Страница 16 из 58
К этому моменту заболело еще пять человек, а три пациента впали в состояние комы. Самым удивительным было то, что Светланы среди них не было, в состояние близкое к смерти погрузились ее родители и Сергей. Сама девушка, как и заболевшая медсестра, была близка к коме, однако каким-то чудом продолжала держаться.
- Итак, общее число заболевших на данный момент составляет одиннадцать человек, - начал объяснение специалисту из министерства главный врач больницы Никита Дмитриевич, - одна медсестра находится в карантине так, как имела контакт с первичной больной, но пока болезнь себя никак не проявила, есть надежда, что и не проявит.
- Каково состояние заболевших? - поинтересовался Максим.
- Трое в коме, двое очень тяжелые, но пока в сознании, остальные - средней тяжести.
Максим, зайдя в импровизированный штаб по контролю за эпидемией, положил на стол большой черный чемодан и, открыв его, достал несколько коробок с маленькими пластиковыми ампулами.
- Дайте это всем, кто находится в пределах карантина, - сказал он главному врачу, отдавая неизвестное лекарство, - я имею в виду всю больницу, а не только заболевших.
Взяв коробки в руки, Никита Дмитриевич по привычке взглянул на надписи на ампулах и озадаченно нахмурился: все они были сделаны неизвестными буквами.
- А что это за лекарство? - поинтересовался он.
- Оно экспериментальное, - нашелся Максим, - однако министерство образования все одобрило, просто на бумажки не было времени, но если вы мне не доверяете, можете позвонить…
- Доверяю-доверяю, - поспешил сгладить ситуацию главврач, - по сколько колоть?
- Здоровым колоть не надо, пусть каждый выпьет по ампуле. Больным - укол в вену, тоже по одной ампуле.
Никита Дмитриевич отдал коробки с лекарством подчиненным и объяснил, что нужно делать. Специалист из министерства, тем временем, достал из чемодана еще одну коробку с ампулами и, дождавшись возвращения главврача, протянул ее ему.
- Это вколите только больным, тяжелым и коматозным - по две ампулы, остальным - по одной.
Главврач молча кивнул и отнес еще одно лекарство медсестре и доктору, контролировавшим закрытое крыло.
В течение следующих пятнадцати минут все инструкции Максима были выполнены, однако ситуацию омрачил тот факт, что еще до инъекций лекарств умер отец Светланы. После окончания процедуры Никита Дмитриевич поинтересовался у гостя, что нужно делать дальше.
- Надеяться, что лекарство сработает, - с очень серьезным видом ответил специалист из министерства. На самом деле Максима звали Миглиго и он, будучи латокром совершенно не ощущал сейчас себя в безопасности. Он знал, что у его расы тоже встречалось почти идентичное заболевание, и врачи Клазо тоже лечили его достаточно тяжело. Теоритически он вполне мог сейчас заразиться человеческой формой этого недуга, поэтому он тоже выпил ампулу с основным лекарством.
- Да, и еще, - добавил латокр после некоторых раздумий, - прикажите подготовить операционные для тяжелых и коматозных. Они понадобятся.
Через полчаса, уже сидя в своем кабинете и покуривая с гостем дорогие сигары, Никита Дмитриевич решил снова попытать счастье и попробовать хоть что-то разузнать.
- Скажите, Максим, а какого эффекта мы ждем? Как подействуют ваши лекарства, если все пойдет по плану?
Миглиго подумал несколько секунд о том, стоит ли сейчас выдавать какую-нибудь важную информацию, и, решив, что кое-что можно рассказать уже сейчас, ответил:
- Первое лекарство значительно усиливает работу иммунной системы здорового организма, а главное защищает ее от атаки вирусов или бактерий, первой целью которых как раз она сама и является. Что же касается заболевшего человека, то лекарство очищает уже зараженную и обезоруженную иммунную систему, а потом, снова-таки, усиливает ее работу.
- А как оно называется? - поинтересовался главврач, тайно надеясь по названию определить хотя бы основные ингредиенты препарата.
- Наименование еще не придумали. Если все получится, пусть министерство решает. В лаборатории их называли "палмария" и "прагазут".
- Понятно, - сдался Никита Дмитриевич, - а как на счет номера два, что представляет из себя оно?
- В данном случае номер два - это смесь специального антибиотика направленного действия и дезинтоксикатора.
Главный врач крепко задумался.
- Странно, - наконец сказал он, - консервативный метод лечения, в общем-то, такой же, только эффективность его почти нулевая. Как же так?
- Сами компоненты лечения у вас другие, я имею в виду иммуномодулятор, дезинтоксикатор и антибиотик.
- У вас? - переспросил доктор.
Миглиго понял, что болтнул лишнее и поспешил исправиться:
- Я имел в виду практикующих медиков.
- Понятно.
Никита Дмитриевич был разочарован тем, что так и не узнал никаких подробностей о новых препаратах, однако решил, что гораздо важнее сейчас надеяться на их эффективность, так как перспектива подхватить сибирскую язву его совершенно не устраивала.
В течение следующего часа тревожного ожидания в закрытое крыло поступил еще один заболевший, правда температура у него была не такой уж высокой, да и остальные симптомы оказались выражены довольно слабо. Что же касается уже заболевших пациентов, то почти у всех у них дела пошли гораздо лучше. Сергей Иванович, доктор, принявший Светлану в отделение, вышел из комы и даже начал уже немного разговаривать. Состояние его медсестры, а также самой Светы, перешло в разряд средней тяжести, жар у обеих девушек спал, проявление остальных симптомов тоже начало уменьшаться. Те же шесть пациентов, состояние которых оценивалось как средней тяжести, теперь вообще ощущали себя вполне сносно, хотя их по-прежнему не выпускали из палат. Крайне тяжелым оставалось состояние только одного пациента - матери Светланы, она по-прежнему находилась в коме и никаких улучшений пока не наблюдалось.
Подождав еще полчаса, Миглиго принял решение лично заняться лечением несчастной женщины, но прежде ему нужно было поговорить с ее дочерью - у латокра возникла идея, как помочь Титре, своему начальнику, в осуществлении ее планов.
Дав врачам больницы необходимые указания, он зашел в палату к Светлане Вилковой, вежливо поздоровался и подошел к ее кровати. У девушки к этому моменту температура тела окончательно пришла в норму, болевые ощущения в груди исчезли, остались только приступы кашля, но они уже не были такими интенсивными и не приводили к рвоте. Правда дышать ей было по-прежнему тяжеловато, поэтому медсестра пристегнула к ее лицу кислородную маску, которая в данный момент была откинута в сторону.
- Светлана, - латокр, присев на край кровати, осторожно взял ее за руку, - как вы себя чувствуете?
- Спасибо, если честно, уже хорошо, - еще слабым голосом ответила пациентка, - только за маму очень волнуюсь и папу… жалко…
Девушка всхлипнула, по ее щекам потекли две крупные слезинки. Миглиго немного сжал ее ладонь, выражая тем самым свои соболезнования и, вздохнув, сказал:
- Мне очень жаль, что так вышло. Если бы я прибыл хоть на полчаса раньше, вашего отца наверняка можно было бы спасти…
- Нет-нет, - перебила его девушка, - мне о вас рассказали, вы и так очень много для нас всех сделали. Если бы не вы, нас никого уже не было бы в живых.
Миглиго сдержанно кивнул, как бы принимая благодарность, и, решив больше не ждать, перешел непосредственно к делу:
- Послушайте, Света, у меня к вам будет большая просьба.
- Да, конечно, - с готовностью вызвалась пациентка, - я вас слушаю.
Латокр немного замялся, ему не очень хотелось переходить к следующему этапу их разговора, но ждать времени не было:
- Я собираюсь лично заняться спасением вашей матери. К сожалению, стопроцентной гарантии дать не могу, но сделаю все, что в моих силах.
Вилкова сжала ладонь доктора и открыла рот, чтобы сказать что-то благодарственное, но тут же его закрыла, так как латокр продолжил говорить.
- Я представляю медицинское учреждение, которое называется "Клиника Жизни", мы проводим один крайне важный эксперимент и очень сильно нуждаемся в таких сильных людях, как вы.