Страница 84 из 101
- Ну, вот видишь, что ты натворила?
Зачем же так?
Просто ответь мне. Тебе кто-то помогал?
Я же прошу всего лишь одно, короткое слово…
- Да, - едва смогла прокряхтеть (захлебываясь, давясь кровавыми соплями).
- Вот! ВОТ!!! Это уже – дело. А то… в молчанку играешь.
Некрасиво же!
Теперь третий, логически вытекающий из предыдущего, вопрос:
КТО?
(тяжело сглотнула)
… всё равно убьют, всё равно…
и думать тут нечего… сомневаться.
не выдам, не выдам я им Жуков…
Играть, играть,
извращать реальность в выдумку –
и ничего нет настоящего вокруг,
это всё - кошмар, шутка, марево, бред (в конце концов)…
эти люди – ненастоящие,
… и боль – миражная.
Я умру, умру – но понарошку,
затем вмиг проснусь дома, рядом с мамой,
мамой и Павликом…
- Мне повторить вопрос?
- Нет… - уже более сдержано ответила я
(а хватка, хватка, удерживающая меня за волосы, его хватка всё крепла и крепла – доставляя, развивая боль по нарастающей: едва привыкну, едва нахожу силы терпеть покорно ее, как тут же ноющая вновь превращается в острую, яркую боль)
- И?
- М-мои… мы взводом были там.
(рассмеялся)
- Своих сдает, а истинных виновников - покрывает. Это что-то…
(и снова резкий удар - удар головой об трубу
– по-о-ошла земля кругом!
в глазах на мгновение стемнело - звезды заплясали хороводом;
а череп,… череп стал медленно разваливаться, раскалываться напополам, уныло гудя, как сорвавшийся колокол…
… агония, дикая агония вдруг стала сметать, сливать все болевые ощущения в один флакон, готовя приторный, буйный коктейль,
… меняя муки на удовольствие)
- Я … подскажу, направлю в … русло… - его голос, речь, далеким эхом раздавался где-то под небесным куполом (под потолком)… (отпуская некоторые слова не пойманными)
Эйфория сожрала страх, сменила на равнодушие…
- Жуки… Там были Жуки.
Правильно?
(молчу, молчу – нет больше сил ни на что,
кроме как упиваться агоническим экстазом и безрассудной прострацией)
- Она, кажется, того…
поплыла.
(раздраженно хмыкнул)
Выпустил, выпустил меня из своей хватки, оттолкнул от себя в сторону.
- Слабая какая. Давай шприц сюда, Дёма. Сейчас мы ее быстро починим.
Едва различимый укол,
в вену…
И БУДТО КТО ДВЕСТИ ДВЕДЦАТЬ ВОЛЬТ ЗАРЯДИЛ В МОЁ ТЕЛО !
Выгнулась, выгнулась я дугой, жадно заорав от боли…
… неистового, необратимого прихода адреналина в кровь, дикого возбуждения в мозг – яркая вспышка осветила всё вокруг. Мир вновь обретал краски: покраснело, залилось всё шоколадным, теплым цветом, а затем вновь… вымочилось в блекло-серые оттенки полумрака.
Мышцы испуганно сжались, погоняя страх и волнение по жилам.
Сердце… сердце больным молотом заколотило в груди, норовя вырваться, выбраться наружу,… или, хотя бы, как минимум, разнести свою клетку в хлам…
Едва не задыхаюсь от эмоций – жадно втягиваю ртом воздух, гудя больным паровозом.
И вновь отчетливые звуки капели, и вновь ясный взгляд на своего ката – да только сил внутри, в душе больше нет – ПУСТО ТАМ!!!!! ПУСТО!!!!!
Тело вернули, а душу – нет.
- Отвечай! Жуки там были?
(будто кто язык приклеил к небу: не могу, не могу им пошевелить)
- Черт! И чего? Зачем это упрямство?
Никогда не понимал.
Рамич, дай нож.
Что? Какой нож?
(испугано дернулась я назад – тщетно пытаясь убежать…)
Сжалось, заледенело всё внутри от очередного приступа страха.
(ведь для него, для страха, душа и моральные силы не нужны - инстинкты решают по-своему)…
Резко приблизился ко мне мужчина…
Лезвие, острое, безжалостное, серебристыми глазами вдруг засверкало рядом со мной, похотливо, ликующе оскалилось, зашипело от предвкушения,
… от дикой жажды, желания крови,
играясь, забавляясь бликами, метая взгляды хладной смерти.
- Не хочешь постепенно, не хочешь маленькими шажками двигаться вперед, тогда я быстро развяжу тебе язык – и ты у меня… ВСЁ РАССКАЖЕШЬ!
Укол острием…
И тут же целиком вонзился, впился холодным языком кинжала в кожу …
Тонкой, жгучей линией… от глаза,
… вдоль скулы, - вниз,
… и вниз
и вниз…
… всё дальше и дальше,… аккуратно, точно (словно кистью художник) вел, выводил четкую линию овалом к губам.
- Прошу, не надо… - (жалобно запищала трусость во мне)
(вмиг замер - рука застыла,
взгляд алчно прикипел к сотворенной картине,… наслаждаясь извращенной красотой)
- А вот и звук дали…
Правильно, милая,
и я не хочу уродовать, портить такую прелесть...
Честно. Не хочу.
Так что… давай, признавайся.
Что там забыли Жуки? Что они искали? Что вынесли от Лютика?
КАКОЙ ИХ ПЛАН???
- Не знаю, честно, не зна…
Ааааа..
(и договорить не смогла…; дикая боль вырвалась из меня наружу, лавой обжигая, разрывая горло от мощи)
Вогнал, вогнал мне кинжал в ногу. Вогнал – и тут же его выдрал назад.
- Если ты еще не поняла, то живой отсюда не уйдешь.
А то, что мне нужно – я узнаю. Пусть даже придется прибегнуть к пыткам инквизиции.
Поверь, с тобой я еще ой как гуманный.
Так что,… либо по-быстрому - и баиньки, либо долго-долго и мучительно шагать к концу.
(ною, реву – пытаюсь сдержать истерику, а в голове давно черти пляшут чечетку; нет больше меня – рассудок сорвало с катушек – лишь дикая боль в коробке, боль… и отсутствие здравых мыслей)
- Не переживай, от потери крови ты у меня не скончаешься. Я не настолько глуп.
(вдруг встал, встал рядом со мной, нехотя шаг в сторону, отвернулся)
- Лера, ради чего? Ради чего ты их покрываешь?
Или мне нужно кого-нибудь из твоих найти, и пытать их у тебя на глазах? Да?
- Нет, - взволновано вскрикнула я. – Нет!
- Вот и я так решил. А оказалось – труба… Ты не хочешь идти на контакт.
Что мне делать?
(вдруг резкий удар, удар ногой в грудь - невольно согнулась, сжалась я вдвое (глупые попытки лишь), еще рывок – и новая боль, удар пришелся по почкам)
Завыла, заорала я, давясь муками…
Вдруг рыкнула дверь.
(не вижу, не слышу уже ничего – просто жду боли,… и смерти…)
***
- Роман, пошли со мной. Наверху какое-то движение.
- Ты чего? Что сам не можешь разобраться?
- Короче,
давай выйдем…