Страница 27 из 36
– Ничего себе! – ахнул Штамп. – А как же ты сорвешь запорные пломбы и все остальное!? Зачем тогда ты нам мозги пудрил насчет автоматики, то да се? Вот это поворот!..
– Сорву, не сомневайся, – усмехнулся Турбошокер. – Ситуация под контролем.
– Какой на фиг контроль?..
– Коды автоматически всплывают в голове в ответ на словесную тираду контршифрограммы.
– Это еще что такое?
– Ну терминал выпалит мне вопрос. По виду и не поймешь, что вопрос, так абракадабра какая-то. В него может входить несколько вполне нейтральных предложений.
– А ты?
– Я в ответ автоматически выпалю пин-код – тоже обыкновенную вроде бы фразу. Ни о чем. Так, размышления вслух…
– А если не выпалишь?
– Выпалю Не ссы. Уж что-что, а промывать мозги в лабораторках ВКС умеют. Если только ты не находишься в крайней степени алкогольного или наркотического опьянения, коды выскочат сами собой, точно птенчики из гнездышка.
– Так может же услышать посторонний?
– Я не пойму. Получается, можно притащить пьяного офицера ВКС на космический корабль, бросить его перед пультом управления и угнать любой борт. Так, что ли?
– Почему любой? Только «Спасатель». И только в не слишком пьяном состоянии.
– Пусть «Спасатель». Плохо, что ли? Корабль-то классный. Денег стоит колоссальных – и внукам и правнукам хватит.
– Особо не обольщайся. Ну пусть угонишь ты его… А толку? В навигационный терминал жестко вшит конкретный маршрут – к ближайшей базе Военно-Космических Сил. Изменить маршрут невозможно. Любая попытка вмешательства в полетный комплекс окончится блокированием всех систем. Корабль зависнет на месте, выбросит аварийный буй. Тебя непременно найдут и уничтожат.
– А если не вмешиваться?
– Если не вмешиваться, «Спасатель» отваливает от объекта – затем в гиперпрыжок на сверхсветовой скорости. В конце маршрута беженцев уже поджидают во всеоружии военные. Понял?
– Так точно. – Штамп, переминаясь с ноги на ногу, почесал затылок. – Слушай, Трафик, а хозяева базы не попробуют элементарно сбить Модуль, если что?
– Дудки. У них же тут на околоземке не болтается без дела крейсер или, допустим, фрегат.
– Вряд ли…
– Ну а портовая мелочевка не в счет. Модуль все-таки – борт Военно-Космических Сил. Сможет за себя постоять! Представь, учитывая его размеры и массу, каким потенциалом обладает главная энергетическая установка корабля!
– Не хрен собачий, – явно уважительным тоном поддержал Штамп.
– То-то, – кивнул Трофим. – Прикинь, если перебросить энергию установки на ПИИ – протонно-ионные излучатели, они разнесут тут полбазы в щепки.
– Думаешь, шахтовладельцы в курсе? – встрял Мотиватор.
– Ты же сам говорил о паре-тройке консультантов. Думаю, в курсе. Уверен. Скорее всего, нападать непосредственно на корабль они не посмеют. Их задача – оттеснить арестантов подальше от посадочной площадки, за зону контроля бортового ИР. Ведь Модуль не вмешивается в планетарные разборки, он отслеживает ситуацию только в пределах типового ограждения.
– Значит, наша задача, наоборот, протолкнуть за забор как можно больше народа…
Тяжело в учении – легко в бою. Детально проработанный план операции – половина успеха. Мятежники не зря старались. Импровизированные «командно-штабные» учения верхушки заговора принесли свои плоды. Узникам с планеты Радионуклидной всем смертям назло удалось угнать Модуль ВКС!
Нельзя сказать, что все прошло как по маслу. Но все же более-менее гладко. Беглецы успешно нейтрализовали охрану возле ограждения посадочной площадки, без особых проблем вскрыли главный судовой шлюз. Основная масса подневольного люда успела погрузиться на корабль до подхода главных сил комендатуры, поднятых по тревоге и мчащихся к звездолету на бронетранспортерах. Зазевавшихся зэков пришлось бросить, как и предусматривалось по плану. Потери неизбежны. Семеро одного не ждут. (В любом случае вскоре здесь появится солидный отряд ВКС и Департамента Освоения Космоса с инспекционной проверкой…)
И… «Большой Спасатель» взмыл в небо!
Уже на околопланетной орбите корабль сотрясло громогласное «Ура-а!!!»
Но, пока Улей не ушел в межзвездный прыжок, расслабляться не стоило. Враг силен и хитер. Турбошокер, исполняющий роль кэпа, выдал по громкоговорящей связи распоряжение всем пассажирам немедленно занять места в выбранных салонах, приготовиться к старту; тем, кто плохо переносит начальную фазу прыжка, пристегнуться в специальных антиперегрузочных креслах.
Торжественная эйфория спасения организованно перетекла в суровые реалии повседневности. Бывшим соратникам по общему освободительному делу, собратьям по плену пришлось разделиться на, условно говоря, кастовые группы.
Атрибуты социального статуса преследуют человека повсюду – даже за чертой смерти. И на кладбище прослеживается неравенство похоронного убранства в зависимости от имущественного ценза. Могила могиле рознь. Что уж говорить о различиях при жизни? Они существенны. И весьма! Космос – не исключение. Спасательный рейд в том числе. За все на этом свете нужно платить.
Вообще, спасательный Улей – здоровенная махина, рассчитанная на эвакуацию более тысячи человек. На борту Модуля имеется всё необходимое для обеспечения нормального полета пассажиров, даже если прыжок многодневный или многомесячный.
Салоны в зависимости от степени уюта делятся на классы – от первого до пятого. Стоимость проживания по классам, само собой, значительно различается.
Дело в том, что спасательный перелет – мероприятие не совсем бесплатное. То есть сама эвакуация, переброска через бездну космоса осуществляется за счет Военно-Космических Сил, как аварийная операция. А вот проживание и питание – уже на выбор клиента. Экономисты ВКС исходят из того, что и на планете постоянного пребывания, и на временной базе, с которой работника эвакуировали, он все равно бы питался. И за питание, и за проживание у него из зарплаты производились бы установленные вычеты. Поэтому полет, пусть даже эвакуационный не должен выпадать из общего ряда. Стаж, выслуга, денежное содержание согласно утвержденным правилам, за работником на время полета сохраняются. Стало быть, и вычеты – тоже. Логика железная – не поспоришь.
После выхода «Спасателя» на околопланетную орбиту каждый сам себе хозяин; пассажиры выбирают, что кому по душе или, лучше сказать, по кошельку. Кому-то изысканные блюда, приготовленные по рецептуре самых шикарных ресторанов. Кому-то столовка со стандартным комплексным обедом. А кому-то и просто витаминизированный сухпай – сухой паек. Но это уж если совсем экономить, не только на кошельке, но и на здоровье. Однако, как показывает практика, и на примитивный сухпай всегда находится масса желающих.
Салоны «Большого Спасателя» разведены в зависимости от классности по ярусам-этажам, каждый из которых представляет собой автономный отсек, – по сути, самостоятельный модуль. Самые дешевые плацкарты пятого класса расположены, как и полагается, внизу – в трюме, если можно так выразиться. Элитные – вверху, на обзорной палубе.
Основная масса беглецов, не сговариваясь, ринулась по привычке на нижние ярусы. Простые трудяги космоса, работники низшего звена привыкли считать каждую копеечку. Да и в Большую Астронавтику они пришли, собственно, для того, чтоб скопить кругленькую сумму на покупку, к примеру, небольшого участка земли где-нибудь на спокойной благодатной планете, собственного домика или на худой конец уютной квартирки в многоэтажке в приличном районе хорошего богатого городка. Тут, на «Спасателе», они не изменили своим правилам, зная, что за каждую самую незначительную услугу им по возвращении на Большую Землю предъявят подробный счет. Бухгалтеры у ВКС въедливые, учет изощренный, каждый шаг на объектах Военно-Космических Сил под неусыпным наблюдением самописцев и регистраторов. А самописец, с точки зрения простого работяги, математический калькулятор по учету затрат.
Все пассажиры Улья при посадке на корабль проходят обязательную дактилоскопическую регистрацию. Процедура практически мгновенная. Клиент прикладывает ладонь к специальному табло – и тут же получает регистрационную карту. В дальнейшем карта служит одновременно и пропуском, и средством расчета за все услуги на борту; ну и, само собой разумеется, средством учета потребляемых услуг. Спорить потом бесполезно. Всё зафиксировано видеонаблюдением, подтверждено приборами учета. Точно, как в аптеке.