Страница 14 из 65
— …! — взревел Аргаив, ударив правой рукой по рулю. На нем вспыхнули крошечные язычки пламени и тут же погасли. Изабелла вздрогнула. Ух ты, Джек превзошел меня по части выведения демона из себя! — Хватит говорить загадками! Мы не можем искать неизвестно какую хренотень неизвестно где, чтобы предотвратить неизвестно что! Или ты рассказываешь все, что знаешь, или я выкидываю тебя из машины, и ищи свой артефакт сам!
Да, Джек значительно меня превзошел, поскольку до такой ругани Аргаив на моей памяти еще не доходил. А демон в гневе — это тихий ужас. Если не хотите быть испепеленными на месте, мой вам совет — никогда не доводите его до такого.
— На твоем месте я бы все рассказал, — флегматично посоветовал я.
На мгновение в глазах Джека промелькнуло что-то, очень похожее на ярость. Признаюсь, я даже испугался, вспомнив, с какой легкостью Джек проник за мою ментальную защиту, даже не ломая ее. Но тут же в моем сознании возникли незабвенные огненные жгуты, которыми спеленал меня Аргаив, казалось, тысячу лет назад. Я приободрился. Каким бы сильным ни был чародей по имени Джек, демон Аргаив задаст ему жару.
Похоже, Джек тоже это понял. Выражение лица его смягчилось, лицо осветила дружелюбная улыбка. Примерно как у акулы.
— Давайте не будем ссориться, хорошо? Нам много времени предстоит провести вместе, и я не хочу, чтобы вы считали меня врагом. Я расскажу вам все, что хотите. Но сразу предупреждаю: всего я и сам не знаю.
— Немного хоть какой-нибудь информации нам не помешает, — процедил Аргаив сквозь зубы.
Джек уселся поудобнее, передал вновь забравшуюся на него змею красотке и начал свой рассказ:
— Вам, должно быть, приходилось слышать о так называемых первоисточниках, многоуважаемый Аменохеприти, — обратился он к мышу.
Тот кивнул ушастой головой.
— Это всего лишь легенда, и я не понимаю, чем она может нам помочь.
— К сожалению, Аменохеприти, вы не правы. Первоисточники есть. О них не слышали уже несколько веков, и их существование превратилось в миф. Это самые мощные источники доброй и злой энергии из когда-либо существовавших. Тот цветок лотоса был не более чем передатчиком, трансформирующим чистую энергию во что-то более приемлемое для смертных чародеев.
— Я уничтожил всего лишь что-то вроде адаптера? — задохнулся я. — Но почему же тогда…
— Потому что, Дэрриен, — перебил меня Джек голосом учителя, объясняющего непонятливому ребенку правило правописания в седьмой раз, — передатчик не менее важен, чем сам первоисточник. Разрушив его, ты тем самым запер силу добра внутри первоисточника. Она не может существовать, просто витая в воздухе. А смертные чародеи не в состоянии больше впитывать ее, поэтому и лишились своих сил. Лотос был связующим звеном между ними и энергией.
— То есть, символ Зла — это тоже не более чем передатчик? Почему бы нам не разрушить и его? Все встанет на свои места.
Джек покачал головой.
— Для этого придется попотеть. Одним уничтожением картинки на стене ты не отделаешься. Чтобы лишить сил Зло, разрушить символ недостаточно. Надеюсь, ты заметил, что оно сейчас куда сильнее Добра.
— Еще бы, — хмыкнул я. — Значит, передатчик сейчас не играет мало-мальски важной роли, так?
— Так, — Джек почесал переносицу, словно собирался чихнуть. — Но доступ к первоисточнику можно получить лишь через символ, или артефакт. И чтобы поумерить пыл Зла…
— Минутку, — Аргаив поднял руку и тут же снова опустил ее на руль. — Поумерить пыл? Насколько я понял, мы собирались вообще его уничтожить.
— Любезный Аргаив, — повернулся к нему Джек. — А вы не задумывались о том, что станет с вами и вашей сестрой, когда Зло будет уничтожено? Ведь формально вы относитесь к противоположной стороне.
Аргаив закусил губу.
— Правда. Об этом я не подумал, — тихо произнес он.
— Наша цель — не уничтожить Зло, а восстановить баланс. Думаете, если на Земле будет царить одно только Добро, жить сразу станет лучше?
— Да, — вырвалось у меня.
Джек посмотрел на меня. В его глазах плясали искорки, казалось, он вот-вот расхохочется.
— El idiota ты, Дэрриен. Никогда не было такого, чтобы абсолютное что-то властвовало. Ни абсолютное Зло, ни абсолютное Добро не принесут целостности и гармонии этому миру. Только баланс способен восстановить его.
Аргаив остановил "Ламборджини" возле дома Джека. Я вылез из машины, разминая затекшие ноги. Аргаив сослался на какие-то дела и тронулся с места, но через пару метров зажег стоп-сигнал. Послышалась ругань, и через открытое окно вылетела Нефертари. Ракел ловко поймала ее, выкрикнула вслед брату неприличное слово и повесила змею себе на шею.
Снег крупными хлопьями кружился, облепляя меня со всех сторон. Я уже забыл, насколько прекрасен первый снегопад. Вскоре весь город оденется в белую, сверкающую, хрустящую простыню. Вот только как бы она не стала саваном…
Снег касался моего лица короткими незаметными поцелуями, чтобы тут же растаять и скатиться слезами по щекам. Я почему-то вспомнил мать.
Она ушла, когда я был совсем маленьким. Я абсолютно не помню ее. Отец не оставил ни одной фотографии, объясняя это тем, что она не заслужила такой чести, бросив малыша без зазрения совести. Я пытался выяснить хоть что-то, но отец упорно не желал о ней говорить. Все, что я знаю — ее имя. И, возможно, лицо. Силы Зла показали мне ее отражение в воде и этим чуть не заманили меня в ловушку. Не спрашивайте, откуда я узнал, что это была именно она. Я сам не до конца уверен. Я бы назвал это интуицией. Или чародейским чутьем. Неважно.
Я встряхнул головой. Какая сейчас разница, где моя мать? За двадцать пять лет она ни разу не поинтересовалась, что со мной, где я сейчас. Почему я должен беспокоиться о ней?
— Дэрриен.
Я обернулся. Изабелла.
— Что с тобой? У тебя такой вид, будто ты лягушку проглотил.
— Ага. Было вкусно, — отшутился я.
Улыбка осветила ее лицо лишь на мгновение.
— Пойдем в дом. На улице небезопасно.
— Угу, — буркнул я.
Изабелла отошла. Кто же она все-таки на самом деле? Совершенно точно, что с магией она связана довольно прочными узами. От нее исходила неведомая мне энергия, такой я прежде никогда не ощущал. Не сказал бы, что опыт общения с магическими существами у меня больно уж велик, но его хватало, чтобы понять — Изабелла не человек. Либо — не обычный человек. Доля магии в ней есть. Только вот насколько большая? Сможет ли она сокрушить мою ментальную защиту так же, как Джек?
При случае проверю.
Я направился к дому, за дверями которого только что скрылась Изабелла. Ракел и Джек, должно быть, уже вошли.
Что-то маленькое приземлилось мне на плечо.
— Амен? Ты почему еще не внутри? — рассеянно пробормотал я. — Холодно же.
И тут жрец сильно цапнул меня за ухо.
Я вскрикнул и хлопнул ладонью по плечу, скинув мыша в снег. Поверьте, я бы никогда так не поступил с Аменом, это от неожиданности. Проще говоря, я запаниковал.
По уху и шее потекло что-то теплое — не иначе как кровь. Я посмотрел на ладонь — она самая. С каких это пор безобидный Аменохеприти подался в вампиры? Я обратил пылающий праведным гневом взгляд на виновника торжества, все еще барахтающегося в снегу.
— Ты чего, совсем сбрен…
У моих ног копошилось какое-то существо, черное и достаточно злобное, чтобы оторвать мне голову. Будь оно побольше, без всяких колебаний так бы и поступило. Маленькие глазки светились такой яростью, что снег отсвечивал алым. Это определенно был не Аменохеприти, хотя по внешним данным вполне соответствовал. Следовало бы сразу догадаться, мыш не стал бы меня кусать.
Маленький демон рявкнул что-то невразумительное, затем ощерил на меня крошечные, но острые, как иглы, зубы. Непропорционально большие крылья у него за спиной затрепыхались, одно как-то вяло — видимо, по нему я и ударил. Чертеныш силился взлететь, но безрезультатно. Вот и сидел он на снегу и шипел на меня, как рассерженный кот.