Страница 14 из 77
– Мне кажется, что нам поря объясниться. Что с вами обоими?
– Брррр-тррррр, – тоже решительно согласился Шарик и толкнул Дана носом. Дан немедленно признался во всем. Ну, крыша едет, дорогие, память, старательно задавливаемая, вылезает наружу, можете искать здесь злой умысел неведомых врагов…
– Значит, слышишь?
– Слышу. А то, что вижу, тебя не удивляет?
– Нет, потому что я тоже… его иногда вижу. Что ты слышишь?
– Последнее, что он сказал, – с трудом выговорил Дан. – Он меня звал.
Маги переглянулись, и Нирут как начальник взял неприятное на себя.
– Он не говорил, Дан. Не мог говорить.
Дан не поверил.
– Я, может, и не совсем в уме, но галлюцинациями тогда не страдал…
– Причем тут галлюцинации? – отмахнулся Нирут. – У тебя и сейчас не галлюцинации… это совсем другое. Гай ничего не говорил. И имени твоего не называл. Шарика вон спроси, раз нам не веришь.
Дан заглянул в терракотовые глаза дракона, и тот сочувственно кивнул: не врут, не звал он тебя. Дан потряс головой. Не может быть. Он слишком отчетливо слышал гаснущий голос, чтобы это мерещилось.
Маги снова переглянулись.
– Это то, что я думаю? – спросил Аль.
– Похоже, – сумрачно отозвался Нирут. – Он, наверное, звал тебя, Дан. Только не с помощью звуков. Не мог он говорить, понимаешь? У него голосовые связки порваны были, легкие уже кровью заполнились. Можешь считать меня ненормальным, но сильно похоже на то… В общем, Аль тебе уже говорил: Гай с тобой. То есть в тебе. Он тянулся к тебе. Не умирать боялся, а расстаться с тобой. И… и не расстался.
Параноик, сочувственно подумал Дан. Бывает. Свихнулся на почве магии и всемогущества. Ну если ему хочется считать, что душа Гая вселилась в Дана, пусть себе считает. Просто Гай – это лучшее, что было в жизни…
– Он тебя зовет, – тихо произнес Аль. – Сейчас зовет. Хочет, чтобы ты его услышал.
– Ну я услышу. В моем мире это называется шизофренией. Раздвоением сознания.
– А в нашем это называется единением, – спокойно ответил Аль. – Редчайшие, но вполне реальные случаи. Нирут, скажи, что я неправ.
Нирут ничего не сказал, продолжая смотреть в огонь, и этот огонь отражался в его золотистых глазах, отчего они были похожи на кошачьи. Шарик положил голову Дану на плечо и тоненько свистнул. Это означало сочувствие и понимание.
– Это случалось и прежде, – подтвердил властитель через очень долгое время. – Правда, только с магами. Или… в Квадре.
– Квадры нет, – напомнил Дан.
– Да, – согласился ровным голосом Нирут, – потому что я ее разрушил.
– Мне показалось, что это был Велир, – хмыкнул Дан, уже соображая, что Нирут не шутит, что этот безжизненный тон означает некую готовность выдать некую крайне неприятную информацию. Аль напрягся, да и Шарик принял едва ли не боевую стойку. – Нирут, может, объяснишься?
– Да, конечно. – Уже иначе, просто совершенно спокойно и равнодушно, начал Нирут. – Не хотелось бы, но придется. Нашей Квадре позволяют существовать только потому, что мы, собственно, Квадрой не являемся. Так, мелкое баловство, на которое прочие властители смотрят сквозь пальцы. Квадры исчезли не потому, что вымерли фруги. Никто бы не помешал властителям создать новых, это, в общем, не бог весть какие сложности – соединить человека и животное так, чтоб доминировал человек. Властители сами уничтожили то, что создали, – свои Квадры. И Флайт в том числе.
Тишина была неприятной. И, само собой, относительной. Повизгивала где-то ночная птица, шуршал огонь, шумно сопел крепко спящий сторож Черныш. Дан допил остывший чай и поставил кружку рядом с собой.
– Ты не хочешь ли сказать, что все это устроили властители и даже пожертвовали своим, лишь бы не дать родиться Квадре?
– Нет. Амбиции Велира – это просто совпадение. Счастливое совпадение. Мне все равно пришлось бы отдать им Гая. Так или иначе.
– Что значит – отдать? – нехорошим голосом спросил Аль. Дан почувствовал, как холодеют руки. Нирут не шутит. Он никак не шутит.
– А вот так. Мне вполне недвусмысленно сказали, что одним я должен пожертвовать. На выбор. Предпочтительнее Первым, но не обязательно.
– Как это – пожертвовать? – совсем по-чужому проговорил Аль.
– Обыкновенно. Как жертвуют пешкой. Ты же хороший шахматист. Я должен был отдать кого-то из вас троих, потому что Лара – всего лишь замыкающая. она никакой особенной роли не играла. А вы готовы были стать настоящей Квадрой. Что, как оказалось, совершенно недопустимо. И я отдал Гая.
Он отдал Гая. То есть своими руками отдал? вырвал из Дана кусок сердца и теперь переживает по поводу того что сердце не желает регенерировать? Врет же он. Не может же быть, чтобы так. Вот и Аль не верит.
– Черт тебя возьми, милорд, – сосредоточенно и четко проговорил Аль, – почему Гая? почему не меня?
– Потому что ты маг, – пожал плечами властитель, – это как раз понятно. Я не хотел отдавать перспективного мага, не мог отдать Дана… по разным причинам. Оставался только Гай.
Он не шутит. Не разыгрывает. Он позволил убить Гая? Он мог его исцелить, но не стал? Пожертвовал пешку?
Шарик вовремя свалил его наземь, ладно, что не в костер, брякнулся сверху, растопырив в воздухе лапы и придавливая Первого своим немаленьким весом. Рука Аля аккуратно разжимала пальцы Дана, сомкнувшиеся на рукояти катаны.
– Подумал бы сначала.
– Что тут думать? – заорал было Дан, но вдруг понял, что орать не надо. Не Алир советовал и не Нирут. И уж точно не Черныш с Шариком.
Гай заговорил.
Нирут тупо двигал палкой угольки, рассыпая искры, и спокойно смотрел на Дана. Шарик слез со своего Первого, но предусмотрительно устроился рядом. Дан вложил катану в ножны.
– Ты решил меня встряхнуть таким необычным способом? – поинтересовался он.
– Да. Я предпочел бы сохранить это в секрете, но ты начал меняться очень уж заметно. Ты ценен своей человечностью, Дан. И для меня, и для Траитии…
– Мир я уже спасал.
– Это не разовое приключение, это каждодневная работа. Странно, что ты этого не понял.
– Нирут, дав умереть Гаю, ты сам же убил и Дана, – горько заметил Аль.
– Да. Я поздновато понял, что они так связаны.
– А если бы понял, позволил бы убить Аля.
– Да. Вероятнее всего.
– Ты мог его исцелить, – покачал головой Аль. – Нирут, у меня просто…
Почему не последовать совету? Дан уткнулся носом в колени и начал думать. Обостряет Нирут. Доводит ситуацию до абсурда. Приводит Дана в чувство методом вивисекции. Наверное, властители по какой-то причине решили, что Квадры угрожают основам мироздания, то есть равновесию, что они страшнее атомных бомб и ополовинивания эльфийской расы, и собственные Квадры тихо уничтожили. Собственно, свидетелей – один Флайт, державший последнюю Квадру. Он на ту пору был самым молодым властителем? Или… или Квадры опасны не столько для мироздания, сколько для его столпов – властителей? И поначалу Квадры вывели своих властителей, а потом уж начался обратный процесс? Не суть важно, это дела давно минувших дней. Это и Флайта спросить можно. И пусть попробует не ответить… А что сделаешь, если не ответит, – в морду? Ага, смешно… впрочем, они Дана остерегаются чисто инстинктивно, потому что за последние черт знает сколько лет властитель умер впервые… да еще так прозаично, от руки человека…
В общем, решили они, что Квадр быть не должно, а тут вдруг Нирут со своими игрушками… Позволили, потому что фругов не осталось, а тут раз – и демон нашелся на место четвертого. И вдруг начало получаться. Тогда они посовещались и для начала попробовали на младшего и неразумного собрата воздействовать словесно, ужастиков из древней истории порассказали, теоретическую базу подвели, а у Нирута на безопасности Траитии пунктик, бзик, комплекс и так далее. Он зрел, зрел, но так и не созрел, искал варианты, как бы и единомышленников ублажить, и своих не трогать.
И тут Велир со своей теорией, со своим сольным (или не сольным?) заговором, параноик Велир, решивший подкрепить равновесие парочкой ядерных бомб, чтоб ни у кого и намека на мысль нехорошую и не возникло… И он решил все проблемы Нирута просто и радикально.