Страница 31 из 56
- Нам это не нужно! - перебил его докладчик, - мы всегда тщательно отбирали кандидатов в члены ордена не только по способностям, но и по моральным качествам!
- Я не уверен в этом на сто процентов…
- Но…
- Я принял решение, господин Магистр, - железным тоном прекратил дискуссию Председатель, - мы вернемся к этому вопросу, как только получим уточненные данные от астрономов.
- Как скажите, - бросил в сторону зрителей докладчик и стремительно выплыл из зала.
Голограмма в центре помещения погасла. На несколько минут установилось тягостное молчание.
- А что если они правы? – прервал его один из осьминогов, сидевших в заднем ряду, - И через три-четыре дня будет уже поздно что-либо предпринимать?
- А что если все это фарс, призванный послужить прикрытием для переворота? – ответил ему министр.
- Господа, - немного подумав, проговорил Председатель, - я хочу, чтобы с этого момента гражданское наблюдение за всеми Высшими духовниками заменили военной слежкой. Ситуация очень опасная. Если орден попытается собраться вместе до моего разрешения, мы будем вынуждены применить крайние меры.
После этих слов осьминог резко соскочил со своего сидения и быстро поплыл к выходу. Через миг Вова понял, что существо стремительно приближается к нему и если медлить дальше, то столкновения не избежать. Он попытался вывернуться и отплыть в сторону, но было уже поздно, осьминог настиг его…
Но удара не последовало, все вокруг померкло, а когда зрение вернулось, Кравецкий увидел, что находится совсем в другом помещении, хотя архитектурно оно было похоже на предыдущее, тот же большой зал со стенами утыканными шестами с сидениями. Только на одной из шести стен, в отличие от предыдущего помещения, имелось три больших овальных окна, через которые открывался прекрасный подводный пейзаж. В помещении находилась около десятка осьминогов. Один из них находился в центре зала и что-то рассказывал остальным. Вова прислушался и снова начал различать в непонятных звуках слова.
- Я сожалею, что наше собрание тайное, но мне так и не удалось вчера убедить Председателя в безопасности этого мероприятия. Я благодарю вас всех, что, не смотря на риск, вы прибыли сюда и выявили готовность защитить нашу планету от нависшей над ней опасности.
Остальные осьминоги одобрительно зашумели.
- Итак, время не ждет, но все же перед тем, как мы начнем, пусть Оракул еще раз расскажет о том, что видел, когда летал по космическому пространству, отделившись от тела. Чтобы все, так сказать, лично услышали это от него.
К докладчику в центре зала медленно и устало подплыл довольно крупный и явно старый осьминог. Вова не знал, как именно он понял, что осьминог старый, но тем не менее он был в этом абсолютно уверен.
- Спасибо, Магистр, - начал речь старик.
И в этот самый момент в помещении что-то произошло, Вова не сразу понял что именно. Откуда-то из-за его спины в собравшихся осьминогов полетели какие-то светящиеся сферы, похожие на шаровые молнии. В первую же секунду половина осьминогов была поражена этими сферами, остальные метнулись в дальнюю часть зала, все кроме Оракула. Старик совершил молниеносный бросок и через мгновение пронзил своим телом одно из огромных овальных окон. Вместо стекла, как показалось Вове сначала, там оказалась такая же пленка как на всех дверях внутри города, только эта была прозрачная. Попав во внешнее пространство города, Оракул был тут же унесен прочь с огромной скоростью. Из-за спины Кравецкого вынырнули несколько осьминогов, державших в щупальцах предметы, похожие на скипетры. Вова догадался, что именно ими они и стреляли.
- Стойте, - услышал он крик командира отряда позади себя, - вас унесет течение. Мы посреди города, пока вас вынесет за его пределы, от вас останутся мелкие ошметки. Он все равно уже не жилец.
Тем временем, нападавшие разделались с оставшимися у дальней стены осьминогами. Вова, спешно попятившись, оказался позади отряда военных и успел заметить, как трое солдат во время стычки бросили свои скипетры, закрыли глаза и прекратили двигаться, они были мертвы.
- Господин командующий! – сказал один из оставшихся в живых солдат, - я не понимаю, что с ними случилось?
- Тихо! – перебил его командир, - они попали под удар Высших духовников, они умеют убивать так, что не остается никаких видимых следов.
Вова с ужасом наблюдал, как по залу плавают обугленные трупы. Ему хотелось поскорее убраться отсюда, он развернулся и нырнул в дверной проем…
Но в коридор Вова не попал, вместо этого он оказался на окраине подводного города. Пейзаж вокруг был незнакомым, видимо сон выбросил его на другую сторону городской границы, противоположную той, где он оказался с самого начала. Глубинное течение неслось не справа налево как тогда, а слева направо. Живности вокруг плавало значительно меньше, и вода здесь была какая-то совсем другая. Вова огляделся, позади себя вдалеке он увидел огромные призрачные тени – это была черная угрюмая горная гряда. В ее сторону медленно плыл, точнее почти полз по дну, старый израненный осьминог, тот самый Оракул. Вова поборол в себе порыв помочь ему, ведь это был всего лишь сон, и просто направился следом. Дорога оказалась неблизкой, осьминог несколько раз то ли терял сознание, то ли просто засыпал, но упорства и выносливости у него оказалось предостаточно. Пару раз над ним начинали кружить довольно крупные создания, похожие чем-то на акул, только боковых плавников у них не было, а вместо них был один большой, длинной во все тело, спинной плавник. Но Оракул оба раза чем-то их отпугивал, он просто замирал на месте и через несколько мгновений хищники дружно уплывали.
После нескольких часов пути старый осьминог добрался-таки до величественных подводных гор. Здесь вода стала еще хуже, и Вова, наконец, понял почему. Некоторые из этих горных вершин являлись действующими вулканами, и вода здесь была заметно разбавлена всякими ядовитыми веществами. Оракул начал неспешный подъем по склону одной из гор, он по-прежнему практически полз по дну, поэтому гору ему пришлось покорять почти как альпинисту на суше. Примерно через полчаса он добрался до незаметной издалека расселины в скале и нырнул туда. А там, среди увесистых осколков породы, выброшенных когда-то страшным извержением, стыдливо пряталась черная дыра пещеры, на сотню метров уходившей в тело горы. Именно в ней и спрятался Оракул, предварительно достав откуда-то из-под своих щупалец небольшой шарик, тлеющий зеленоватым светом. Вова вслед за ним поплыл в сердце холодной молчаливой горы…
Время в пещере начало бежать быстрее, Кравецкий каким-то образом чувствовал, что находится в пещере уже очень долгое время, в голову сам собой приходил срок в три месяца. Старый осьминог успел залечить свои раны, он регулярно охотился и примерно раз в неделю, сосредоточившись, покидал свое тело, чтобы отправиться в космос. Там он, собрав всю волю в кулак, пытался влиять на траекторию орбиты Картахрра, но все, что ему удалось сделать – это сдвинуть ее на несколько сотен метров. Только этих усилий было явно недостаточно, Вова уже знал, что зловещего столкновения не избежать. По прошествии еще недели Оракул стал посещать космос каждый день, и Кравецкий вместе с ним. Как раз в один из таких дней все и случилось. Они оба находились довольно далеко от Земли, однако хорошо ее видели. Старик в этот раз ничего не предпринимал, он только грустно взирал на бело-голубую планету. Вове казалось, что Картахрр приближается к Земле очень медленно, хотя это, конечно же, был обман зрения – скорости обеих планет были огромны. И вот, прямо на глазах у двух бессильных наблюдателей, одно космическое тело столкнулось с другим. В последнюю секунду даже показалось, что Картахрр проскользнет мимо, но чуда не произошло, под большим углом он все-таки врезался в нежданную цель. На миг вспышка ослепила Вову, и он подумал, что сон покинул его, но через несколько мгновений он увидел перед собой совсем другую картину. Его взору открылся огромный белый шар, окруженный кольцом мелких камневидных осколков. Посреди этого кольца располагалось небольшое, по сравнению с белой планетой, космическое тело, образовавшееся, видимо, в процессе слипания этих самых камневидных осколков. Вова начал догадываться, что видит не что иное, как Землю через миллионы лет после столкновения с Картахрром. Луна на ее орбите еще только образовывалась, а раздувшаяся от выпарившихся океанов атмосфера стала непроницаема для постороннего взгляда. И тут Кравецкий почувствовал чье-то присутствие, каким-то образом он понял, что рядом находится Оракул. На него тут же накатило чудовищное всеобъемлющее чувство одиночества и безысходности. Тоска была настолько сильной, что, казалось, вот-вот разорвет Вову на мелкие части. Ему захотелось скрыться, исчезнуть, умереть, лишь бы отпустило это ужасное чувство…