Заставь меня любить

— Мне казалось весь вечер, что ты думаешь только о нем. Но почему, собственно, несносного? Я давно его знаю и не могу так сказать о нем. Напротив, он очень хороший человек, отличный друг и верный, преданный возлюбленный.

— Но только не мой. Ведь ты сама видишь, что он на меня больше не обращает внимания.

— А кто в этом виноват? Не ты ли сама, дорогая моя? Право, долготерпению бедного Джеральда можно только удивляться. Другой бы на его месте давно отказался от всяких попыток покорить твое сердце, такое холодное и упрямое.

— Так ты думаешь... он отказался от этих попыток? Совсем? — с тревогой в голосе и взгляде спросила Касси, хватая подругу за руку.

— О нет, что ты, дорогая, я вовсе так не думаю, — поспешно возразила Лора, испуганная реакцией девушки. — Мне кажется другое: он просто решил тебя немножко проучить.

— Проучить? И только? Ты уверена? — спросила Касси уже более веселым голосом, и миссис Шелтон, не удержавшись, рассмеялась, наблюдая, как румянец возвращается на щечки ее молодой собеседницы.

— Вы только посмотрите: ее это обрадовало! Веди себя спокойно, моя дорогая, — тихо проговорила Лора, — а не то хваленая проницательность Мейсона подскажет ему содержание нашего разговора.

Женщины одновременно взглянули через стол, и Касси снова покраснела, увидев, что Джеральд внимательно наблюдает за ней и, по-видимому, наблюдал все это время. Он небрежно поигрывал пустым бокалом и смотрел на нее своим обычным изучающим, пристальным взглядом, а на его губах играла привычная ироническая улыбка. Заметив, что девушка смотрит на него, он приподнял брови, и на его лице словно застыл вопрос. Касси возмущенно передернула плечами и многозначительно посмотрела на Лору. В следующий миг напротив раздался взрыв сдержанного хохота, и женщины увидели, что Гарри и Мейсон весело смеются, наклонившись, друг к другу и о чем-то переговариваясь.

Касси хотела еще сильнее возмутиться, но улыбка Джеральда сняла такую тяжесть с ее души, что она не выдержала и тоже засмеялась, прикрыв рот рукой, а вслед за ней развеселилась и Лора. Почувствовав, что лед сломан, Мейсон откупорил очередную бутылку шампанского и предложил дамам выпить за их красоту и здоровье. Это было тотчас проделано, и Касси поняла, что в их отношениях с Джеральдом наметилось новое потепление.

В его взгляде, который он поминутно устремлял на нее, не осталось больше ни тени насмешки или холодности. Он смотрел на Касси с огромной симпатией, и она не могла не отвечать ему таким же доброжелательным взглядом и ласковой, немного смущенной улыбкой.

Несколько минут спустя Джеральд снова наполнил бокалы, и тогда Касси решила произнести тост.

— Давайте поднимем бокалы за то, чтобы наши доблестные, смелые и преданные мужчины вернулись живыми с этой ужасной, затянувшейся войны, — громко сказала она, слегка перегнувшись через стол и поглядывая то на Лору, то на Джеральда с Гарри.

Вскоре все начали вставать из-за столов, и вновь зазвучала танцевальная музыка. Тетушка Гортензия решила еще остаться в обеденном зале, Касси заторопилась туда, где продолжались танцы. Но у выхода ее остановил Мейсон, легонько взяв за руку выше локтя.

— Джеральд?

— Не пугайтесь, Касси. Я всего лишь хотел поблагодарить вас за тост, который вы произнесли за столом, и за теплые слова, что вы сказали мне четыре дня назад на площади. Поверьте, они растопили весь лед в моем сердце.

— Что-то непохоже, — с легким упреком прошептала Кассандра. — Сегодня от вашего отношения ко мне изрядно веяло холодом.

— Я просто немного рассердился на вас. Простите меня, если я... ну, скажем, огорчил вас.

— И не только.

— Не только?!

— Ради всего святого, не спрашивайте у меня ни о чем!

— Не буду, если вы не хотите. Лучше обещайте мне, что мазурку вы будете танцевать со мной.

— Да, Джеральд.

Чуть заметно сжав ее руку, он направился в курительную, где уже собрались его приятели, а Касси вошла в бальный зал, медленно приходя в себя после их короткого, но отнюдь не малозначительного разговора. И даже танцуя очередной менуэт с кавалером, она часто посматривала туда, где через раскрытую дверь виднелся горделивый профиль Мейсона, курившего сигару и беседовавшего о чем-то с другими мужчинами. Она уже раскаивалась в том, что так поспешно приняла его приглашение на танец, после того как он целых три часа даже не смотрел в ее сторону.

«Нужно было сначала помучить его», — думала она, но тут же ей приходила в голову мысль, что тогда он мог еще больше обидеться на нее, и их примирение вообще могло бы не состояться. «Но неужели я действительно так боюсь утратить его расположение?» — спрашивала девушка себя вновь и вновь и, не находя ответа, испытывала ужасные душевные терзания.

Когда раздались первые звуки мазурки, Джеральд подошел к Касси, и они вдвоем направились к танцующим парам. При этом она была отчасти вознаграждена за перенесенные мучения, заметив, как многие женщины бросают в их сторону досадливые взгляды, из-за того, что Мейсон пригласил именно ее на самый главный танец бала. Это улучшило настроение, и веселая, беззаботная улыбка, полная кокетства, снова появилась на ее губах.

— Мисс Касси, вы расцветаете прямо на глазах, — заметил Джеральд, отводя глаза, полные лукавых огоньков. — Скажите мне по секрету: это завистливые взоры соперниц вернули румянец на ваши щечки?

— Что же здесь удивительного? Любой женщине нравится, когда другие ей завидуют. Но чего доброго, вы еще вздумаете возгордиться?

— Я? Возгордиться? Да что вы, с чего мне вдруг придет в голову такая нелепая мысль?

— Ну, не скромничайте. Вы прекрасно видите, что многие дамы обращают на вас особое внимание. Вы явно пользуетесь успехом, подполковник Мейсон! И не отрицайте: уж я-то знаю, как вы проницательны, от вашего взгляда ничто никогда не укрывается.

— Вот как? Спасибо, Касси, вот уж комплимент так комплимент! А что до симпатии дам, то есть в этом зале одна, которая явно не разделяет мнения всех остальных. Я прав или моя проницательность на сей раз подвела меня?

Он бросил на Кассандру быстрый многозначительный взгляд, под которым она тотчас вспыхнула, опустив глаза, и решила ничего не отвечать.

Музыка смолкла, но Джеральд не отпустил руку Касси. Наклонившись к ее уху, он вкрадчивым, завораживающим голосом прошептал:

— Я опять рассердил вас, Касси?

Она вся затрепетала, словно испуганная птичка. Джеральду показалось, что юная леди Гамильтон может потерять сознание, он поспешно подвел ее к креслу у открытого окна и усадил. А когда Касси подняла на него испуганные и страдающие глаза, продолжая тяжело дышать, как от сильного душевного напряжения, он понял, какая страстная борьба идет в ее сердце, и его лицо озарилось самой теплой, нежной и счастливой улыбкой.

— Ради Бога, прости меня, Касси, за мое дерзкое поведение, — проговорил он, ободряюще пожимая ей руку и присаживаясь напротив — Я не должен был заставлять тебя волноваться, вызывая воспоминания о наших ночах в Веллей-Фордж. Прости меня, пожалуйста.

— Нет, ты не должен просить у меня прощения, — вдруг порывисто прошептала она, крепко сжав его пальцы. — Ты ни в чем не виноват передо мной и... вообще, никогда не был ни в чем виноват, слышишь, никогда и ни в чем! И я прекрасно отдаю себе отчет в том, что сама дала тебе право разговаривать со мной, как... ну, как с близким человеком, — она нервно рассмеялась. — Боже мой, я совсем не то говорю, что хотела сказать. Джеральд, умоляю, будь снисходителен ко мне!

— Все, Касси, успокойся. Мы продолжим этот разговор в другом месте, а сейчас Гарри пригласит тебя на танец, чтобы твое состояние не бросалось всем в глаза.

Он кивнул Шелтону и так властно посмотрел на девушку, что она машинально подчинилась силе его характера, с удивлением ощущая, как уверенность и спокойствие возвращаются к ней.

— Спасибо, Джерри, — тихо сказала она, вставая с кресла и протягивая руку Шелтону.

Больше в этот вечер Касси не разговаривала с Джеральдом, да и бал вскоре закончился. Перед уходом она договорилась с Лорой, что та заедет за ней послезавтра утром, чтобы отправиться на верховую прогулку. По сути, это событие должно было состояться уже завтра, так как бал закончился в четвертом часу утра.