Страница 7 из 36
Джерри расхохотался, Эй-Джей взглянул ему прямо в глаза.
— Вы наблюдательный человек, мистер Долсон.
— Да я бы ничего и не увидел, если б не затеял машину разбирать.
— А что сказала ваша хозяйка, когда услышала об этом?
— Я ей ничего не говорил. Засунул ту штуковину в свой шкафчик, решил, что за пару дней все обмозгую.
— Вы говорите, что ни я, ни водитель «лексуса» вас не интересуют, — сказал Эй-Джей. — И я считаю, что это правильно. Вам и не следует нами интересоваться. Мы вот-вот исчезнем из вашей жизни. Но прежде, чем это случится, вы можете заработать кое-какие деньги. И без особого труда.
— Хотите получить эту машину? Ну нет.
— Плевал я на машину. Мне нужно знать, куда направился ее владелец. Его фамилия Вон. Как насчет тысячи долларов, которую я вручу вам, как только вы скажете мне, куда он поехал?
Джерри отпил пива, прищурился. Странно, голова кружится, как будто он уже седьмую бутылку допивает.
— Вас это не интересует? Ладно. Тогда мы просто исчезнем из вашей жизни.
— Он не сказал Норе, куда направляется, — произнес Джерри.
— Да, но машину-то он здесь не бросит. Ему же не нужно, чтобы вы звонили в полицию, проверяли ее номерной знак. Так что он у вас еще появится. И я хочу узнать об этом — в обмен на тысячу долларов.
Джерри залпом проглотил остатки «Будвайзера».
— А как мне вас отыскать? Если я решу вам помочь?
Эй-Джей взял лежавшую на стойке бара салфетку, записал на ней номер телефона.
— Отдайте мне то, что вы сняли с машины, и я заплачу вам еще пятьсот.
— Сейчас не могу. Мастерская заперта, а ключей у меня нет.
— И вы туда за весь уик-энд заглянуть не сможете? — спросил, протянув салфетку Джерри, Эй-Джей.
— Без Норы — никак, а я так понимаю, что вы не…
— Нет, — покачал головой Эй-Джей. — Я не хочу, чтобы она в этом участвовала.
— Ну тогда ждите до понедельника.
Эй-Джей кивнул, соглашаясь, спрыгнул с табурета.
— Хорошо, увидимся в понедельник. Я пошел.
— Куда это вы? Сначала пивка мне купите, — сказал Джерри. Ему даже понравилось, как он это сказал. Так, точно он тут самый главный.
Эй-Джей расплатился, поставил перед Джерри полную бутылку пива и, громко стуча каблуками, вышел из бара.
Как только Джерри удалился, Нора выключила свет и повесила на дверь мастерской табличку «ЗАКРЫТО». Ее ждал уик-энд, возможность отдохнуть, получить ненадолго столь нужное ей время, которое она сможет потратить только на себя. Она проведет час-другой с отцом, и после этого с исполнением каких-либо обязанностей будет покончено. Нора ощутила укол совести за то, что относит посещения отца к разряду обязанностей, однако визиты эти были и вправду очень нелегкими.
Она уже заперла заднюю дверь, когда вдруг вспомнила о Фрэнке. Проклятье. Она же сказала ему: в шесть. И Нора, вздохнув, повернула ключ в обратную сторону и снова вошла в мастерскую.
Внутри было темно, лишь лампочка аварийной сигнализации светилась над дверью. Нора прошлась по мастерской, мимо сваленных в углу цепей, стоящего за ними стеллажа, находившейся за стеллажом покрасочной камеры, выстроившихся вдоль стен шкафов с инструментами. Дойдя до двери офиса, она вытащила из кармана ключи, однако дверь отпирать не стала. Около двери стоял стул, и Нора присела на него, подтянув повыше ноги. Она хоть и сказала Джерри, что училась работать здесь с детства, но на самом-то деле бывала тогда в мастерской лишь несколько раз и, как правило, вместе с матерью.
Родители развелись, когда Норе исполнилось шесть. То был брак, заключенный по романтическому капризу: мать происходила из старой богатой миннеаполисской семьи, семья отца на протяжении трех поколений жила в округе Линкольн, штат Висконсин. Его отец владел здесь авторемонтной мастерской, а кроме того, управлял в зимнее время снегоочистителем. Если в детстве Норы и бывали счастливые мгновения, она их не помнила — помнила лишь смутное ощущение витавшей в воздухе напряженности. После развода мать вернулась, забрав с собой Нору, в Миннеаполис. Отец приезжал к ней раз в год, как правило под Рождество. И за все то время, что Нора училась в школе, мать позволила ей съездить в Томагавк лишь пару-тройку раз. Зато, окончив школу, Нора прожила здесь летом целую неделю.
Кто-то заскребся у двери — не парадной, ведущей в офис, а задней, ведущей в мастерскую. Нора, глядя, как открывается дверь, спустила ноги на пол, встала. Фрэнк, решила она. А потом вечерний гость вошел в мастерскую, и, увидев, сколько места занимает его силуэт, Нора поняла, что для Фрэнка он слишком высок и слишком широк. Это был тот самый здоровяк, что приезжал сюда с вопросами насчет «лексуса».
Он немного помедлил у двери, потом неторопливо закрыл ее. И направился к «лексусу» — и что-то в том, как он двигался, встревожило Нору.
Она протянула руку к выключателю, щелкнула им и спросила:
— Не объясните мне, что вы здесь делаете?
Он, резко повернувшись, устремился к ней, агрессивный, быстрый, мгновенно сокративший расстояние между собой и Норой до пяти футов.
— Я сказала…
— Я слышал, что вы сказали.
Он обшарил глазами помещение. Впрочем, и так было ясно, что в мастерской Нора одна.
— Вы не имеете права находиться здесь, — произнесла она. — Вы разве не видели табличку на двери? Мы…
— Закрыты, — согласился он и подступил к ней еще на шаг. Вспыхнула, поймав свет флуоресцентных ламп, пряжка на его ремне. — Да, табличку я видел. А вы что же, закрывшись, всегда сидите здесь в темноте?
— Похоже, придется делать это почаще, раз находятся люди, которые вламываются в мою мастерскую. А теперь уходите. Я вернусь сюда в понедельник утром.
Их разделял уже всего один шаг.
— Дверь была не заперта, — произнес мужчина.
— Я хочу, чтобы вы ушли. Немедленно. Я вам уже говорила, когда владелец этой машины пожелает позвонить мне, он позвонит. А до того времени держитесь отсюда подальше, если не хотите, чтобы я обратилась в полицию.
— Да, это мне, пожалуй, не понравилось бы.
Черт, телефон-то стоит в офисе. А ее сотовый остался в тягаче.
— Уходите, — повторила Нора. Но он уже вторгся в ее личное пространство: стоял совсем близко к ней почти грудь в грудь, а она упиралась спиной в запертую дверь офиса.
— Послушай меня, милочка, — произнес он, — и послушай внимательно. Мне твое желание исполнить нетрудно. Просто скажи, куда отправился хозяин этой машины, и я исчезну.
— В последний раз прошу: уходите. Иначе я вызову полицию.
Он ничего не ответил. Нора повернулась к двери и почти уже вставила ключ в замочную скважину, когда пальцы мужчины сомкнулись у нее на запястье.
Она развернулась, ударила его башмаком по колену, нога мужчины подогнулась, на какой-то миг он потерял равновесие. Но затем рванул ее к себе, развернул. Нора почувствовала рвущую боль в плече, ударилась лицом о пол и поняла: сейчас все закончится — очень быстро и очень плохо.
4
Табличка «ЗАКРЫТО», свет в офисе не горит. Так что же, забыла она или все же собирается вернуться? Времени было всего лишь пять двадцать. Фрэнк стоял на тротуаре, держа в руках два больших бумажных пакета с продуктами, и пытался сообразить, что ему теперь делать.
На забывчивую девицу Нора не походила. К тому же она сказала: в шесть. Фрэнк поставил пакеты у двери. Может, она отправилась буксировать кого-то еще? Надо взглянуть, стоит ли за мастерской тягач. Если не стоит, он ее подождет.
Фрэнк обошел вокруг здания мастерской. Парковку окружала сетчатая изгородь, однако ворота ее были открыты. Тягач стоял на месте, за ним — покореженный джип Фрэнка.
Сначала он подумал, что крик ему померещился. Короткий, сдавленный. И тут в мастерской что-то упало, лязгнув металлом о бетон.
Фрэнк увидел их, едва открыл дверь. Здоровенный мужчина стоял у дальней стены, спиной к Фрэнку, прижимая Нору Стаффорд к шкафу с инструментами. Он заломил ей правую руку за спину и залепил ладонью рот. Фрэнк быстро и бесшумно побежал по бетонному полу, все время оставаясь за спиной у здоровяка.