Страница 19 из 70
— Наш покой нарушили пришлые люди. Мало того, что их никто сюда не звал, а они уже посягают на местные устои, которые мы с вами чтим, — держал речь босс из северного Крыма. Его слова были созвучны с мыслями дядюшки Цезаря. — Меня уже залетные из Днепропетровска второй год изводят. Разворошили почву под ногами. Палубу этого корабля меньше качает, чем крымскую землю после прихода незваных гостей.
Цезарь думал еще и о том, верно ли он определился со своей гибкой дипломатией. Быть может, стоило принять чью-то сторону… "И тут же подставить свой череп…" — осек он себя на мысли. Его московская "подвязка" в лице Бейсика помогла навести видимый порядок. Все рэкетиры теперь сносили долю в общак Цезаря. Но зато в городе появилась новая бригада. Пока это новое формирование находилось в стадии развития. Это Бейсик посадил здесь верного человека на будущее, потому что наверняка знал, что Цезарь юлит, что он никогда не станет облизывать пятки кому-то, так как слишком свободолюбив. Нового босса звали Игорь Зубов. Люди этого уголовника нервировали Цезаря уже сейчас своей хвастливой болтовней, мол, они сами по себе сильная организация. Но ничего поделать Цезарь не мог. Эх, если бы Бейсик не попросил его приглядеть за своими хлопцами! Цезарь чуял, что от этих бультерьеров в перспективе надо ждать неприятностей, что Бейсик посадил под его боком ребят на случай, если он переметнется к Родионовой.
Чутье Цезаря не подводило. Бейсик действительно планировал свалить его руками ребят Зубова после того, как раздавит Родионову. Этот шаг был лишь шажком в программе Бейсика: завладеть курортами Южного берега Крыма. Программа выполнялась по строго рассчитанному алгоритму, подпунктами которого было посадить в Крыму своего президента, сформировать из верных людей кабинет министров, протащить через парламент законопроект о ревизии приватизации крымских курортов. Ну а затем заняться их перераспределением. Цезарь пока не знал, что уже числится в черных списках у Бейсика. Бальзамом на сердце было то, что деньги Бейсика, которые могли купить все, не могли купить денег Родионовой. "Скорее всего, Родионова проиграет", — думал Цезарь. Но рассориться с ней окончательно было так же пагубно, как противостоять Бейсику. Цезарь по-прежнему рассчитывал, что сумеет договориться с победителем, сохранит "кормушку". Однако потихоньку, в тайне от окружения, переводил деньги на свой счет в австрийском банке "Хольцфольк". У Цезаря были плохие предчувствия.
Сейчас, когда гости дискутировали, Цезарь совсем не слушал их. Он, устремив взгляд в открытое море, вспоминал случай, как один аферист нажился на людской доверчивости. Сперва создал фирму, потом рассовал взятки управляющим нескольких коммерческих банков, дабы получить кредиты. Когда получил деньги, стал закатывать через прессу дифирамбы о своей сказочной платежеспособности, разыгрывать из себя преуспевающего дельца. Нагородил в интервью целую книгу басен о своих проектах, вплоть до сборки телевизоров "Шарп" в Севастополе. К мошеннику невозможно было дозвониться, секретарша заверяла, что директор на встрече то с французами, то с японцами, то с австрийцами. И вот, когда банкиры заикнулись о сроках выплаты процентов, мальчик подался в бега и уволок с собой миллион баксов. До сих пор ищут.
На счету Цезаря в Австрии миллион накапал уже в прошлом году. Был смысл задуматься о будущем. Особенно теперь, когда он явственно почувствовал, что его выживают.
А как же друзья, партнеры, с которыми работал столько лет? В этом дерьмовом бизнесе друзей нет. Вариант удариться в бега он держал про запас. Цезарь знал, что исчезнуть бесследно может только тот, кто располагает большими деньгами, чем тот, кто его ищет. В его случае возможность раствориться в мировом пространстве еще более затруднена. Личность Цезаря была куда заметнее, чем персона того афериста, что смылся с миллионом. К тому же Цезарь был в "системе". Он делал на ком-то деньги. Кто-то делал деньги на нем. Выпасть из этой "системы" означало подвести кого-то. Подводить партнера было нехорошо. То, что в последнее время происходило с Цезарем, противоречило его собственной логике. Надо же, он допускал мысль о побеге! Да, он запутался и потерял чувство реальности. Сейчас, когда слово взял босс из Судака, Цезарь поставил точку в своих размышлениях: "Из-под земли достанут. Но только Богу известно, кто победит. Родионова не слабее Бейсика. Вполне вероятно, что не он, а его его уроет".
— Крым — ухоженный, благодатный край, излюбленное место отдыха туристов, — сказал мафиози, представляющий Судак. — Во что его хотят превратить? В арену политической вражды, яблоко раздора между Россией и Украиной. Неужели вместе украинцы и русские не
могут договориться полюбовно, сойтись на компромиссе? Могут… Ведь это же один славянский этнос, мы же православные, а не язычники точно.
Я
считаю, богатые люди Крыма должны объединиться в союз, если хотите — в партию. Мы обязаны стать связующим звеном примирения, взять на себя роль посредника в урегулировании спорных вопросов. Только мир и стабильность способны излечить крымскую экономику. Противостояние превратит Крым в Карабах. Так что, чтобы этого не случилось, чтобы Крым стал мостом согласия, а не яблоком раздора, нам нельзя воротить нос от политики. Разобщенность и безразличие приведут к тому, что с нами вообще перестанут считаться. Надо хоть немножко смотреть в завтра. В Крым никто не едет отдыхать, боятся. Наш курортник ломанулся в Сочи, Адлер, в Хосту, лишь бы не в Крым. Разве не так? Кому выгоден конфликт? Нам он не нужен, он больше нужен ребятам в Краснодарском крае.
Выступали многие. Высказался и Вольский. Позиция этого человека была наиболее близка Цезарю. Но Цезарь не ожидал, что Вольский наберется смелости говорить то, что думает, в присутствии москвича.
—
Ко мне недавно приезжали друзья из Одессы, — сказал он. — Говорят, у вас в Симферополе и Севастополе обменных пунктов, как семечек в тыкве. Понатыкали через каждые два метра. То, что киевляне наводнили Крым банками, — процесс необратимый. Хотя что, у нас своих банкиров мало? Нуда ладно, чего уж там. Места под солнцем всем хватит, но вы поглядите, что происходит. Эти банки здесь не что иное, как гипертрофированные меняльные конторы и ростовщические лавки. Где серьезное инвестирование, где развитие запущенных неперспективных отраслей?
А налоги? Да что вам рассказывать? Киев буквально душит.
Я
считаю, оздоровление нашей экономики возможно, но при условии экономической самостоятельности. Крыму нужна государственность. Но дальше этого идти не стоит. Государственность — не этап, не запятая, после которой последует присоединение к России. Государственность — это точка. И заблуждается тот, кто думает иначе.
Я
не обманываюсь на этот счет. Конфронтация в Крыму неизбежна, если мы пойдем на поводу у этих горлохватов из РД К. Президенту будет чем козырять перед очередными выборами. Он пойдет на все, чтобы усидеть в кресле. Это такой сверчок — из политического трупа превратится в национального героя. Попомните мои слова. Если все пойдет в том же русле, то в 1996 году быть войне.
—
Да, мы люди далекие от политики, — сказал Матвеев. — Мы люди дела. Но это не значит, что нам радостно созерцать то, что творится. В конце концов все это влияет на наш бизнес. Если на чей-то еще не влияет, то повлияет, будьте уверены. Самое страшное, когда к власти приходят голодранцы. Они рвутся к власти с одной задачей — нажиться за счет ее. Состоятельному человеку незачем наживаться за счет власти. Богатый человек будет править бескорыстно, он не купится на дешевку. Как ни странно, все идет к тому, что именно нищета сейчас в пике популярности. Поэтому я за создание новой партии, которая будет выражать интересы крымских предпринимателей. И возглавить ее должен дядюшка Цезарь, как самый опытный и уважаемый из нас.