Страница 39 из 44
На нем, собственно, и строилась основная задумка Рамады, точнее, одна из серии основных, — усыпить портал и в полубессознательном состоянии перепрограммировать или, лучше сказать, переподчинить его на тонком пси-уровне, сделать его лояльным по отношению к новым хозяевам (вернее, хозяйке — Зете). В случае успеха это несколько уравняет шансы сторон. Пространственные ворота, оставшиеся в расположении жабонов, будут контролироваться ими, а попавшие к землянам — нами (если, конечно, госпожу Рамаду можно отождествлять с понятием «Мы»).
Так и случилось. Почти сразу по прибытии в судовой отсек научной базы «бункер» хапнул порядочную дозу «наркоты». Рамада решила усыпить «клиента» с самых первых минут, чтобы не взбрыкнул потом неожиданно в самый ответственный момент. Но предварительно, дабы избежать распространения отравляющей гадости по всей станции, портовые роботы заботливо укутали звездолет снизу доверху в огромный пластиковый мешок и наглухо запаяли все швы. С виду получился аккуратненький и стерильный сверток, точно в хорошем автоматизированном морге. Только после этого внутрь пакета закачали едкий АК.
Тэгээска сразу осоловела. Будь у бедняжки настоящее лицо, глаза б, наверное, у нее выкатились из орбит, а язык вывалился наружу.
Но усыплением портала ознаменовалась лишь первая часть гениального плана босса. Вторая шла значительно дальше.
Оказывается, еще на начальной стадии проектирования научно-исследовательской станции Зета внесла в чертежи объекта соответствующие коррективы с тем, чтобы в камеру сканирования нооциклотрона прямо из внешнего шлюза, выходящего в открытый космос, минуя судовой отсек, мог попасть очень крупный объект… например, «бункер» — ТГС.
И он туда попал. Стараниями Саввы. Савва недаром считался отличным пилотом. Рыбак установил космический аппарат (вместе с Тэгээской) на алтарь нооциклотрона тютелька в тютельку, словно водрузил на фигурный постамент драгоценную вазу. Зета осталась довольной. Еще бы. Высший пилотаж. Ускоритель сознаний — штука чрезвычайно дорогостоящая. Но его внутренний интерьер при маневрах пирата не пострадал ни на йоту. Ювелирная работа.
Когда портал занял свое место посреди сканирующей камеры нооциклотрона, Рыбак получил передышку. Хозяйка базы предоставила в распоряжение гостя шикарный уютный номер с вымуштрованной электронной прислугой. Савва с удовольствием отправился отсыпаться перед дальним походом. Путь его лежал далек — в штаб-квартиру ГАПа по 24 квадросектору космоса.
А за дело принялась пока лично Зета.
В ход пошли самые высокие технологии.
На снятие подробного ментального слепка с усыпленной Задачи у Рамады ушло несколько часов. Пси-поле портала обладало необычайной сложностью и каверзностью. Мастерице ВЕДИ по ходу сканирования пришлось несколько раз кардинально перенастраивать весь комплекс регистрирующей аппаратуры, поскольку изначально оборудование нооускорителя рассчитывалось, само собой, на работу с донорами-людьми, но никак не с меланхоличной Тэгээской.
Усилия Рамады даром не пропали. Итоговый энергетический слепок отвечал самым высшим требованиям, предъявляемым к ментальным шаблонам. Нооциклотрон сработал на отлично.
Еще несколько часов у Рамады ушло на целенаправленную корректировку слепка с целью придания ему заданных свойств и качеств.
Зета чертовски устала. Если б не внутренний Арт-реактор у нее в ауре с пси-накачкой, она б давно уж свалилась с ног. А так — ничего себе. Еще и улыбалась, радуясь результатам напряженного труда.
Результаты поистине вдохновляли.
Итоговый ментальный шаблон артефакта, сверстанный к исходу дня, подводил собою жирную черту под второй частью плана, задуманного боссом.
Следующая часть имела еще более дерзкие цели.
Как выяснилось, прежде, чем направить Рыбака на уничтожение фабрики метапороплазмы, Зета набила ценнейшим сырьем (готовой МПП) у себя на базе целый трюм-накопитель. Об ее стратегическом запасе, разумеется, не знала ни одна живая душа на всем белом свете. Первым узнал Рыбак. Савва уже отоспался — так что ломило бока — и явился наконец в помещение нооциклотрона на подмогу боссу. Как раз вовремя. Рамада поручила капитану руководить бригадой роботов-монтажников, которые приступили к вскрытию внешней оболочки судна и осторожному снятию креплений «бункера». Электронные исполнители под началом Саввы с максимальной аккуратностью отделили артефакт — весь «бункер» целиком — от корабля БУКИ и перевезли его в специальный бронированный ангар.
А тем временем в регенерационной камере научной станции из квазиживой массы метапороплазмы вызревал на основе полученного ментального слепка новый портал — с виду полный двойник своего прообраза, но, по сути, конечно же, — обыкновенная болванка, пусть заковыристой формы и структуры, но не имеющая никакого отношения к транспортной Задаче достигших Эфира.
Именно искусной подделке предстояло занять место на грузовике жабонов, а затем перекочевать в хозяйство ГАПа — под надзор землянам.
И она его заняла. Савва лично руководил монтажно-наладочными работами, заделкой расшитых участков на корпусе звездолета; вместе с подопечными киборгами приводил своего «троянского конька» в божеский вид.
Все удалось на славу. Кэп мог поручиться, ни одна квакуша не заметит подлога. Тем более что заключительные штрихи на дубликат «лифта» нанесла лично Рамада при помощи Арт-ваяния. Она полностью восстановила нарушенную ауру корабля, руководствуясь данными, почерпнутыми в ноосфере; подвела «конька» к первоначальной фактуре — до мельчайшей царапины и микроскопической вмятины на обшивке.
Фантастика!
Прощание было недолгим, но волнительным. Зета повисла на груди у Рыбака. И висела так несколько минут кряду. Со слезами на глазах. Растрогалась. Правда, сам кэп не мог толком определиться, какую роль отвести подруге в душещипательной сценке: сурового босса, матушки ВЕДИ, заботливой сестрицы или — черт возьми! — просто соблазнительной девчонки? Да и с ценою ее слез Рыбак, по правде говоря, терялся… И не такое изваяет, глазом не моргнет! В итоге Омега-15 остановился на ипостаси сестрицы названной. Попрощался с Зетой степенно, но несколько бестолково. Непонятно ведь — старший он братец, либо младший (не по возрасту, конечно, — по положению); стало быть, поучать должен, напутствовать несмышленую сестренку, либо, наоборот, выслушивать наставления. Хотя, судя по всему, наставление получил он сам. Молчаливое, но емкое. Большие девичьи глаза, как на армейском пропагандистском плакате, неотрывно следовали за ним: «Защити. Не подведи!» Савва, в общем, и не возражал: «Ладно уж, не подведу».
Да и участок фронта, по совести, достался ему не самый опасный. Его задача — оттарабанить корабль жабонов с мертвым порталом на борту к экспертам Ассамблеи. Пусть разбираются, изучают передовую технику…
Принимать же визитеров из-за бугра — через подлинные, живые пространственные ворота — предстояло Рамаде. Здесь, на базе. Именно на ее хрупкие (ой ли!?) плечи ляжет настоящая война. Однако босс не пасовала. Уверяла: боевая готовность — сто процентов.
— Почему бы ни уничтожить станцию достигших Эфира залпом темпоральных прерывателей? — спросил напоследок Рыбак. — Вместе с пространственными воротами?
— Станция расположена очень далеко от владений землян, чрезвычайно далеко — вне досягаемости излучателей, стоящих на вооружении у АЗ.
Услышать примерно такой ответ капитан и предполагал.
…Савва еще раз махнул Зете рукой на прощание, уже изнутри звездолета — через прозрачный колпак выдвижной пилотской кабины. Корабль чужих, минуя толстенные переборки станции, медленно выплыл в открытый космос.
Затем без особой паузы сиганул в субпространство.
Ажиотаж, царивший в верхушке Галактической Ассамблеи Правопорядка по возвращении Саввы, лучше и не описывать. И так всё понятно. Корабль чужих! Целиком, без повреждений, пригнанный свои ходом!!! Омега-15 — герой! Зета и Савва тут же получили внеочередные звания и премии — их перебросили на банковские счета агентов (впрочем, на взгляд бывшего пирата, повидавшего на своем веку настоящие сокровища, — премии довольно скромные).