Страница 34 из 84
Андрей сидел, молча мотая головой. Он не мог поверить в услышанное.
— Хорошенько надравшись, ты стал мне рассказывать невероятные истории, — продолжал говорить Ионыч. — И ты знаешь, я поверил. И не потому, что ты был под «Блэнки». Нет. Просто умеешь ты людей убеждать. Вот тогда-то мы и обговорили с тобой весь наш план действий. Кстати, как там эта симпотная бабенка? — бомж лукаво подмигнул. — Ты ее…того? А?
Вольф его практически не слушал. Ругая себя последними словами, он пытался вспомнить, с чего тогда он решил погулять и принять спиртного. И вскоре пришел к выводу, что во всем виноват Ионыч. Бомж с самого начала каким-то образом на него влиял, заставляя совершать противоречивые действия. Еще там, на Земле, уговорил забрать с собой. Потом на Сио — спасти от охранников из бара. Теперь вот с выпивкой придумал случайный душевный разговор. И ведь получилось, не смотря на то, что стронгеры имеют иммунитет практически к любым психотропным веществам.
Взглянув на улыбающуюся, по-детски довольную физиономию Ионыча, Вольфу вдруг померещилось под маской грязного бомжа нечто такое, что холодок побежал по спине. Уж не федеральный ли он агент? Андрей слышал раньше о специальной группе федералов, которые охотились на стронгеров нетрадиционными методами. Фактов, подтверждающих существование подобной группы никто не видел, но ведь слухи не на пустом месте появляются. Рано или поздно все случается впервые. На каждую хитрую гайку находится свой болт с резьбой. Почему бы в таком случае не объявиться равносильному стронгерам противнику?
Несмотря ни на что, Андрей внешне оставался спокоен. Не стоило сейчас рыпаться, так как результат может быть непредсказуемым. Кто знает, какие у этого «бомжа» припрятаны козыри?
Машина быстро двигалась по широкой кольцевой дороге, уносясь прочь от поднимающегося высоко в небо прозрачного небоскреба. Других мобилей вокруг было очень мало. Пару раз встретились неповоротливые экипажи, неспешно скользящие в крайнем правом ряду. Пронесся мимо картеж какого-то чиновника, да несколько гражданских машин остались далеко позади. Видимо, в этом городе люди предпочитают передвигаться каким-то другим путем.
Андрей интуитивно ждал погони, каждую секунду опасаясь увидеть в заднее стекло быстро приближающиеся огни транспорта СБ. Но все было на редкость тихо. Будто его побег и не заметили вовсе.
Свернув с магистрали на узкую пустынную улицу, девушка притормозила возле больших железных ворот, которые располагались в цоколе высотного здания. Вышла из машины и юркнула в приоткрытую массивную створку.
— Из правительственного сектора просто так не выберешься, — пояснил Ионыч. — Лизка знает все обходные пути. Сейчас перетрет с парнишкой одним хорошим, и все будет в ажуре. Вон, идет уже.
Девушка вновь села за руль. Ворота тем временем со страшным скрипом начали открываться, и она медленно направила мобиль прямо в темный проем. В свете фар мелькал лишь бетонный пол. Стены и потолок были где-то в недосягаемой дали, и свет их просто не достигал.
Спустя несколько минут машина выскользнула из таких же массивных ворот, но на другой стороне здания. Здесь уже был другой сектор, где обитали обычные люди, не входящие в элиту города. Дома-кольца прижимались друг к другу настолько плотно, что между ними едва хватало расстояния, чтобы проехал даже небольшой мобиль. Хотя, транспортом никто и не пользовался. На гладком покрытии кучами валялся различный мусор, порой возвышаясь посреди дороги высокими кучами. Девушка такие преграды старалась объезжать, а когда выхода уже не было, разгоняла машину и сносила их, после чего размазывая щетками по лобовому стеклу жидкие помои. Спешащие по своим делам прохожие с некоторой осторожностью и любопытством разглядывали проникший из другого мира шикарный мобиль. Это была непозволительная роскошь, которую они могли раньше наблюдать только издали. В этот сектор из транспорта наведывались лишь гравилеты СБ, да и то крайне редко.
Загнав машину в пропахший насквозь экскрементами тупик, девушка повернула свою бритую голову к пассажирам.
— Все, приехали, — произнесла она, открывая дверь. — Дальше дороги нет. Пойдем пешком.
— Пешком так пешком, — проворчал Ионыч, выбираясь наружу. Следом вылез Андрей.
Открыв в стене здания неприметную дверь, девушка махнула рукой, приглашая следовать за ней.
Ионыч и его спутница обосновались в самом крайнем, соседствующем с наружным периметром доме-кольце, в котором уже давно никто не жил. Половина прямоугольных окон была выбита, кое-где видны следы старых пожаров. Все пятнадцать этажей поделили между собой мелкие бандитские группировки и местные спутники людей — крысы. Но эти крысы были гораздо крупнее и опаснее земных.
— Тебе нравится вид? — спросил Ионыч, отходя от лишенного рамы окна. Его подружка ушла за едой, и теперь они с Вольфом находились в заброшенной четырехкомнатной квартире вдвоем.
Андрей нехотя выглянул наружу.
С высоты десятого этажа древняя свалка выглядела очень впечатляюще. Все пространство внизу, вплоть до находящегося в сотне метров напротив следующего дома, окна которого выходили на противоположную сторону, было заполнено всяческими отработанными продуктами жизнедеятельности людей. Чего здесь только не было: и старые сгнившие машины; и развалившаяся мебель; и горы рваной одежды вперемешку с остатками пищи. Торчали даже остовы нескольких больших морских кораблей. А уж о чудовищном смраде, поднимающемся высоко в небо, можно даже и не упоминать. Особенно его оценил чувствительный нос стронгера.
— Я смотрю, ты вернулся в свою родную стихию, — съязвил Вольф, морщась от вони.
Ионыч слегка улыбнулся.
— И все-таки, питерская городская свалка лучше, — ответил он. — Там хоть вещи знакомые все. А тут фуфло одно.
Дневной свет с улицы падал бомжу прямо на лицо, заставляя испещренную сотнями морщин кожу словно светиться изнутри. Белоснежные волосы сверкали как покрытая вечными снегами горная вершина, а всклокоченная длинная борода горела ярким пламенем. Он сейчас был похож на какого-то сказочного гнома-переростка из давно забытых детских книжек. Но в широко открытых глазах Андрей разглядел нечто, заставившее подойти к Ионычу вплотную и внимательнее изучить его зрачки. Они имели чуть заметную, свойственную только тиартогианцам легкую мутную поволоку.
— И давно ты стал употреблять «астрал»? — спросил Вольф, пытаясь определить степень зависимости. Наркотик с третьего раза уже никого никогда не отпускал.
— Давно, — без тени сожаления признался бомж. — С первой же ночи в Дивиаполисе.
Было видно, что Ионыч ничуть по этому поводу не переживал. Отойдя от окна и сев на сломанный, не имеющий спинки стул, он с восхищением произнес:
— Ты даже себе представить не можешь, насколько это… охренительно. Словно твоя душа отделяется от тела, и улетает далеко-далеко… В другие миры, на диковинные планеты. Там она каждый раз вселяется в какого-нибудь человека, и я несколько часов живу его жизнью, вижу его глазами, чувствую его телом… Короче, словами не передать. Это надо попробовать.
Вольф внимательно наблюдал за Ионычем, стараясь найти хоть какое-то подтверждение своей догадки. Неужели тогда, в машине, всего лишь показалось? Нет, бомж явно не так прост. Хотя, сейчас в его поведении не было и намека на какие-либо признаки скрытого агента. Видимо, он всего лишь на миг расслабился, выходя из созданного образа, и стронгер сумел это почувствовать.
— А вот ломок от него почти нет, — продолжил тем временем бомж. — Так, легкое недомогание. Но удержаться от следующего принятия уже совсем невозможно. Слишком миры эти затягивают. Живешь только в ожидании новой красной горошины. Я-то пока ничего… А вот моя Лизка…
— Кто она? — тут же спросил Андрей. Ионыч ее так еще и не успел ему представить. Да и хотел ли?
— Я спас ее от толпы сумасшедших сектантов, — пробормотал себе под нос рыжебородый. — Как только попал в город и начал обыскивать этот заброшенный дом. В одной темной квартире с закрытыми наглухо окнами я случайно наткнулся на этих придурков. Они вызывали каких-то древних демонов и пытались принести им девку в жертву. Так что вытащил я бедолагу почти из-под ножа. Зовут-то ее по-настоящему Элиза. А я ее по-простому называю — Лизка. Как-то ближе… Она девка-то смышленая, все лазейки в городе знает. Состояла в одной из местных банд. Правда, те ее уже списали. Теперь она со мной. Вот так вот.