Страница 11 из 26
— Трудно сказать. — Он на секунду прикусил нижнюю губу. — Сейчас смотришь — она блондинка. В следующий раз — с рыжими волосами. Потом — брюнетка. Я предполагаю, что все это, конечно, были парики. Но тело у нее действительно было потрясающим. Помню, видел ее достаточно близко, когда она обнаженной ныряла в бассейн. — Он медленно покачал головой. — Просто потрясающее тело!
— Ах ты старый кобель! — торжествующе воскликнула Сильвия. — И как близко ты подобрался к этому потрясающему телу?
— Не так близко, — огрызнулся он. — Ходили слухи, что она общедоступна, но цена оказалась слишком высокой. Я не интересуюсь такого рода вещами.
— Луис Эшбери был вашим партнером, — сказал я.
— Кажется, у Сильвии действительно сложились с вами очень доверительные отношения, Холман. — Он чуть было не испепелил ее своим свирепым взглядом. — Да, по правде сказать, был. Если бы его смерть не была столь трагичной, она бы выглядела вполне идиотской. Утонуть в собственном бассейне!
— Вы присутствовали на той вечеринке?
— Ну да. — Он кивнул. — Я ушел вместе с большинством гостей. Где-то около трех часов ночи, как мне представляется.
— А Глория Ла-Верн была там?
— Помнится, да. — Он снова кивнул. — Кажется, тогда она была брюнеткой.
— А какого рода партнерство связывало вас с Эшбери?
— Я не понимаю каким образом это может быть соотнесено с вашими распросами об Элисон Вейл, — сказал он холодным тоном. — Однако, в этом нет секрета. Мы занимались инвестициями. По моему, в Америке это называется рискованными инвестициями. Другими словами, теми инвестициями, которые банки и финансовые дома обходят десятой дорогой. Вы принимаете на себя повышенный риск, но если предприятие окупается, вам удается получить высокую прибыль.
— А если не окупается?
Он печально улыбнулся.
— Вы зализываете раны и надеетесь, что вам повезет в следующий раз.
— Вот например, «Медиа-Он» Эдди Брауна относится к предприятиям повышенного риска, — сказал я просто. — У вас есть доля в этом деле, мистер Стрэттон?
— Я считаю ваш вопрос возмутительной дерзостью, — сказал он. — У вас есть еще вопросы, Холман? Я имею в виду разумные вопросы. Как я уже говорил вам ранее, у меня назначена на сегодня встреча.
— Вы мне очень помогли, мистер Стрэттон, — сказал я ему.
— Я знала точно, что ты не останешься равнодушным к этой теме, — сказала Сильвия с воодушевлением. — Как только тебе захочется в следующий раз, чтобы кто-нибудь с потрясающим телом нырнул нагишом в твой бассейн на одной из твоих вечеринок, просто позвони мне.
— До свидания, Сильвия, — сказал он, затем холодно кивнул в моем направлении. — Холман.
Он не стал затруднять себя и провожать нас до выхода. Мы сели в машину и поехали по дорожке из гравия мимо нетронутых растений и цветов. Я бы не удивился, если бы увидел здесь знак: «Пчелам влет запрещен!».
— Я говорила тебе, что он — надутый индюк, — сказала Сильвия, когда мы подъехали к дороге. — Я была неправа. Он больше похож на самодовольного козла!
— Он не женат?
Она рассмеялась.
— Ты можешь себе представить, чтобы Чарли был женат? Он все время, как камбала, лежит на дне, но временами просыпается и пускается в такой разврат, что только держись!
— Узнать Чарли — не полюбить Чарли, — сумничал я.
— Ты определенно задел его за живое, когда упоминул о «Мидиа-Он», — сказала она. — Забавно, но мне всегда было интересно, как это два таких разных человека — он и Эдди Браун — могли подружиться. Они — полная противоположность друг другу почти во всем. Но если Чарли имеет долю в деле Эдди, — то это все объясняет.
— А как насчет Глории Ла-Верн, — сказал я. — Этой девушки с потрясающим телом и головой, полной сюрпризов?
— Которая носится с полным набором париков, — сказала Сильвия и медленно покачала головой. — Как все это банально!
— А Чарли устраивает много вечеринок?
— Не много, — сказала она. — Но когда устраивает, они обычно бывают хорошими. Как только у Чарли начинаются заскоки, так сразу он устраивает вечеринку.
— Как насчет Эдди Брауна?
— Эдди не устраивает вечеринок, — сказала она. — Он слишком занят тем, что поставляет все необходимое для чужих вечеринок. Особенно это касается девочек.
— «Прокат» путан, — сказал я. — Интересно, Глория Ла-Верн работала на него или нет.
— Весьма вероятно, что да. — Она откинулась на спинку и тихо вздохнула. — По-моему, наше общение с Чарли не увенчалось большим успехом. Вечер начался паршиво. Рик, нам нужно изменить дело к лучшему. У тебя есть какие-нибудь планы на остаток нынешней ночи?
— Я как раз думал закатить вечеринку у себя дома, — сказал я. — Очень ограниченный круг гостей. Затем я планировал позвонить тебе и попросить тебя подъехать, чтобы продемонстрировать свое потрясающее тело при нырянии нагишом в мой бассейн.
— У тебя есть бассейн?
— Крошечный, — признался я.
— А какое количество народу ты хотел пригласить?
Я задумался на мгновение.
— Двоих.
— Как раз в моем стиле, — сказала она. — Но почему бы нам не устроить то же самое у меня?
— У тебя есть бассейн?
— У меня есть потрясающее тело, — сказала она самодовольно. — Этого достаточно?
— Вполне, — сказал я. — Если только ты позволишь мне самому «нырнуть» в него.
Ее рука проползла по внутренней стороне моего бедра прямо в пах, затем я почувствовал, как меня щипнули за член двумя пальцами, и я чуть было не въехал в грузовик, двигавшийся рядом со мной в левом ряду.
— Тебе надо внимательнее следить за дорогой, — сказала она с притворной скромностью, когда позади нас наконец умолкли возмущенные гудки грузовика.
— А тебе не надо распускать свои ручки и лезть в ширинку, — сказал я ей.
— Встал только наполовину, — пробормотала она. — Это похоже на оскорбление.
Мы вернулись к ее дому в Палисадесе и поднялись по пятнадцати ступеням на крыльцо к входной двери.
— Ты не хотел бы приготовить нам что-нибудь выпить, — сказала она, когда мы пришли в гостиную. — А я пойду на кухню и начну готовить нам обед. «Никогда не занимайся сексом на голодный желудок» — говаривала моя бабушка, и с тех пор я всегда забочусь о том, чтобы мой партнер был сыт.
— В этом была проблема покойного Бенджамина Мэддена? — спросил я ее. — Я хотел узнать: уж не секс ли на пустой желудок стал причиной его коронарной закупорки?
Она медленно покачала головой.
— Я думаю, что такую участь ему уготовила судьба, и мы придем к тому же концу, как и Бен, рано или поздно. По своему, Бен был очень приятным человеком. Он любил женщин и имел старомодные взгляды, согласно которым прежде чем трахнуть женщину надо на ней жениться.
— Извини, — сказал я. — Я допустил бестактность.
— Всем кажется, что я вышла за него замуж из-за денег, — сказала она, — и они правы. Я никогда этого не скрывала. И Бен знал это. Не я затрахала его до смерти. Перед вторым смертельным приступом у него был первый, и я выхаживала его три месяца, как заботливая мамаша-наседка. Это было самое меньшее, что я могла для него сделать. За все это время ближе всего мы подошли к сексу в ту ночь, когда он запустил руку мне под рубашку и стал ласкать грудь. Как он сказал: чтобы удостовериться, что память его пока не подводит.
— Почему мы все перестали заботиться о своем добром имени? — горько заметил я. — Видишь, теперь можно сказать, что ты — славная женщина.
Обед был превосходным, как сама еда, так и импортное вино. Редко холостяку удается испытать такое наслаждение в своей беспорядочной жизни, когда наспех глотаешь то, что дают в закусочных и забегаловках. После обеда мы вернулись в гостиную.
— Ты, конечно, останешься на ночь, — спросила Сильвия мимоходом.
— Что мне в тебе особенно импонирует, — сказал я, — так это твой взрывной романтический напор.
Она улыбнулась.
— Моя бабушка говорила мне еще одну вещь: «Никогда не занимайся любовью сразу после обильного приема пищи, потому что всего одна невинная отрыжка, вышедшая невовремя, может навсегда погубить мужчину».