Страница 44 из 234
- Ну и это… глупостями за рулем не занимайтесь… Настя еще хихикала, когда он ушел к своей машине и сел за руль.
Посмотрев друг на друга, мы поцеловались. И я сказал ей, что люблю ее. Она промолчала. Просто с улыбкой провела мне своей ладошкой по выбритой щеке.
Шлагбаум поднялся и мы выехали в разрушенный город, чтобы скоро покинуть и его.
Наверное, только проезжая в видимости холмов, с одного из которых я летал когда-то и, оставляя их за спиной, окончательно осознали, что все… мы уже, скорее всего и не увидим оставленный нами город. Не прогуляемся его полуочищенными улочками, не заскочим в порт, чтобы навестить матерого морского волка, а по совместительству классного человека Виктора. Не забежим в кинотеатр, где Настя так долго отработала. Не посидим в клубе, где оказывается, еще и стриптиз показывают, в чем я так и не удостоверился своими глазами. Но не было грусти или сожаления. Ведь впереди открывались ранее не виданные просторы и свобода.
В магнитофоне на старой заезженной кассете звонко пела, молодая в те далекие годы, «Арина». Пела как всегда о любви. Но если раньше я бы просто перемотал эту популярную до Последней ночи музыку для девочек младше шестнадцати, то тут с удивлением отметил, что она меня не раздражает больше. Наоборот, даже в чем-то нравится. Неужели так на людей любовь влияет, что они даже попсу слушать начинают?
Мы были с Настей сами по себе, а весь остальной мир и даже Василий с новобранцами маячившие впереди, были сами по себе. А если удавалось отринуть мысли, что мы едем на конкретное место и будем там делать конкретное и, наверное, не очень приятное дело, то вообще… будто мы сами бежим от порядков и образа жизни навязанного глядящими. Дикая на первый взгляд мечта Олега и Наташки, теперь была осуществлена мной и Настей. Мы шли на юг. И никто не думал нас ни останавливать, ни возвращать, ни наказывать.
Я все-таки не утерпел до конца «Арину», вставил новую кассету в магнитофон и сделал его погромче, чтобы насладится новой для нас с ней музыкой. Электронная тема настолько не вязалась с виденным нами залитым солнцем пейзажем, что Настя с улыбкой посмотрела на меня и спросила можно ее перемотать. Я кивнул с усмешкой, и она сцепилась с магнитолой в борьбе за что-нибудь соответствующее моменту. Оставив медлительную лиричную инструментальную музыку, Настя раскрыла полностью окно и, впустив теплый ветер в салон, высунула голову навстречу потокам воздуха. Только, наверное, беспокойство о прическе заставило ее вернуться в обратно и чуть прикрыть стекло.
- Ты лохматая. - Сказал я с улыбкой украдкой поглядев на нее.
- Знаю. - Сказала она и попыталась просто пятерней привести свои недлинные черные волосы в порядок.
- Самое главное-то мы и не взяли. - Сказал я имею ввиду расческу.
- Не страшно. - Отозвалась она, щурясь от солнца, что с ее стороны било в ей прямо в глаза. - Доедем тогда и расчешусь.
Путь, который начался так славно и не предвещавший никаких особых неприятностей так и протекал до самого вечера. Было уже почти шесть часов, когда впереди я заметил, что Василий сбрасывает скорость и останавливается. Я тоже скинул скорость и на одном сцеплении подкатился к ним и встал у обочины. Парни выходили из машины, разминали кости, и я решил, что Василий решился на отдых и ужин. Мы с Настей тоже вышли из машины, и я спросил у Василия подошедшего к нам:
- Привал? Здесь?
- Нет. - Замотал головой Василий и показывая на горизонт сказал: - Привал дальше будет. Километров через сорок. В городе. Сейчас просто разомнемся. Утомился вести машину. Да и ребята устали просто так сидеть.
Видя как, оглядываясь, Настя что-то ищет, я шепнул ей на ухо, чтобы по личным делам отошла метров на двадцать назад по движению, где росли довольно высокие кусты на обочине. Она ничего, не комментируя, отошла от нас, а я спросил у Василия:
- А что там впереди будет? Где ты привал наметил.
- Город. Большой город. - Сказал Василий, с прищуром глядя вдоль пустынной трассы. - Меньше нашего конечно, но тоже приличный. В нем даже сейчас тысяч сорок населения обитает. В нем и останемся. Если бы один шел так и ночью бы двинулся. А с пассажирами и с вами не хочу рисковать.
- Сложная дорога? - спросил я.
- Да не особо. - пожал плечами Василий. - Еще километров сто-сто пятьдесят сложностей быть не должно. Дорога фиговая, но без экстрима.
- Сколько мы уже проехали? - спросила подошедшая Настя. Ей ответил один из новобранцев Василия.
- Четыреста пятьдесят. Полпути одолели.
Поблагодарив его, Настя залезла в салон и всем налила горячего чая из термоса в пластиковые стаканчики. Разнося чай, она улыбалась, и никто не мог не улыбнуться ей в ответ. Мне даже показалось, что она решила таки всех очаровать. Кроме чая она разнесла нам заготовленные заранее бутерброды, и Василий с набитым ртом продолжал объяснять, что нас ждет.
- Завтра встанем пораньше, и думаю, к часам десяти доползем до места, где меня тогда обстреляли. Надеюсь, что в этот раз нам не обязательно придется такое пережить, но лучше быть готовым. Приедем в город я поговорю с местными может они нас сопроводят на том участке.
Но тронулись мы в путь не сразу. Предрекая, что нас с нашим транспортом загонят в какую-нибудь дыру под охрану на всю ночь, Василий предложил еще немного времени провести на природе.
Наслаждались зеленеющей травой. Обсуждали изменившийся пейзаж. Казалось, меньше полутысячи километров проехали, но солнца стало больше. Краски вокруг ярче. Василий все грозился, что там, куда мы путь держим, будет еще все лучше и красивее. И мы верили ему. Смеялись над его одержимостью и убежденностью что там рай на земле, но верили.
Пока молодые офицеры и Василий о чем-то не торопливо говорили, сидя на травянистом склоне дорожной насыпи, мы гуляли с Настей, и она даже свои туфли сняла, осторожно переступая в траве и наслаждаясь прохладой еще сыроватой земли. Держась за руки мы словно школьники в той далекой и погибшей жизни бесцельно слонялись на виду наших друзей. Только когда Василий закричал, что он уже отдохнул и готов в путь, мы вернулись и выслушали последний наказ нашего персонального полковника:
- В городе, старайтесь ни с кем не разговаривать. Ни с глядящими, ни с жителями. Мы там не на долго. Только переночуем и заводить знакомства ни вам, ни им не надо. Если кто-то будет тереться у машин, сразу мне говорите. Еще не знаю, как нас разместят, но если без охраны, то готовьтесь, - он обращался уже к своим новобранцам, - по очереди будете стеречь нас во время сна. В пути отоспитесь.
Оглядев каждого из нас и молчаливо спрашивая все ли понятно, он, больше не разговаривая, пошел к дверям своей машины. Ребята сердечно пожелали нам удачи, хотя вроде оставалось проехать всего ничего и тоже скрылись в машине Василия. Когда они тронулись и, набирая скорость, погнали по трассе, мы с Настей еще стояли у капота моей машины и не торопились их нагонять.
- Ну, поедем? - спросил я мою подругу, наслаждавшуюся теплом вечернего солнышка и легким ветерком, что перебирал ее немного спутавшиеся волосы.
Настя кивнула, обув свои туфли, она разом подросла на пяток сантиметров и стремительно забралась в салон. Я тоже вернулся за руль и, заведя двигатель, осторожно тронулся в путь.
До города действительно оставалось всего-ничего. Перевалив через несколько железнодорожных путей, сходу, на радость Насти, преодолев великолепные, высоченные и нисколько не пострадавшие мосты развязок в пригороде, мы вкатились в довольно чистенький город.
Нет, он не сохранился конечно же в первоначальном виде, каким красовался до Последней ночи. Но в разрушенных зданиях угадывалась былая красота этого города. Расчищенные и прибранные улицы, довольно много нам сказали и о жителях его. А к центру ближе заметив восстановленные старинные здания и даже подновленные офисные центры мы с Настей только удивленно пялились.
- Они здесь отстраиваются. - Сказала она, хотя я и так все это видел. Я заметил впереди на обочине дороги глазеющих на нас детей и даже притормозил от неожиданности. Опрятные, чистенькие такие детишки. Девочка и два мальчика. Каждому не больше девяти-десяти. И без взрослых!