Страница 12 из 111
— Удвоить охрану, — подсказал Аслан.
— Ага. Второе, не рассеивать панику, а всё же попытаться его отыскать.
— Можно поставить ловушки в лесу, — предложил Нюрий. — Или просто прочёсывать окрестности.
— Точно, превратить погоню в охоту на него самого, — поддержал Анри. Разгорелся спор, начали уточняться детали. Мира улыбнулась про себя. Мальчишки… Даже в двадцать, и в сорок, и в шестьдесят, они будут всего лишь мальчишками…
— Правильно, — сказала она в слух. — Он хочет твоей головы? Прекрасно, но пусть это его желание остаётся мечтой. Тебе совсем не обязательно принимать вызов. Хотя бы потому, что лично ты не имеешь на это причин.
После этих слов, сидящие за столом, как будто воодушевились. Странно. Все они сильные, храбрые, отважные… Они просто боялись признаться в собственной слабости. Боялись пересудов, и того, что о них подумают другие. Но никто из них не задумался, что подумают другие, если их бахвальство приведёт к негативному результату. Если попросту некому будет тешить себя и других собственным тщеславием…
Мира улыбнулась сидящим друзьям, и, сославшись на срочные дела, покинула их. Большего она сделать не могла…
— Интересная она у вас… — задумчиво проговорил принц, провожая взглядом Миру. Присутствующие перешли к деталям обороны…
*******************************
А дела обстояли не так уж и хорошо… Всё вокруг гибло на глазах. Первый Страх прижился, пустил корни и ростки. Уверенно и быстро он начал опутывать всё вокруг. И всё, к чему он прикасался, гибло…
Погибли все цветы. Вместо красивых, ярких, радующих глаз растений, поляны и луга, клумбы и леса были усыпаны чёрными скрюченными сухими уродцами. Вот, во что превратилась красота планеты…
Люди не обратили на это должного внимания. Подумаешь, сезон засух начался немного раньше?!. Не обращали люди внимания и на другие растения. Растут себе, да и ладно. Как там говорят: "Моя хата с краю, ничого не знаю"? Похоже, такой позиции здесь придерживались все.
А дела ухудшались…
Земля гнила. Она разлагалась изнутри, рассыпалась, расползалась, как старая ветошь. Целыми стайками умирали птицы, камнями падая на землю, разбиваясь о крыши домов, усыпая собственными телами дороги. Люди качали головами, убирали мёртвых птиц, и продолжали жить дальше. Им было хорошо в их собственном мирке. Никто из них не хотел пускать туда новые страхи и тревоги. Люди на этой планете давным-давно позабыли об этом. Они замкнулись в собственной иллюзии, но не замечали, что она подобна мыльному пузырьку, который так и норовил лопнуть в любую минуту.
Вены земли стали тонкими и старыми. Совсем не такими, как прежде. Они не несли жизни, а сеяли смерть. Вода стала отравой. Тухлой, вязкой, смертельной. Чистые родники пересохли, а реки стали похожи на болота. Люди смотрели на всё это, но закрывали глаза, отнекиваясь от собственных деяний. Они пытались её очистить миллионными способами, не замечая, что уже очень скоро очищать будет попросту нечего.
Земля умирала. Её дыхание с каждым часом становилось слабее. Её, то знобило, то обливало жаром. Она болела, постепенно превращаясь из красавицы в старушку. А люди жили…
Они теряли свои навыки, умения, дары. Они отворачивались от того, что им было дано изначально. Они отмахивались от больной земли, словно от прокажённого больного. Люди стали злобными, недоверчивыми. Они начали забывать про общение с силой природы, проклиная Магию. Это безумие прокатывалось от селения, к селению, захватывая всё большие территории. Открытость, честность, радушие из чеснот превратилось в порок. Люди чурались собственных хороших поступков.
Они пытались натянуть на себя побольше, забрать, собрать, стать значимей, чем другие. Это была задачка на уровне школы. У них было одно большое одеяло — это все дары, которые им преподносила земля. Это то, что они умели, и то, чему могли научиться. Одеяло было таким большим, что могло укрыть всех с головой. Могло бы, если бы человек забыл про жадность тщеславие, гордыню. А так, каждый находящийся под ним, пытался натянуть побольше материи на себя. Изо всех сил. И от того, что каждый хотел лишь для себя, одеяло ставало всё более тонким, ветхим. Оно уже начинало трещать по швам. А люди, ослеплённые одной целью — получить как можно больше, не замечали этого. Сейчас оно находилось на грани разрыва…
Рыцарь в маске волка сухо и мрачно осматривал горизонт. Он чувствовал напряжение и злобу. Чувствовал опасность, но откидывал всё это на второй план. Сейчас нужно было уничтожить главного врага…
****************************
Арима была весела и беззаботна. Наконец, всё уладилось. Она и Рамюэль в безопасности. Рядом друзья… Возле неё шла неунывающая болтушка Стасия. Всё-таки она была удивительным собеседником, никогда не давая грустить. Она прекрасно умела разрядить обстановку, имела отличное чувство юмора, была довольно симпатична, и чрезвычайно жизнерадостна.
— А, как тебе новые друзья Рамюэля? — живо спросила Стасия. Она всегда умела хранить язык за зубами в отличие от самой принцессы, поэтому так и не сказала своей подруге о том, что это именно они спасли её, придумав какую-то чепуху о больном дядюшке и о том, что Мира вылечила его. Девушки присели на лавочку.
— Они очень славные… Они мне нравятся. Аслан и Анри такие серьёзные и отважные, — отметила принцесса, подумав про себя "но, к сожалению, они не принцы". — Хорошие ребята. Они очень помогают Рамюэлю, он им доверяет.
— Да, я это заметила. К нему так просто в компанию набиться трудно. А девушки?
— Тоже хорошие. С Милой я в замке познакомилась. Её туда привезли насильно, как и других девушек. Она себя очень плохо чувствовала. Зато сейчас смотрится совсем другим человеком. А Мира… мне кажется, она слишком гордая. Странная немного она. Вроде бы Лессовица, как и ты, она ведь не имеет титула, а смотрит свысока, как королева. Может, это из-за того, что лечить умеет? Всё-таки она меня на ноги поставила, можно сказать, спасла…
"Не одну тебя, но не больно ты благодарна за это…", — подумала Стасия, но вслух сказала совсем другое.
— Я слышала, что она ещё и Рамюэля спасла…
— Да, на него в лесу волки напали. Но здесь тоже что-то странное. Как она его оттуда вытащила, никто не знает. Рамю ничего не помнит, он был ранен. Странно. Он, она и волки. Не разбежались же они от её вида! — она усмехнулась от собственной шутки.
— А, что?! Может, они замертво попадали от её неземной красоты! — предположила с улыбкой Стасия.
— Может, — усмехнулась принцесса. — Но они очень необычные. Во-первых, Мира и Мила похожи, как сёстры. Когда я их впервые увидела, то даже спросила об этом. А во-вторых, они очень симпатичные и совсем не похожи на местных девушек.
— Ой, вскрикнула Стасия, я совсем забыла! Тебе же настойку пить надо! Сиди, сиди… Я сейчас принесу! Тебе надо чаще бывать на свежем воздухе, — сказав это, Стасия подорвалась, и побежала за настойкой для Аримы.
Арима осталась одна. Вокруг было тихо. Спокойная и умиротворённая атмосфера расслабляла. По небу проплывали розовые облака. Арима подняла своё красивое личико к небу, рассматривая небесные фигурки. Внезапно слева от себя она услышала шорох. Принцесса обернулась. Перед ней стоял…
— Кто вы?!! Что вам нужно?!! — вскочила Арима с красивой резной лавочки.
— Самую малость, принцесса… Я пришёл за вами… — сказал человек в маске волка. Этот серебристый узор полностью скрывал его лицо, делая его скорее загадочным, нежели страшным. Красивая утончённая работа ярко и смело поблескивала на солнце.
— Уходите, я позову стражу!
— Принцесса, я пришёл за вами, я не уйду просто так. Я всегда беру то, что мне хочется… — сказал человек в маске и повёл перед лицом Аримы рукой, словно что-то забирая…
Голова пошла кругом. Мир поплыл, краски смазались, звуки расплывались… Ноги принцессы сами собой подогнулись, она мягко осела на землю…
— Вот, я принесла… — сказала, запыхавшись, Стасия. Она быстро и аккуратно несла настойку. Но, когда она подошла к резной лавочке, где ещё минуту назад была её подруга, там уже никого не оказалось. На лавочке была только накидка принцессы. Стасия подняла её и…