Страница 49 из 70
—
Здравствуйте, Денис, — сказал этот человек, — я же не мальчик, столько ждать, мне передали, что ты занят. У меня тоже время не казенное, у меня дела тоже безотлагательные, если не хочешь осложений, давай поговорим о долге.
—
Если я не ошибаюсь, ты гонец Шмайсера. Так вот, ступай обратно и передай своему патрону, что я ценю его чувство юмора, так и быть, устрою его клоуном в цирке, проводи к выходу.
В кабинете было еще пятеро: советник Матушки Борис Сумцов, один из компаньонов Величко в смокинге и при бабочке, но с внешностью беглого каторжника, и трое телохранителей Величко. Один дернулся к Роланду, тогда Кутателадзе высунул из-под мышки свой аргумент — пистолет-автомат Стечкина. Он ценил только русское оружие — просто и надежно.
—
Всем руки на стол, дебилы, к стене!
—
Похоже, у вас наклевываются неприятности, — улыбнулась Елена Александровна, глядя в забегавшие глазки Величко.
—
Удачное время для таких вопросов, — протарабанил напуганный всерьез Величко. Больше всего он боялся непредсказуемых людей.
—
Заткнись! — отрезал грузин. — Все к стене. Руки на стену.
Вдруг входная дверь распахнулась, и в кабинет вбежал, по-видимому, только что очухавшийся после недавней "беседы" с Роландом громила с увесистым "бульдогом". Роланд уложил его в упор, и все сразу поняли, что дело приняло серьезный оборот. Денис терялся
в
догадках, кто послал этого человека. Дешевка Шмайсер не осмелился бы, что нужно этой горилле?
Елена Родионова с интересом наблюдала за происходящим и с удовольствием отметила для себя очевидное — значит, в городе есть люди, плевавшие на авторитет Дениса. Она украдкой любовалась, глядя на разительные перемены в лице радушного хозяина, превратившегося из уверенного в себе мафиозного босса в загнанную лошадку неопределенной масти. Матушке даже понравилось, что она оказалась свидетельницей этой разборки, правда, действия грузина она тоже не могла объяснить, зачем он здесь? Кто за ним стоит? Это еще предстояло выяснить. Но то, что ей удастся выйти из этой заварушки целой и невредимой, для нее не вызывало сомнения. Она здесь не при делах. Хотя в то же время Матушка не могла взять в толк, почему грузин мешкает, логичнее ему было бы уйти после мокрого дела. Выстрел могли услышать внизу ее люди… Хотя раз их так долго нет, значит, Денис замуровал себя непробиваемой изоляцией?
Роланд, пустив здесь первую кровь, понемногу пришел в себя. И наконец обрел уверенность в том, что ввязался в неблагодарное дело по милости своего дружка Шмайсера. Этот прохиндей утверждал, что все будет по наезженной схеме, надо только напомнить клиенту про долг. Только поэтому Роланд осмелился идти один, без напарника. Если б он знал, что придется трусить такого "перца", взял бы с собой как минимум человек десять, а то и всю бригаду. Денис — крупная дичь, и Шмайсер знал это! Падло! А может… Роланд отогнал от себя тревожные мысли, нужно было что-то предпринять, но Роланда несло по течению…
—
Денис, — процедил грузин сквозь зубы, — я, кажется, ясно выражаюсь, лучше не шевелись, а той мой приятель поцелует твой лобешник.
—
Скажи, что тебе надо? — с некоторой дрожью в голосе вякнул Величко.
—
Заткнись, быдло, вопросы здесь задаю я. Говори, почему торчишь до сих пор, должок не возвращаешь. Людей сердишь!!!
—
Не знаю, кто, но кто-то сыграл над тобой злую шутку, — долгие минуты заставили Величко немного адаптироваться в новых условиях. Его голос окреп. — Денис Величко никому не должен, и если Шмайсер не в состоянии учиться на ошибках, то он за это ответит вместе с тобой.
—
Свой понт береги для своей дамочки, упырь лысый, мое дело предупредить. Если до завтра не рассчитаешься, я лично выпишу тебе ордерок в почетном квартале. Я все сказал, ариведерче, пупсик. — С этими словами Горилла выпорхнула за дверь.
—
За ним! — завопил Денис. — Догнать! Выпустить кишки!
Двое телохранителей кинулись в погоню. Они выбежали на улицу, оглядевшись по сторонам, пошныряли пару минут из угла в угол и с чувством исполненного долга поспешили вернуться к боссу, доложить, что грузин ушел. Тогда Величко приказал отыскать Шмайсера и Кутателадзе и оприходовать обоих.
Роланд Кутателадзе спустя полчаса после инцидента в ресторане "Метро" был в спортзале Олега Никанкина, где верные дружки в красках поведали, как Шмайсер кричит на всех переулках, что Роланд отбился от стаи. Догадка подтвердилась. По всей видимости, Шмайсер уже приготовился его отпевать. Кутателадзе, не помня себя от злости, выбежал из зала. Он знал, где искать своего шефа, пока еще шефа. И тот факт, что Шмайсер угодит в свитую собственными руками паутину, был делом считанных часов.
Роланд скоро разыскал Шмайсера, которому суждено было умереть именно в том месте, где он получал больше всего удовольствий — в заведении Мамаши Рейхель. Пять меблированных комнат сплетались в узел в просторном коридоре, выполняющем все функции подряд: бар, гостиная, приемная, администраторская. Здесь преждевременно состарившаяся Рейхель встречала постоянных клиентов и провожала их в "нумера". Здесь Шмайсер был всегда желанным гостем. Мамаша Рейхель знала, что у этого худощавого шатена водятся деньжата, а пропуском в ее заведение были не столько рекомендации завсегдатаев, сколько толщина кошелька. Никаких облав Мамаша не боялась. Те времена, когда она опасалась таких пустяков, безвозвратно ушли. В плане наличия крупных банкнот Шмайсер прослыл идеальным клиентом и даже, бывало, заказывал себе восьмерых, стоящих на штате у Мамаши, девушек сразу. Правда, была здесь и своя королева Марго, киска с амбициями, работавшая исключительно в одиночку. Количество клиентов для нее не имело значения.
Как раз в объятиях этой курочки застал Шмайсера Роланд. Когда Шмайсер сквозь вьющиеся пряди волос сидящей на нем девочки разглядел вошедшего в комнату Роланда, которого уже считал покойником, он издал непонятный звук, похожий на мычание. Роланд посчитал, что этот мерзкий звук будет последним, произнесенным из уст его бывшего патрона на этом свете. Отбросив девочку в сторону, он методично всадил в Шмайсера три пули. В гостиной он подошел к Мамаше и вручил ей тысячу долларов, четверть того, что сумел скопить небережливый Роланд за целый год работы на Шмайсера. За такие деньги она взялась бы захоронить всех погибших в годы второй мировой войны. А тут предстояла самая малость. К тому же не хотелось мамаше дурных сплетен вокруг ее заведения, только в последние полгода набравшего обороты. И в это благодатное время растерять всех клиентов?! Ну уж нет! Одного уже потеряла. Хотя, кто его знает, может, другого приобрела?..
Опустошенный Роланд стоял на бетонных ступеньках парадного входа и смотрел в пустоту. Он устал. Темно-красный "форд" плавно подкатил к подъезду и остановился прямо напротив Роланда. Дверца распахнулась, рука Роланда машинально скользнула под плащ…
— Только без глупостей. — В лицо Роланда смотрел короткий ствол
"узи". — Садись в машину и не дергайся.
Он залез в "форд", и крепкие ребята зажали его с обоих сторон, в две секунды обманали и забрали пистолет. Спустя минут пятнадцать машина остановилась возле белого особняка на Пушкинской. Его повели по длинным коридорам в просторный кабинет, обшитый красным деревом. Здесь Роланд увидел немолодую, но поразительно красивую и сохранившую свежесть женщину. Он узнал ее. Именно эту женщину он видел у Дениса Величко.
…Загадочная женщина притягивала Роланда как магнит. Было в ней что-то от дьявола, она внушала страх. Для Роланда это чувство было равнозначно уважению. С первых минут разговора Кутателадзе понял, что эта женщина ему не враг, она хочет, чтобы он на нее работал. Ни один мужчина не смог бы командовать Роландом, его независимая натура не признавала авторитетов, но ведь это была женщина, и какая! Чувство неприкаянности, давящее на него, сменилось гордостью за себя. Значит, он нужен этой красавице. Ее голос показался Роланду голосом проведения. И он с покорным смирением сей же час принял бы смерть от руки богини. То ли гипноз, то ли обаяние Матушки ошеломили Роланда, но одно было бесспорно — никто никогда не говорил с ним так. Он готов был повиноваться…