Страница 1 из 39
Дин Кунц
Звездная кровь
Пролог
Тимоти не был человеком. Во всяком случае, на все сто процентов.
Если для человеческого существа вы считаете обязательным наличие рук и ног, то Тимоти данным параметрам не соответствовал. Если полагаете, что у человека должна иметься пара глаз, то Тимоти вам также надлежало бы вычеркнуть из потомков Адама и Евы, потому что глаз у него был только один, да и то торчавший явно не там, где надо, – сдвинутый к левому уху и на целый дюйм ниже нормы, причем череп у него был огромным. Нельзя умолчать и о носе Тимоти ввиду его почти полного отсутствия, если не считать двух дырок, точнее дырочек, служивших ноздрями и расположенных более или менее в центре его костистого невыразимо злосчастного лица. Нельзя не упомянуть и его кожу: восково-желтую, какими бывают фрукты, изготовленные из папье-маше, и обезображенную крупными, разнокалиберными порами, казавшимися следами от булавочных уколов. Что уж там было говорить про уши – плоские, прижатые к черепу и остроконечные, как у волка. При более пристальном рассмотрении вы бы несомненно обратили внимание и на кое-что другое: его волосы, структура которых не вызывала ассоциаций с волосами нормального представителя любой из известных на земном шаре рас; его соски, имевшие форму не бугорков, а, наоборот, углублений на теле, и его половые органы, вроде бы свидетельствовавшие о принадлежности к мужскому полу, но замкнутые в мошонку сразу же под пупком, а вовсе не между теми обрубками, которые сходили у него за ноги.
Лишь в одном отношении Тимоти можно было признать человеком – в том, что было связано с его мозгом, с его интеллектом. Но даже в этом плане он не вписывался в какие бы то ни было нормы, потому что его коэффициент интеллекта зашкаливал за двести пятьдесят, что приводило его в разряд несомненных гениев.
Разумеется, и зачат он был искусственным образом; не столько зачат, сколько выведен в военно-технической лаборатории, разрабатывавшей биологическое оружие, а именно – существ, обладающих психоделическими способностями, благодаря которым, возможно, удастся поставить на колени обнаглевших азиатов. Существует некий тип милитаризованного сознания, для которого человеческое тело представляет собой всего лишь инструмент, подчиняющийся приказу, и именно такие милитаристы и работали в соответствующей лаборатории, производя опыты над человеческой плотью. И когда в результате их экспериментов на свет появлялся кто-нибудь вроде Тимоти, ни на что не годный уродец, они просто качали головами и, игнорируя любые проклятия со стороны общественности, продолжали свое безумное дело.
Тимоти поместили в особый приют для существ такого рода, где, как предполагалось, он в течение пяти лет должен был умереть. Однако на третьем году посвященные в подробности секретного проекта специалисты поняли, что Тимоти (подобные существа производили сериями по буквам алфавита, Тимоти был из серии "Т", отсюда и его имя) вовсе не лишенное и тени разума существо, каким он казался.., и произошло это во время кормления. Сиделка ложку за ложкой запихивала еду в рот Тимоти, смахивая салфеткой крошки с подбородка и со щек, когда у одного из других тамошних "питомцев" началась агония. Она бросилась на помощь к врачу, оставив Тимоти голодным.
А поскольку во второй половине того же дня для младшего медицинского персонала в приюте проводились учебные занятия, Тимоти так и предстояло остаться голодным. Однако он взбунтовался. После того как ему не удалось никого дозваться жалким скулением, Тимоти принялся ворочаться на матрасе. Не имея ни рук, ни ног, он никак не мог дотянуться до миски с пищей, которая стояла на столике рядом с его "колыбелью", хотя видел он ее – своим единственным и не на месте расположенным глазом – превосходно, что лишь усугубляло его мучения. Моргая и прищуриваясь то так, то этак, он вынул ложку из миски, не дотрагиваясь ни до той, ни до другой, переправил ее к собственному рту, вылизал и послал в миску за новой порцией.
Как раз когда ложка совершала шестой рейс, вернулась сиделка. Увидев, что происходит, она упала в обморок.
Тем же вечером Тимоти перевели из общей палаты в отдельный бокс.
Не поднимая никакого шума.
Он и не подозревал, куда именно его переводят. Строго говоря, его это и не интересовало: ведь, в отличие от подавляющего большинства трехлетних детей, он был лишен возможности развивать мелкую моторику. А не получая надлежащей стимуляции, он не успел развить достаточных мыслительных навыков. Тимоти не понимал ничего, кроме базовых желаний собственного тела, то есть голода, жажды и потребности в дефекации и мочеиспускании. Поэтому ему было совершенно все равно, куда его переводят.
Но впредь оставаться в подобном неведении ему уже не позволили. Военные экспериментаторы стосковались хоть по какому бы то ни было успеху. Живых питомцев, кроме Тимоти, у них оставалось всего двое, и они решили форсировать его развитие. Каким-то образом им удалось измерить коэффициент интеллекта Тимоти – и он оказался несколько выше среднего уровня. Это привело их в восторг, потому что перед началом эксперимента всеобщее мнение было таково, что придется иметь дело с дебилами, пусть и обладающими особыми психическими способностями. Компьютеры тут же разработали беспрецедентную образовательную программу для обучения необыкновенного существа, и к реализации этой программы приступили немедленно.
От Тимоти ожидали, что он заговорит через семь месяцев; вопреки всем расчетам это произошло через пять недель. Читать ему надлежало научиться за полтора года; но через три месяца он уже приступил к освоению программы средней школы.
Ничего удивительного не было в том, что и тесты на коэффициент интеллекта начали приносить другие результаты. Ведь при этом происходит оценка как врожденных способностей совершать логические операции, так и развившихся в результате накопления жизненного опыта и обучения. Когда Тимоти тестировали в первый раз, он ровным счетом ничего не знал. И результат – коэффициент несколько выше среднего уровня – был подкреплен исключительно врожденными качествами. Всеобщий восторг успехами Тимоти не прекращался до тех пор, пока его коэффициент не зашкалил за судьбоносные 250 пунктов. Прошло уже восемнадцать месяцев с тех пор, как он заставил летать ложку. Теперь он буквально пожирал книги, переходя от одного предмета к другому: две недели ушло на студенческие учебники по физике, месяц – на английскую литературу девятнадцатого столетия. Военных это не слишком тревожило, они вовсе не собирались превратить его в одностороннего специалиста. Им хотелось только, чтобы он получил образование и научился разговаривать. Через восемнадцать месяцев обе эти цели были достигнуты. И теперь у военных появились другие планы…
Они самым тщательным образом замерили его психотехнические способности. Им уже грезилось, что Тимоти окажется способным уничтожить всю азиатскую армию одним-единственным психотехническим ударом. Однако вскоре выяснилось, что как раз в области психоделики возможности Тимоти были крайне ограниченны. Самым тяжелым предметом, который ему удавалось поднять, так и осталась столовая ложка, наполненная апельсиновым соком, да и радиус его воздействия не превышал ста футов. Так что сверхоружия из него явно не вышло.
Генералы были разочарованы. После того как неудача с Тимоти стала очевидной, они приняли решение усыпить его и "разобрать на запчасти", чтобы выяснить, не удастся ли хоть как-нибудь воспользоваться его уникальными умственными способностями.
Но тут, к счастью для него, война закончилась.
Сверхоружие в конце концов удалось создать биохимикам. Примерно в то же время, когда специалисты окончательно разочаровались в психотехнических способностях Тимоти, биохимики создали вирус, который распространили по всему азиатскому континенту. И прежде чем генералы успели усыпить Тимоти, вирус уничтожил почти половину мужского населения Азии (вирус был разработан так, что воздействовал лишь на определенные комбинации хромосом, характерные только для представителей монголоидной расы), что и вынудило противника признать поражение.