помине. Дермантиновая обшивка крыши лопнула и стали видны двигающиеся пластины. Я нажал газ и с визгом покрышек вылетел с заправки. На тварь это не произвело впечатления. Она подобно хищнику, настойчиво выцарапывала меня из панциря. Ее требовалось немедленно скинуть. Неровен час, могла случится техасская резня бензопилой. Впереди, на обочине дороги, стоял бензовоз. Я притер Ниву к его к его боку, и дал по газам. Машину дернуло, крыша вздыбилась рваными краями. Но тварь сорвало. В зеркале заднего вида было видно, как она извивалась, зацепившись за какую-то железку.
Все, назад, домой. Мама дорогая, я даже рассказывать никому не буду, что здесь творится. И вспоминать не буду. Может, этого и не было, вовсе, может у меня с головой не все в порядке. Приеду домой, приму ванну, достану коньяку из холодильника и все забуду.
Блажен, кто верует. Я несся по знакомой дороге обратно. Вот знакомая лесополоса, конец асфальта. Навстречу, клубя пылью, летела такая же Нива, как у меня. Когда до нее осталось метров тридцать, моя машина словно погрузилась в густое желе. Она резко сбросила скорость и не реагируя на газ, стала останавливаться. Встречная машина, почти поравнявшись со мной, вдруг исчезла. Я готов поклясться, что это была моя машина, и за рулем сидел я. А моя, потрепанная местной фауной, Нива, стукнулась в невидимую преграду и остановилась. Я упал на руль. В голове было пусто, ни страха, ни отчаяния, ничего. Хотелось верить, что это сон или временное помешательство. Возможно, тот хлопок и был инсультом. На самом деле я лежу сейчас в больнице Прокопьевки, парализованный, пускаю слюни, хожу под себя. А мой мозг, выкидывает такие вот коленца, чтоб мне скучно не было.
Дверь, покореженная тварью, никак не хотела открываться. Пришлось, как следует поддать плечом, прежде чем она, со скрипом и стоном, открылась. Снаружи машина выглядела, как консервная банка, открытая тупым ножом. Силища у этой твари неимоверная. А что если она и людей так распиливает. Бррр. Еще немного и я проснусь. Ну, не может такого существовать в принципе. Мы все-таки живем в мире, где изучен и систематизирован любой представитель флоры и фауны. Откуда им взяться в глухой Прокопьевке. И в любой части света, тоже вряд ли. Невидимое препятствие, в которое уперлась машина, существовало. Просто невидимая стена. Метров тридцать вправо и влево было тоже самое. Я вернулся в машину. Достал свою походную сумку, вынул оттуда ноутбук. Включил. Интересно, а модем здесь ловит. В томительном ожидании прошло минуты две, пока все подгрузилось. Кликнул на подключении. Черта с два. Нет регистрации доступной сети. Попробовал позвонить, на всякий случай, безрезультатно.
Дальше, плохо помню. Выключил ноутбук, телефон. Сел поудобнее, и впал в ступор. Наверно мозг исчерпал все варианты объяснимых с разумной точки зрения, случаев. И отключился, ввиду собственной бесполезности. Я провел в таком состоянии возможно час, а возможно день. Что характерно, если второй вариант, то ночи здесь не было. Привело меня в чувство, самое распространенное человеческое чувство - голод. Желудок начал урчать на разные лады и посылать сигналы в отключенный мозг. На что последнему пришлось включиться и озаботится пропитанием. Поесть или умереть, выбор звучал как-то так. Из местных закусочных я знал только одно место - автозаправку. Возвращение в это место вызывало несанкционированное передергивание плечами. Из аргументов "за", было то, что я знал, что меня там ждет. Из аргументов "против" было то же самое. Победил аргумент "бензовоз". Мою старушку требовалось заправить. А где еще набрать бензина я не представлял.