Страница 12 из 23
— В вашем лице, Джиллиан, у компании безупречный посол.
— Спасибо. — Ее порадовал его комплимент. — Прежде чем мы пойдем дальше, позвольте мне сказать примерно, что вы должны сделать, допустим, для ста пятидесяти заездов в год. Это зависит от вашей финансовой цели. Вы можете подсчитать, оправданны ли будут ваши расходы… — И Джиллиан все ему рассказала. Он так долго молчал, что она не выдержала: — Это совсем не то, что вам нужно?
— Напротив, — в его глазах вспыхнул огонек.
— Вы не покажете мне мельницу изнутри?
— Вы тоже читаете мысли? Я как раз об этом подумал…
Они молча приблизились к зданию с пристроенным к нему складом. Он открыл тяжелую деревянную дверь. Мельничные камни все еще лежали на месте.
— Ох… Это фантастика!
— Пойдемте со мной.
Она последовала за ним в другое здание — с уникальной башней и узкими окнами. С одной стороны Джиллиан заметила пресс для масла. Он был готов к работе. А в другом углу помещения стояла самая настоящая карета!
— Вы каждую вещь сохраняете в таком прекрасном состоянии! — восторженно воскликнула молодая женщина.
Деревянные полы в этих старинных домах и амбарах, казалось, были покрыты патиной ушедших веков. Она проводила рукой по стенам и не могла отвести взгляд от стрельчатых потолков. Все было реальное. Сочетание мавританского стиля и готики. В сознании возникли образы героев знаменитой трагедии о Сиде и короле Филиппе Испанском.
Реми взглянул на Джиллиан.
— В моем хозяйстве выращиваются оливки. Я точно угадываю момент, когда оливки готовы отдать больше всего масла… Но я не знаю, как использовать историю поместья. Зато это знаете вы, поэтому мое предложение… Почему бы вам не остаться здесь и не набросать планы некоторых идей? Воспользуйтесь письменным столом в вашей спальне. Я вас не тороплю. Пока я занят плантациями, займитесь Ла Розаледа. Как вам такое предложение?
Пробыть с ним еще какое-то время… Одна половина Джиллиан сохранила благоразумие и твердо знала, что надо уезжать. А вот вторая… вторая ее половина обнаружила, что она уже не хочет уезжать, да и не может. Она примет это предложение и воспользуется им для своих планов.
Теперь, когда она знала его тайну, его трагедию, ей хотелось помочь. Конечно, понадобятся годы, чтобы он оставил позади пережитое. Но если ей удастся внести в его сознание хоть малую толику покоя, она хочет это сделать.
— Благодарю вас, Реми. Я приму ваше приглашение. Только, пожалуйста, не позволяйте мне отрывать вас от дел.
— А я как раз собираюсь время от времени отвлекать вас от работы, — прищурившись, объявил он. — Да, кстати, Мария будет подавать вам в полдень ленч. Вы можете съесть его возле бассейна или у себя в комнате.
А он сам? Непохоже, что Реми будет приходить к ней во время ленча. А чего она ждала? Теперь он ее босс, а не спаситель.
— Вот еще что… Я, как и Мария, люблю готовить. Мне бы хотелось поучиться у нее кое-каким хитростям испанской кухни. Она не против.
Прекрасная улыбка изменила строгое выражение его лица. У нее перехватило дыхание.
— Ваше желание приведет Марию в восторг. До свидания, Джиллиан.
Он уходил, и при каждом шаге его длинных сильных ног у нее екало сердце. Несколько громче, чем при рассказе о перенесенной им трагедии.
Джиллиан еще немного задержалась в старом здании давильни. Конечно, она не вытерпела и села в карету на скрипучее кожаное сиденье. И сразу представила себя испанской сеньорой… Посмотрев в открытую дверь, она увидела дочек Сорейи. Две девочки стояли рядом и наблюдали за ней. Она улыбнулась и сделала им знак, чтобы они садились к ней в карету.
— Идите сюда! — сказала она по-испански.
Уговаривать девочек не пришлось — они бросились к ней. Когда они уселись напротив, Джиллиан спросила:
— Кто из вас Марсия?
Старшая девочка удивилась, что Джиллиан знает ее имя. Она, словно в школе, подняла руку.
— А ты, должно быть, Нина, — Джиллиан перевела взгляд на малышку. — Есть ли у сеньора лошади?
— Да, — сказала Марсия.
— Я попрошу его вечером дать нам покататься. Хотите?
Девочки заулыбались. Потом Марсия вспомнила:
— Ой! Мама велела позвать вас. Обед уже готов.
— Не хотите поесть вместе со мной?
Девочки взволнованно кивнули и побежали к маме просить разрешения. Джиллиан пошла в свою комнату и закапала в глаз лекарство. Скоро в спальне появилась Сорейя с подносом. За ней шли девочки, и каждая несла свой поднос.
— Вы не возражаете, если они поедят со мной?
— Нет, нет! Спасибо, сеньора! Они так обрадовались…
— Я тоже! Вы не можете представить, как я скучаю по своей семье. А вы? Не хотите ли поесть с нами?
— Не в этот раз, — покачала головой Сорейя, помахала рукой девочкам и вышла.
Через минуту все трое уже сидели за оливковым столом. Девочки болтали со скоростью тысяча слов в минуту. Конечно, Джиллиан трудно было уследить за их разговором, но это не имело значения. Само их присутствие вносило уют.
А что, если подарить купленные для племянников подарки Марсии и Нине? В конце концов, детям Дэвида она ещё успеет что-нибудь приобрести!
Она отделила адаптер от своего ноутбука и прикрепила к маленькому CD-плееру. На одном из дисков были мультфильмы. Девочки молча наблюдали, как она втыкает в розетку вилку, потом ставит на стол плеер. А затем маленькие испанки полностью погрузились в захватывающую историю. Они даже забыли, что надо есть. Когда мать пришла за ними, они умоляли ее оставить их еще немножко, чтобы досмотреть до конца фильм.
— Я отправлю их домой, когда фильм кончится, — пообещала Джиллиан. — А пока позвольте помочь вам отнести посуду на кухню.
Но Сорейя настояла, что справится сама.
Наконец фильм кончился. Джиллиан вручила им плеер и диски и пригласила завтра разделить с ней ленч, но на этот раз в бассейне. Они сейчас не ходят в школу и составят ей компанию. Пока она наслаждается прохладой у бассейна, они могут поплавать. Восторженный визг девочек завершил уговор.
Джиллиан отправляла по электронной почте письмо брату, когда раздался тихий стук в дверь. Решив, что это девочки, она предложила им войти.
— Buenas tardes[11], Джиллиан.
— Реми… — Она вскочила навстречу ему, но он удержал ее.
Он стоял у входа в комнату. Широкие плечи загораживали весь проем. Темные пятна пота выделялись на рубашке. Очевидно, он только что вернулся после целого дня тяжелой работы. На челюсти темные пятна грязи. Еще никогда Джиллиан не доводилось видеть его таким привлекательным.
— Я знаю, вам хочется покататься в карете. — Джиллиан оставалось только удивляться, как быстро разносятся вести. — Завтра вечером вам будет удобно?
— Только если вас не затруднит…
— Жду вас и девочек в семь часов во дворе. — С этими словами он исчез.
Следующим вечером она стояла недалеко от фонтана, такая же взволнованная, как и девочки. Дневная жара еще отдавала тепло земле.
Марсия первой услышала стук подков. Затем Джиллиан. Карие глаза девочки наблюдали за ней. Нина просто прыгала и хлопала в ладоши. Джиллиан обменялась улыбкой с Марией, стоявшей чуть поодаль. По ее словам, карету не вывозили из давильни с того дня, как умерла мать Реми.
Вдруг появились белые лошади в черных яблоках. Они вывезли черную карету и объехали вокруг главного дома. Джиллиан и девочки замерли от восторга. Они еще никогда не переживали такого приключения. Искусно сшитые попоны с красными кисточками и колокольчиками закрывали спины и головы лошадей.
Муж Сорейи Мигель сидел рядом с Реми, который держал поводья.
Первый раз после смерти мужа Джиллиан почувствовала себя живой. По-настоящему живой. После полутора лет скорби она поняла, что боль осталась позади.
Когда Реми подвел лошадей ближе, его проницательный взгляд тотчас нашел ее. Пако подозвал внучек и помог им взобраться в карету. За ними последовали Мария и Сорейя. Джиллиан сделала несколько снимков и вошла последней. Ее порадовало, что она правильно оделась: белые брюки с большими карманами и зеленая шелковая блуза.
11
Добрый вечер (пер. с исп.).