Страница 23 из 65
— Просто чертовы моральные принципы. — отрезал я.
— Ладно-ладно, я просто спросила. Кому как не мне знать, что с тобой все в порядке, — она игриво подмигнула мне. — А теперь идем. Мы отправляемся в пустыню.
Белоснежный фургон поджидал нас у главных ворот. Инхар, нахмурившись, отдал ключи Джеку.
— Прошу вас, поаккуратнее с ним. Он мне дорог, как память.
— Буду беречь его больше собственного достоинства, — ответствовал Джек.
— Угу, было бы оно у тебя еще, — пробормотал я, но Джек, к счастью, не расслышал. Зато Аргаив покосился на меня и едва заметно улыбнулся. — А что со вторым Дэрриеном?
— Инхар позаботится о нем. У демонов свои методы допроса, и вполне возможно, что в скором времени мы узнаем кое-что новое.
Откатывая дверь в сторону, я не преминул заметить:
— Блин, в этом фургоне, должно быть, адское пекло!
— Ты не был в аду, Дэрриен, поэтому не можешь знать, — усмехнулся Аргаив, забираясь внутрь. — А я родом оттуда. И, скажу тебе, Египет по сравнению с ним — Антарктика.
— Придется поверить тебе на слово, потому что проверять как-то не хочется, — я уселся на переднее сиденье. Кондиционер. Ура!
Джек сел за руль, Аргаиву, Изабелле и Ракел пришлось расположиться в салоне. Шикарный, надо сказать, салон. Я даже слегка пожалел, что устроился впереди. Аменохеприти растянулся на моем плече.
— Пристегнись, Дэрриен, — посоветовал мне Джек. — Дороги здесь не ахти какие. Можно и сотрясение мозга получить, если слишком высоко подпрыгнуть на ухабе.
— Без вопросов, — я щелкнул пряжкой ремня безопасности.
"Лик Исиды" напоминал чудесную сказку, райское место, откуда не хочется уходить, но Египет за его пределами оказался хуже суровой действительности. Стоило вырулить за ворота, как мы оказались в совершенно ином мире. Куда делась та роскошь, великолепие, кристальные фонтаны? Все это моментально сменили убогие хижины и мутные колодцы. На мрачных, выжженных злобным солнцем улицах не было ни детей, играющих в догонялки, ни женщин, набирающих воду в высокие кувшины. Только подозрительные, иссушенные пустынным ветром лица мужчин изредка выглядывали из приоткрытых дверей. Значит, Зло и сюда добралось, раз арабы боятся выйти из дома.
— Куда мы едем? — спросил я Джека.
Тот указал на свою голову.
— Если верить компасу, артефакт находится на другом берегу Нила, к юго-западу отсюда. Сейчас доберемся до парома, а затем двинем в нужном направлении.
— Это же Долина Царей! — прокричал я — чем сильнее мы разгонялись, тем труднее было разговаривать, так шумел мотор. — С чего прикажешь начать поиски? Каждый год там не по одной новой гробнице открывают!
— Компас приведет нас к нужному месту! Проблема возникнет с мирами!
— С мирами? С какими еще мирами?
Но Джек лишь указал на уши и покачал головой.
Дорога напоминала американские горки. Впечатление усиливалось тем, что Джек несся с сумасшедшей скоростью, и мы практически взлетали над песчаными заносами. Когда Джек разгонялся перед очередным холмом, мое сердце начинало трепыхаться, как пойманная птица, от накатывающего волнами панического страха. Я буквально молился, чтобы сработала моя магия, и чертов фургон заглох. Странно, раньше я не так боялся скорости. Даже суперавтомобиль Джемала меня не испугал.
По пустыне мы проехали без приключений. Только однажды я заметил на далеком бархане фигуру человека, но она быстро скрылась из виду, и я засомневался: а не привиделось ли мне это? Если даже за нами следят, то тут уж ничего не поделать, так почему бы не обратиться к более важным вопросам, стоящим на повестке дня?
Четвертью часа позже, на пароме, отчаливающем от восточного берега Нила, я вернулся к разговору о мирах.
Джек выбрался из фургона и, приставив ладонь козырьком ко лбу, уставился на отдаляющиеся заросли папируса.
— Магический круг состоит из нескольких частей. Аменохеприти наверняка говорил тебе о них.
— Что-то не припомню.
— Ну как же. — Амен надулся. — Это же было так давно! Помнишь, как ты впервые попал в Круг? Я сказал тебе, что…
— …он состоит из территорий Тимерхана, Адальберта и места для обучения, куда старички не имеют права соваться. — закончил я.
— Верно. — кивнул Джек. — Территории зла и добра называются Сангр и Санто соответственно. То место, где живешь ты — это лишь пространство между ними, не более того, но многие магические существа предпочитают обитать именно здесь. Это по большей части обращенные, то есть бывшие люди, такие как вампиры и оборотни. Чародеев ты ни в Сангре, ни в Санто не встретишь. Даже Тимерхан и Адальберт предпочитали быть более приближенными к людям. Артефакт находится в одном из трех миров, но я не знаю, в каком именно.
— Придется обыскивать все, — пояснил Аменохеприти, перелетая на плечо демона. — И это не так быстро, как ты думаешь. Для тщательного поиска понадобятся недели.
— Которых у нас нет, — закончил я. — Хотя, с нами ведь великий жрец! Мало кто знает Египет лучше него. Ведь так?
— Да! — мыш так надулся, что чуть не лопнул. Этакий шарик с ушами. — Со мной вам не придется плутать в хитросплетениях подземных и магических ходов.
— Этого я и боялся, — хмыкнул Аргаив.
А где же наша красавица Ракел?
Оглядевшись, я увидел ее у противоположного борта парома. Она стояла, вцепившись в перила, и смотрела вдаль. Костяшки ее пальцев побелели — с такой силой она сжимала железную балку.
— Что с тобой? — спросил я, подойдя ближе.
Она вздрогнула от неожиданности.
— Ничего. Просто эта страна будит слишком много воспоминаний.
— Хороших или плохих?
— Когда-то они казались мне просто чудесными. Теперь же приносят одну лишь боль. А кое-что я вообще предпочла бы забыть.
— Это как-то связано с твоим бывшим мужем? — эх, не могу я удержать свой язык на привязи…
Ракел отвернулась, и я не сразу допер, что она старается скрыть слезы. Но голос ее выдал:
— Мы с Тураном часто путешествовали по Нилу на его лодке. Могли часами кружить возле острова Филэ. Это было наше любимое место.
Я не знал, что сказать, поэтому предпочел слушать дальше.
— Под вечер мы наконец причаливали к западному берегу и любовались пирамидами, освещенными заходящим солнцем… — она осеклась.
Я не мог подобрать слов, чтобы выразить, как мне жаль. Все равно любые слова прозвучали бы глупо, поэтому я просто обнял красотку. Она с благодарностью прильнула ко мне и не отходила, пока паром не причалил. Все это время я ловил на себе взгляд Изабеллы.
— Ты сильно изменилась с тех пор как…
— Еще бы, — вздохнула Ракел. — Любовь меняет всех. А уж потеря любимого — тем более. Поверь, мне было бы спокойнее, если б он был мертв. Но с его смерти все только началось. Я обнаружила его в подъезде в луже крови. По пути в больницу он и умер, — я не перебивал, зная, что ей хочется высказаться. Перед братом она не стала бы откровенничать, подруг, насколько я знал, у нее не было, а из друзей остался только я. — Но тогда я еще не знала, в кого он превратился. Туран ведь пришел ко мне через три дня после своей смерти и попросил впустить его. Я сразу поняла, что к чему, и отказалась, хотя мне очень хотелось этого.
— Ты превратилась бы в вампира?
— Нет. Но он стал бы пить мою кровь и вместе с ней получил бы мою силу. Я знала, что он занимался магией, а вампиризм придал ему еще больше сил. Укуси он меня — и это привело бы к необратимым последствиям. Аргаив мне этого не простил бы, — добавила она тихо.
— А Аргаив знает о том, что твой муж…
Она покачала головой.
— Я сказала только, что Турана больше нет. Он не сильно расстроился, так как всегда его недолюбливал. Долгое время я была сама не своя, и Аргаив заботился обо мне, за что ему огромное спасибо, — голос ее потеплел. — Никаких упреков вроде "Я же говорил" я от него не слышала. Он очень помог мне, устроив к себе в клуб. Только в работе я нашла спасение от всего этого. Она помогла мне стать прежней Ракел, соблазнительницей мужчин. Но эта поездка будит во мне те чувства, о которых я даже вспоминать не хочу.