Страница 51 из 78
Как и обещал, Марат вчера приносил каталоги, смотрели кое-что даже и в интернете. В общем, три варианта есть — решим на месте (кхм, так постановил Дюан, так что не смотрите на меня так удивленно).
В общем, дышать глубже — и не сойти с ума.
Чем ближе обещанная дата, тем сильнее у меня закипает мозг… от ожидания и предвкушения.
Глава Пятьдесят Шестая
— Мам, успокойся хоть ты. С документами — разбирался Марат. Я ему доверяю, так что всё будет отлично. Лучше скажи, какую одежду мне с собой брать? Свитера, кофты теплые… там же не нужны?
— У меня спросила?
Сейчас подожди, сбегаю — узнаю. Одно думаю, пару свитеров лишними не станут. Привезете — в шкаф кинешь, просить кушать не станут.
Деньги же ты в сумку положила, что я вчера тебе давала?
— Да, и твои, и свои. И телефоны позаписывала в трех экземплярах.
— Звони же. Хоть по десять раз на день — буду только рада.
— Мама, если я так буду делать — то недолго, что и бомжевать там начнем. Позвоню по приезду — а там…. там уже как выйдет.
— Бумажку, справку хоть взяла, что тебе врач давала?
— Взяла, мам.
— Бог мой, даже не вериться, что вы сегодня… уезжаете.
— Ну, лететь-то мы будем только завтра. Еще до столицы добраться — весь вечер.
— Вы же на его машине едите?
— Да.
— Так, а где он ее оставит?
— … там куча платных стоянок. А на следующей неделе ее заберет себе Кайзек, его друг. Так что не переживай, твоя "красавица" не останется без присмотра.
— Ты у меня — красавица. А машина — то так, груда железа.
— Ничего себе груда. Мам, за нас столько денег никто не даст, сколько она стоит.
— Ну, ты себя так слабо не цени. Была б дурочкой и дешовкой — Марат никогда бы и не взглянул.
— Ой-ой-ой. Может, он… просто, извращенец такой. Мать Тереза в мужском обличии. И потом, мы же только — друзья.
— Ой, только не начинай этот дурной разговор. Друзья. Идите, знаете куда, со своими этими "оправданиями". Живут уже почти полгода в месте, спят в одной кровати — и друзья.
— Мама, у нас с ним ничего не было…
— Как?
— А вот так…
— Так… может, он… того?
— Мама!
— Так… а что?
(звонок в дверь)
— Знаешь что… вот возьми и сама у него спроси: того он, или не того.
— А вот возьму, и спрошу.
— Что???
— Должна же я знать, с кем свою дочь отпускаю…
— Не вздумай!
Слышишь?
(кинулась я за ней в коридор)
НЕ ВЗДУМАЙ!
(рассмеялась та)
— Да шучу я, шучу, расслабься — а то сейчас и из штанов выскочишь от волнения.
…
— Одна сумка?
— Ну, остальные же — у тебя дома.
— Я их уже уложил.
— Когда?
— Полчаса назад. Ждал, ждал тебя, как договаривались — а ты…
— Черт, а что… уже три часа?
— Нет, Патти, еще только девять утра, конечно же три!
— Прости, прости, Лимончик. Прости.
— Грррр, просил же так меня не называть.
— А мне — нравиться…
…
Прощальные поцелуи, крепкие, слезные объятия — и забраться в салон.
Я долго еще всматривалась вдаль, пока и вовсе силуэт мамули не сплыл в мутную точечку.
Черт, как же… больно расставаться. Но это же — на время. Правда? Мы… скоро вновь… увидимся. Будем вместе.
— Заедем в ресторан, возьмем немного еды?
— В ресторан?
— Ну не гамбургеры же ты будешь есть?
— Я бутерброды нам наготовила, думаю…. хватит.
(улыбнулся, косой взгляд через плечо на заднее сидение — тобишь, на меня)
— Молодчинка.
Ты, кстати, если что, если плохо будет — сразу говори. И еще, я думаю, что есть смысл каждые полчаса останавливаться — чтобы ты походила немного…
— Марат, у твоей машины такое заднее сидение, как у меня дома — диван. Так что лежать, я думаю, не противопоказано.
— Но ножки вытянуть ты же, все равно, не сможешь.
— Чего? Я по диагональке вот легла… и самое оно.
— В общем, как только начнут отекать — сразу говори.
— Буду кричать.
— Хорошо, — добродушно ухмыльнулся Дюан.
— Лимончик… так а чего тебе не нравиться, когда я так тебя называю?
(невольно обернулся, бросил на меня короткий взгляд)
— Не знаю… Не нравиться, и всё…
— Ну…. так не бывает. По-моему, это очень даже красиво…
— А мне — унизительно.
— Что??? — (возмущенно, гневно нахмурилась я). — Почему это… унизительно?
— Ну, а если бы я тебя… колбасой называл… за то, что ты ее покупаешь, тебе бы было приятно?
(невольно рассмеялась)
— Очень смешно, Марат. Сравнил — Лимончик и Колбаса.
— Хорошо, Колбаска.
— Дюан!
— Ну, так… сама посуди.
— Если бы ты меня называл вишенкой или апельсинкой, за то, что я их люблю, то… я была бы не против.
— Ловлю на слове.
— А мне тогда можно тебя называть Лимончиком?
— Нет.
— Вот зараза…
— И заразой тоже…
Глава Пятьдесят Седьмая
Нервозность не покидала и на миг — но не страх перед полетом меня сейчас съедал изнутри (а стоит подметить, что раньше такая фобия всё же прослеживалась), а предвкушение прибытия заставляло дрожать мои конечности, белеть, робеть, зеленеть лицо…
Скорее, скорее бы уже приземлиться в Риме… Ааааа! Рим! Собственной персоной!
Я даже и короткой мысли никогда не допускала, что побываю там.
Вот так родился… на планете Земля, что не совсем уже и большая, согласитесь? (это же не… галактика, и не вселенная).
Казалось бы, что стоит побывать в каждой столице? Или, хотя бы, с десяток знаменитых мест, достопримечательностей?
Теперь, когда полет из одной точки земли в совсем противоположную ей составляет отнюдь не больше суток, то за год можно посетить уууух сколько мест.
Но… есть такое понятие — как плати, и все устроим.
Именно по этой гадкой причине я даже и не мыслила, что выберусь за пределы своего города (ну, ладно — дадим, навскидку, пару поездок в Столиииицу! — да, для меня это всегда казалось чем-то шикарным).