Страница 21 из 56
Внезапно часть потолка зала загорелась мягким светом, и тьма выпустила из своих объятий сцену и экран. Посреди освещенного пространства стояли люди. Это была семья: мужчина и женщина средних лет, девушка примерно пятнадцати лет и десяти- двенадцатилетний мальчик. Зал взорвался оглушительными аплодисментами. На экране появилось улыбающееся лицо главы семейства. Откуда-то послышался голос торжественно объявивший, язык снова показался неизвестным, но смысл слов стал понятен почти сразу:
- Его Величество Король приветствует своих подданных! – звук был объемным, и, казалось, звучал отовсюду.
Мужчина на сцене поклонился, его лицо с огромного экрана выражало благодарность. Аплодисменты продолжались. Снова зазвучал таинственный голос:
- Ее Величество Королева приветствует своих подданных!
На экране появилось лицо женщины. Она также улыбнулась и поклонилась залу. С такими же почестями приветствовали хрупкую симпатичную принцессу и не по годам крепко сложенного принца.
Вова едва сам не поддался общему желанию хлопать в ладони. Но через несколько секунд его внимание приковал экран, где он отчетливо, как на замедленной кинопленке, увидел полет тончайшей иглы. Она легко, как в масло, вошла в шею мальчика, прямо в сонную артерию. Принц при этом даже не дернулся. Не только окружающие, но и он сам не увидел и не почувствовал что произошло. Он улыбнулся и поклонился залу. Гремели аплодисменты. Экран продолжал показывать принца, но глаза его стали вдруг совсем пустыми, мальчик медленно опустился на колени. Король, стоявший рядом, боковым зрением увидел, что что-то не так и повернулся к сыну. В этот момент в воздухе прочертила прямую еще одна едва заметная игла и мягко вошла в висок мужчины. Король ничего не почувствовал, но через несколько мгновений его глаза закатились и он рухнул прямо на сцене, рядом с уже лежащим сыном. Аплодисменты сменились криками ужаса.
В глазах у Вовы потемнело, он почувствовал, что оказался в другом помещении. Вернулся свет и глаза увидели комнату, посреди которой стояла большая старомодная с резной деревянной спинкой кровать. Напротив нее, у стены, располагалось трюмо, за которым сидела маленькая хрупкая девушка в голубом шелковом платьице. Остальную часть комнаты мужчина рассмотреть уже не смог – все его внимание приковало к себе это нежное создание. Это была та самая принцесса, ее длинные светлые волосы были растрепаны, а сияющие зеленые глаза полны слез. Она пыталась причесаться, но руки не слушались. Ее миниатюрное тело постоянно вздрагивало в немых рыданиях. Сердце Вовы наполнилось теплотой и жалостью, он отчаянно захотел приласкать и успокоить девушку, и даже шагнул к ней, но тут же осекся… Послышался стук.
- Войдите – девушка обернулась на дверь.
В комнату заглянул безобидного вида старичок и прохрипел:
- Принцесса, к вам пришел советник Его Величества, - голос старика дрогнул от жалости, - мне пустить его?
Влажные глаза девушки блеснули радостью, но она тут же остудила свой пыл и спокойно ответила:
- Да, пусть зайдет.
Старик, кряхтя, исчез в тени, а через несколько мгновений сквозь открытую дверь легкой походкой в комнату вошел мужчина среднего роста, в простой темно-синей тунике с накинутым на голову капюшоном. Вова инстинктивно попятился назад и прижался к стене.
Принцесса буквально бросилась навстречу гостю, в его объятья. И тут же зарыдала вслух. С головы советника спал капюшон, это был темный мужчина с крупными чертами лица, глаза его были черные как угольки.
- Господи, что же теперь будет, они убили их! – запричитал почти детский голосок.
Мужчина молчал, он просто сильнее прижал к себе хрупкое тело. И это, похоже, было лучше любых слов. Постепенно девушка начала успокаиваться.
- Тайорэ, мы теперь все умрем? – принцесса посмотрела снизу вверх на мужчину.
Советник ослабил объятья и нежно погладил девушку по волосам:
- Началась война, мой ангел. Война, в которой не будет победителей, теперь мне придется вмешаться. Мне очень жаль, правда!
- Какая теперь уже разница, - грустно почти прошептала принцесса.
- Аири, я хочу тебя кое о чем попросить, - Тайорэ внимательно посмотрел девушке в глаза.
- Да, что мне нужно сделать?
Советник достал из-под туники прозрачную колбу, в которой лежал сверток исписанной бумаги.
- Это написал твой отец, здесь все, что я рассказывал вам, по порядку и подробно, он обладал талантом красноречивости и умением убеждать. Но нынешним людям это писание уже не пригодится, теперь оно нужно потомкам, причем очень далеким. Велика вероятность, что им не удастся расшифровать эти письмена, поэтому их нужно снабдить рисунками, простыми и понятными. Нужно как бы нарисовать этот текст, чтобы все стало ясно даже тому, кто абсолютно не знает наш язык.
Принцесса осторожно с каким-то трепетом взяла в руки колбу.
- Ты мне поможешь, мой ангел?
- А почему ты не попросишь маму?
Советник отвел взгляд:
- Она обезумела от горя, не хочет ничего слушать, ей сейчас нужна только месть. Я понимаю ее, но нашему делу это не поможет.
По влажным щекам девушки потекли новые слезинки, но она сдержала рыдание.
- Сколько у меня времени, Тайорэ?
- Мало. Я не могу вступить в войну, чтобы потянуть время, это слишком рискованно. «Одиноких» слишком много и гнев их огромен, королева не сможет их победить.
- А как же наш орден? У нас ведь есть поджигатели, силачи, мыслители в конце концов, и мы с мамой…
- Королева ослеплена ненавистью, она не сможет сейчас воспользоваться силой духовника, а ты одна ничего не сделаешь с такой ордой разъяренных людей. Даже мы втроем ничего бы не смогли исправить, уже слишком поздно, искра брошена и пламя разгорелось.
Глаза девушки наполнились решимостью.
- Хорошо, я сделаю это, - она снова прильнула к телу мужчины, он обнял ее, - но я хочу, чтобы и ты кое-что сделал для меня, раз уж у нас так мало времени.
- Что, мой ангел? – он слегка наклонился к ней.
Принцесса воспользовалась этим, обняла его шею и впилась в губы дерзким поцелуем.
Вова почувствовал себя неуютно, как будто он подглядывает за чем-то очень интимным, в общем-то, получалось, что он это и делает.
Советник ответил на поцелуй девушки, но через минуту мягко отстранил ее.
- Не сейчас, - он прикрыл ладонью рот девушки, которая уже собиралась что-то возразить, - мы будем вместе, я тебе клянусь. Придет время, и мы снимем маски, и будем вместе…
Вова почувствовал, как его затягивает в какой-то невидимый поток, через секунду его бешено закрутило в круговороте тьмы, а еще через миг все остановилось. Он был в огромном круглом помещении, в центре которого размещалась чудовищных размеров сфера, стоящая на, таких же чудовищных размеров, столбе. Столб этот своим основанием уходил куда-то вниз, а от сферы во все стороны уходили разной толщины трубы. В помещении было очень жарко, и чувствовался постоянный звук какой-то вибрации. В нескольких метрах от себя Вова увидел двух человек в белых туниках, они о чем-то разговаривали. Он прислушался:
- Что сказали сейсмологи?
- Они в шоке, напряжение в коре такое, что они даже не берутся предсказать силу толчков, в системе не хватит уровня для такого землетрясения.
- Установка выдержит?
- Если нет, нам конец. И когда я говорю «нам», я имею в виду не только персонал станции. Представь себе, если к землетрясению такой силы прибавится еще и взрыв станции, тоже, как ты понимаешь, не слабый, то цунами будет, не знаю, метров сто.
- Да, такая волна снесет все напрочь. Почему столица молчит, им сообщили?
- Сообщили. Только там отвечать некому. После убийства короля и принца началась настоящая война, столица в осаде и под постоянным обстрелом. Говорят на большой земле все «одинокие» будто с ума сошли…
Вова услышал за спиной какой-то взрыв и, инстинктивно присев, повернулся. Картинка перед глазами снова изменилась, теперь он стоял на площадке огромной башни посреди маленького, но прекрасного белого города, окруженного высокими стенами. Но сейчас этот город был весь в огненных ранах, то там, то здесь вспыхивали взрывы, слышались выстрелы и крики людей. Уже вечерело, но благодаря прожекторам на стенах Вова мог рассмотреть огромное колышущееся море людей, взявших столицу в осаду. Посмотрев направо, он увидел за лагерем осаждавших уже реальное море, точнее океан. Неподалеку от берега стояло несколько военных судов, их орудия беспрестанно осыпали город снарядами.