Страница 19 из 77
Ну вот, еще один, но этот посерьезнее, поумелее, и взгляд такой, словно его на цель навели, как ракету запрограммировали, и драться умеет, но не так чтобы очень хорошо и точно не так, чтобы справиться с Мечом Квадры. Катана по-прежнему дремала в ножнах. Нужды не было, а обнажать меч без нужды мастеру не пристало. Теперь уже двое… нет, четверо, что тоже не особенно страшно, потому что ни развернуться здесь негде особенно, ни тем более взять в кольцо, а бою на ограниченном пространстве их вряд ли кто-то обучал, зато Дана обучали еще в маленьком клубе для своих, да и за прошедшие с тех пор… ммм… много лет умение отточилось. Красиво. Ни одного трупа, хотя не без серьезных травм, ну да ничего, сразу после дела можно туда и лекаря послать. Интересно, почему Нирут не выдал им на всякий случай остродефицитные даже у властителей уоки-токи?
Тело действовало совершенно независимо от головы, потому что ничего заслуживающего обдумывания не происходило, напоминало основательно забытые компьютерные игрушки, где главный герой прорывается сквозь полчища врагов, и чем цель ближе, тем врагов больше. Причем игрушку, проходимую на норме. То есть на легком уровне. Интересно, их Крест Судьбы, тьфу, Рока то есть, ведет, или они прозаичные наемники, или еще более прозаичные преданные слуги хозяина булыжничка?
Двор перед искомым домом был пуст, только ошалело металась туда-сюда курица. Двор был задний. Дану еще пришлось через забор перелезать, высокий, но все равно какой-то несерьезный, больше декоративный, чем охранный. Интересно, что остальные? Он бы почувствовал, случись с ними что-то критичное. Проверено уже. Впрочем, может, они уже и внутри.
Дверь, прочная и надежная, была заперта, на окнах имели место быть решетки тюремного вида, но только на первом этаже. Дан, даже особо не напрягаясь, разбежался, сделал пару шагов по стене вверх – достаточно, чтобы ухватиться за крюк для фонаря, подтянуться, опереться на этот крюк ногой и вскарабкаться на подоконник второго этажа. Опп… Реакция хорошая, Дан то ли отодвинуться успел, то ли развернуться, то ли живот втянуть, но арбалетный болт ощутимо скользнул вдоль живота, порвав новую хорошую куртку и слегка опалив кожу. Дан обиделся и дальше вел себя уже не столь деликатно. Куртка была кожаная, причем из кожи черного дракона особой выделки, что в некоторой степени заменяло не положенные по рангу доспехи, так что мелочи вроде осколков стекла были ей нипочем. Дан вломился в комнату и обещающе сомкнул пальцы на шершавой рукояти катаны. Их было трое, один торопливо перезаряжал арбалет, и Дан без угрызений совести приколол его правую руку к стене тяжелым метательным ножом, а двух других разложил около, ну а дальше уж пошла потеха и некогда стало обращать внимание на детали интерьера. Он, словно танк с автоматическим управлением, ломился туда, где сосредоточивались основные силы противника, уже не церемонился, колол, рубил, бил дагой, а также локтем или просто ногами, от особо настойчивого и особо умелого получил порез ляжки, ответил аналогично, да вот только артерию рассек, уж извини, не до гуманности, она в гостинице осталась, Черныша охраняет. Еще один засветил ему камнем из пращи, хорошо что по касательной, снова уклониться успел, однако голова загудела и кровь начала стекать прямо в глаз, и это раздражало. Израсходовав на него последний метательный нож, Дан пинком распахнул очередную дверь, готовый встретить даже пулеметный огонь. Но не встретил.
Он здесь был один, совсем молодой, просто мальчишка. Испуганный. Растерянный. Совсем не похожий на… а на кого он должен быть похож? На великого мага, что ли? Великими в таком возрасте не бывают, эликсир молодости выдается строго дозированно, и только властителями, а уж они щенкам, будь они сколь угодно перспективными, не дадут. Человек, получающий если не вечную, то продолжительную молодость, должен уметь ее ценить, то есть приобресть жизненный опыт, желательно чтоб и печальный тоже, а также… Дальше Дан забыл, хотя властитель Сарен прочитал им с Алем целую лекцию. Наверное, счел, что они недостаточно ценят щедрость Нирута.
Юноша был щуплый, бледный и голубоглазый. И в этих глазах Дан словно увидел свое отражение: некая злая сила (раз в черном, то, естественно, злая), перепачканная в чужой и своей крови, с залитой кровью перекошенной мордой (Дан закрывал левый глаз, потому что в него попадала кровь) и окровавленным мечом в руке. Испугаешься. Сам бы испугался, если бы, скажем, в его комнатку в банке лет этак сорок назад вломилось такое чучело.
– Вы меня убьете, сударь, – констатировал юноша. Дан удивился. С чего бы? Он и за спиной-то трупы старался не оставлять, разве что тот, с перерубленной артерией, истек кровью, а тут возьмет и загрызет бедного мальчика. – Тогда все кончится. Вы только сделайте это не больно, сударь.
– Камень где? – тоном страшного злодея спросил Дан. Это возымело действие: юноша вздрогнул всем телом и кивнул на стол. Ровно посередине лежал камень в форме креста. Георгиевского. Честно говоря, Дан ждал чего-то куда более массивного, а этот, в общем, и за застежку плаща бы сошел. Ну чисто солдатский «георгий». Разве что черный, но посередке будто нарисован обычный серебряный крест. Тоненький. С того места, где стоял страшный злодей, похожий на знак умножения. Тяжело ступая (нога дала о себе знать), Дан приблизился к столу, ожидая громов, молний и развеивания себя в пыль и пепел, но ничего не происходило. Дан вложил катану в ножны (достать недолго) и мирно спросил:
– Как он к тебе попал-то?
Юноша захлопал ресницами. Был он белобрысый. Вот Дан – блондин, а этот – белобрысый. И ресницы белесые.
– Я его нашел. Он показался мне таким красивым, что я взял его в руки. А он попросил меня взять его с собой.
– А зачем, он тебе не сказал?
– Он не может долго без хозяина… мне кажется. Только вот я не подхожу. Он… он меня защищал. Знаете, на дороге на меня напали разбойники, но подойти не сумели. Тех, кто подходил, била молния. Они в меня стреляли из арбалета, а болты не долетали. Они все не уходили, и тогда молнии стали бить в них во всех.
– И ты испугался больше, чем разбойники, – кивнул Дан, присаживаясь на край стола, чтоб не нагружать ногу. Крест Рока равнодушно лежал посреди стола, прислушиваясь к беседе. – Ну и дальше что?
– Дальше… то же самое. Он меня защищал. Он заставлял людей меня слушаться, и незнакомые люди дрались за меня.
А тебе это нравилось, понял Дан. Был такой безвестный школяр, младший сын какого-нибудь барона – одет очень уж пестро, никому, кроме маменьки, не нужный, ни на что не годный, ничего полезного не умеющий, ни друзей не имел, ни у девушек успехом не пользовался, а тут вдруг счастья привалило полные штаны…
Мальчик решил, что Дан очень уж расслабился и швырнул в него нож. Неплохой, надо признать, был бросок, без замаха, снизу, не так прост мальчик… или камушек ему помогает. Но с реакцией Дана, и без того неплохой, сегодня творилось что-то вовсе уж несусветное, он не только это неуловимое движение кистью заметил, но и очень вовремя шмякнулся спиной на стол, основательно ушибив лопатку о Крест Рока, а потом столь же резко стек со стола – и прямо к стулу, на котором и сидел герой, и от души врезал ему в челюсть. Ну, не совсем от души, от души бы – сломал, но хорошо стукнул, со стула сбросил, потом быстренько поднял с пола и очень так основательно встряхнул.
– Обалдел, щенок? Куда тебе против Меча Квадры?
Он швырнул юношу на диванчик и подумал, где же застряли его верные сподвижники. Лопатка ныла, и Дан, извернувшись, ее пощупал. Ничего вроде, просто синяк назревает. Одно утешение – у этого синячок-то получше будет. Дан вытер глаз тыльной стороной ладони. Вывозился еще где-то. Кровь уже не шла.
Нож ушел в дверной косяк весьма основательно.
– Ладно, – сказал парень совсем уже другим тоном. И посмотрел уже совсем по-другому. – Кончай уж, что тянуть. Примет тебя Крест или нет, тоже еще вопрос.
– Щас кончу, – пообещал Дан, оглядываясь в поисках нужных вещей. А вот это хорошо. Он сорвал с окна портьеру и упаковал в нее шустрого юношу, а поверх обвязал портьерным же витым шнуром. – Это чтоб ты больше ножиками не кидался. Убить же мог, а я в гневе страшен. Ну а что после этого с тобой сотворил бы мой дракон, я и думать не хочу.