Страница 17 из 51
— Он наш, — наконец сказала Кайра после короткого совещания с Ветром-Жеребенком.
— Конечно нет! — возразила Кинга.
— Наш! — прорычал Морджик.
Между драконом и единорогом в воздухе повисло напряжение, словно какое-то жаркое марево. Саймон покачнулся. Конни испугалась, что он собирается удрать.
— Он не может быть одновременно в двух группах! — прервал их господин Чан. — Достопочтимые коллеги, кто-то из вас, должно быть, ошибся.
Мак, сидевший прислонясь к стене, встал и поскреб в затылке.
— Вечные проблемы с этими Лайонхартами, — сказал он Конни, явно забавляясь спором, разгоревшимся в таком благородном собрании.
В другое время Конни, возможно, ответила бы ему ехидным замечанием насчет семейства Клэмворси, но сейчас она слишком тревожилась за брата. И тут ее осенило.
— Позвольте мне встать рядом с ним, — сказала она, выходя вперед. — Посмотрим, смогу ли я подтвердить его дар.
— Что ты имеешь в виду, Конни? — спросила Кинга.
— Просто мне кажется, что у меня появилась такая способность. Теперь я могу определять, где находятся люди-посредники — по их дару, — тихо сказала Конни, сознавая, насколько странно это может звучать для остальных.
— Но это же потрясающе, Конни! — воскликнула Кинга, оглядываясь на Морджика, а потом снова переводя взгляд на Конни, как будто дракон согласился с ее мыслями. — Почему ты нам не сказала? И давно ты можешь это делать?
— С начала этого года. С тех пор, как мы все тогда вошли в контакт друг с другом.
— Конечно, ты можешь попробовать, — сказала Кинга. — Но позже мы должны это обсудить.
Конни подошла и встала рядом с братом.
— Я только положу руки тебе на плечи, хорошо? — сказала она.
Саймон пожал плечами. Она поняла, как он рад, что больше не один в центре зала.
— Давай, если нужно, — сказал он фальшиво-небрежным тоном.
Конни не обратила на это внимания. Она закрыла глаза, погружаясь в свое сознание, чтобы оглядеть зал с точки зрения пронизывающих его мысленных связей, а не физического присутствия собравшихся здесь. Она сразу же увидела крепкие серебряные нити, протянувшиеся от нее самой ко всем четырем сторонам света — к существам: дракону, птице, единорогу и гномихе. Затем, менее отчетливо, она различила связи между существом и посредником. Она с любопытством обратилась мыслями к Лиаму и увидела, что он опутан туманной цепью, которая, хотя и не тянулась ни к одному существу в этом зале, была того же землистого цвета, что и узы, связывающие господина Чана с Нефрит. Теперь, когда она точно знала, что именно она ищет, она положила руки Саймону на плечи и обратилась в своем сердце к его дару. Она немедленно увидела его — вернее, она сказала бы «их». От его ступней к Группе Морских созданий и рептилий змеилась оранжевая извивающаяся лента, однако прямо к единорогу и Группе Дву- и Четвероногих зверей и существ протянулась вторая, травянисто-зеленая нить.
— Две группы сразу, — просто сказала она, открывая глаза. — Как и Химера, он и там, и там.
— Но это же невозможно, — сказала Кайра.
— Нет, возможно, — ответила Конни. — Я же в четырех сразу. Что же невероятного в том, что мой брат связан с двумя группами?
— Но ты можешь общаться со всеми существами, Конни, — сказала Кайра. — А он только посредник Химеры.
— Разве? — спросила Конни, переводя взгляд на Морджика и Ветра-Жеребенка.
— Посредник больших змей, — прорычал Морджик.
Ветер-Жеребенок заржал. Кайра перевела:
— Посредник коз-амалфей[2] и немейских львов[3].
Саймон окончательно запутался.
— О чем они говорят, Конни? — с беспокойством спросил он сестру.
— Саймон, я не думаю, что ты посредник Химеры, — сказала Конни, у которой отлегло от сердца впервые с тех пор, как Саймон почувствовал присутствие этой твари. — По крайней мере, посредник не только Химеры. Ты также связан узами с существами, породившими Химеру, — с козами-амалфеями, немейскими львами и большими змеями.
— Друг мой, ты просто уникален, так же как и твоя сестра, — сказал Орленок, пристально глядя на Саймона, как бы пытаясь раскрыть тайну его странных способностей. — Я никогда не слышал о том, чтобы посредник был связан более чем с одним существом — если это, конечно, не Универсал.
— Так что же нам с ним делать? — спросила Кайра, глядя на Кингу и Морджика.
— Что посоветует Универсал? — спросила Кинга.
Теперь, когда загадка была решена, ответ пришел к Конни сам собой:
— Ну, если Саймон согласен, думаю, нам следует пока определить его в Группу Дву- и Четвероногих, поскольку двое из его существ относятся к этой группе. Вы должны обучить его и познакомить со всеми тремя видами. Не думаю, что он захочет дальше общаться с Химерой, верно, Саймон?
Саймон молча покачал головой, даже не пытаясь спорить с тем, что предлагает сестра.
— Тогда подойди, — сказала Кайра, жестом подзывая мальчика. — Садись рядом со мной и Ветром-Жеребенком.
Улыбнувшись в первый раз за много дней, Саймон кивнул сестре и отправился в западную часть зала, где и присел. Конни почувствовала, как энергия в зале снова пришла в равновесие.
«Мистер Коддрингтон будет просто в восторге», — подумала она, глядя, как Саймон осторожно поглаживает шею Ветра-Жеребенка. Она вспомнила, как в свое время эксперта возмутило то, что она существует вне привычных четырех групп; а теперь он столкнется с тем, кто относится сразу к двум, — и это изрядно расстроит его систему регистрации.
— Теперь только остается выяснить, — вслух сказала Конни, оглядывая зал, — куда садиться мне?
Кол рассеянно рисовал каракули на экзаменационной работе, перечитывая ответы, которые были уже написаны. Вокруг него в обшитой деревянными панелями комнате писали экзамен другие ученики. Он видел только кудрявую макушку Джессики, склонившейся над работой по морскому делу на Пятый разряд. Ширли справа — в двух рядах от него — была занята тестом на Четвертый разряд — по вызыванию бурь. Он коротко задумался над тем, в чем заключается задание на Четвертый разряд для посредника погодных великанов: легкий ветерок с дождем? Кратковременные сильные ливни? Снимают ли баллы за вызывание ураганов? Он надеялся, что кто-нибудь рассказал экзаменаторам о ее любви к метанию молний и градин, в результате чего у нее вычтут баллы. Но, поскольку единственным посредником погодных великанов в Британии кроме Ширли был ее наставник, мистер Коддрингтон, Кол подозревал, что ее высшие отметки — дело уже решенное.
Его мысли обратились к Конни. В такси она выглядела по-настоящему измотанной. Он надеялся на то, что Совет не станет упрекать ее за Химеру, потому что в той ситуации не было виноватых. С тех пор как случилось это нападение, он не мог избавиться от чувства вины за то, что не сумел ее защитить. И никто не сумел. Несмотря на все усилия Общества, оно оказалось неспособным обеспечить безопасность своего Универсала. Кончик его пера оставил дырку в бумаге с заданием, когда Кол в бессильной досаде ткнул в нее ручкой. Он не вынесет, если с Конни что-нибудь случится.
Но этот наплыв размышлений не поможет ему сдать экзамен.
Стараясь успокоиться, Кол вернулся к листу ответов. Оставалось всего тридцать минут, но он уже проверил ответы на большинство вопросов, включая уход за существом и первую помощь, общение и маневры среднего уровня. Теперь он добрался до последнего раздела, который проверял знание летного кодекса, правил поведения в воздухе.
Вопрос двадцатый. Назовите обстоятельства, в которых можно применять фессалоникийский крен, и правила безопасности, которые всегда должны при этом соблюдаться.
Колу внезапно вспомнилось, как Жаворонок пикирует на верхушки Мэллинского леса, преследуемый пегасом-Каллерво, но он знал, что это не тот ответ, которого ждут экзаменаторы. Он положил ручку на стол рядом с чистым листом бумаги.
2
Амалфея — в древнегреческой мифологии божественная коза, вскормившая своим молоком младенца Зевса. Случайно сломанный рог амалфеи стал рогом изобилия, одаривающим его владельца всем желаемым.
3
Немейский лев — в древнегреческой мифологии лев чудовищной величины с невероятно твердой шкурой, отчего ее не брало ни одно оружие; убит Гераклом.