Страница 4 из 17
Наставник секунду помедлил, внимательно вглядываясь в лицо ученика.
— Что ж, можно это сформулировать и так. Я рад, Алексей, что ты это понимаешь.
— Я готов учиться, Наставник. С чего начнём?
— С небольшого вступления. Готовясь стать твоим Наставником, я познакомился с вашей культурой, в том числе системой образования. Поэтому знаю, что тебе может показаться необычным и даже невероятным, и сразу остановлюсь на этих моментах.
Алексей отметил, что Наставник незаметно и органично перешел на «ты».
— Тебя не слишком удивят обучающие машины, которые умеют закачивать необходимую информацию в участки головного мозга, отвечающие за память, хотя у вас таких пока и нет. Но эта теоретическая информация — лишь одна сторона процесса обучения. Теория, как известно, мертва без практики. Чтобы закрепить практические навыки в любой области знаний, ваша система образования предусматривает длительные тренировки на тренажерах или практические занятия непосредственно на производстве под руководством опытных мастеров. Мы нашли способ решить эту проблему по-другому. Чтобы тебе было яснее, я приведу пример из вашей земной истории. У вас есть такое понятие, как мастера восточных единоборств. Это люди, которые годами, нередко с младенческого возраста, подвергают себя изнурительным тренировкам, чтобы в совершенстве овладеть своим телом и довести до автоматизма реакцию мышц на внешнюю угрозу или внешний раздражитель с тем, чтобы адекватно реагировать на любую ситуацию, складывающуюся в поединке. Эти занятия позволяли довести характеристики отдельных групп мышц до нужной кондиции, обеспечивающей требуемую скорость реакции и малую восприимчивость к внешним воздействиям. Но это был, так сказать, путь «снизу». Мы решили ту же задачу, идя «сверху», от центральной нервной системы. Специальные технологии позволяют получить те же и даже более впечатляющие результаты посредством задания организму через центральную нервную систему специальной программы перестройки клеточных тканей. Название установки, производящей подобную перестройку в организме, можно перевести как «корректирующий томограф». В результате в течение нескольких дней человек приобретает способности, перед которыми мастерство ваших сенсеев наивысших данов просто меркнет. Формируется не только нужный рельеф мыщц, но и новые каналы прохождения информации, обеспечивающие скорость реакции, во много раз превышающие обычную. Человек становится тем, кого у вас принято называть суперменом.
— Но ведь это уже биоробот какой-то…
— Вот тут ты ошибаешься. Биороботами скорее можно назвать большинство ваших сенсеев: многолетние тренировки привносят в их характер специфические черты. Обычно это аскетичные суровые люди с подавленной эмоциональной сферой. Наши же технологии никоим образом не затрагивают личность человека. После корректирующего томографа человек остается самим собой, но приобретает возможности мастера единоборств пятого — девятого тана, что примерно соответствует седьмому — девятому дану некоторых ваших школ боевых искусств.
— Для наших школ это наивысшие степени. Какой же наивысший тан существует у вас?
— Двенадцатый. Но это исключительная редкость. Степени после девятой подразумевают овладение по специальным технологиям скрытыми возможностями, заложенными в нас создателями. Это телепатия, ясновидение, телепортация, телекинез и некоторые другие.
— Вот даже как. Получается, у вас любой становится суперменом?
— Нет, конечно. Кроме косморазведчиков, представители некоторых спецслужб, часть колонистов на осваиваемых планетах, тренеры-наставники — вот, пожалуй, и всё. Помимо всего прочего, это ещё и очень дорогостоящая процедура, требующая уникального оборудования, которое есть только в распоряжении правительства.
— Я так понимаю, результаты такой перестройки организма зависят опять же от индивидуальных особенностей конкретного человека?
— Совершенно верно. После прохождения корректирующего томографа человек, к примеру, сможет хорошо играть на фортепьяно. Но если нет таланта, сочинять музыку он не научится и Моцартом не станет. Тут наши технологии бессильны.
— Ну, хорошо. Специфическая мускулатура, реакция — всё это понятно. А знание приёмов? А навыки их исполнения?
— Ты и сам уже догадываешься об ответе. Мастера единоборств проводят приёмы не задумываясь, на рефлекторном уровне. А рефлексы — есть ни что иное, как программа действий для организма при тех или иных раздражителях, и программу эту тоже можно закладывать «сверху».
— И всё же, и всё же… Есть тактика поединка, но есть и стратегия.
Наставник как-то странно взглянул на Алексея.
— Мне почему-то кажется, вы будете обучаться очень долго.
???
Наставник оказался прав. Обучение Алексея вместо стандартных трёх месяцев продолжалось два года и девять месяцев и прервалось лишь тогда, когда в распоряжении УБКР (Учебной базы космической разведки) не осталось экспертов, способных дать ему что-либо новое.
Глава третья
— Проходите, садитесь. — Начальник УБКР жестом прервал доклад Алексея и, привстав, указал ему на ближайшее от себя кресло у Т— образного стола. Алексей отметил, что все кресла по эту сторону стола пустовали, в то время как на противоположной стороне сидели двое мужчин и женщина.
— Мне доложили, что вы закончили, наконец, свою подготовку. Признаться, все мы давно ожидали этого момента, а кое-кто — взгляд хозяина кабинета скользнул по лицам сидевших напротив — даже настоятельно рекомендовал мне ускорить наступление данного события. Однако это категорически против наших правил, поэтому мы дали вам возможность заниматься столько, сколько вы сочли необходимым. Надо сказать, вы установили абсолютный рекорд по длительности пребывания в нашей школе. Как вы сами оцениваете уровень своей подготовки?
— Двояко. Как сравнительно высокий с точки зрения принятых норм, но вряд ли достаточный с учётом задач, которые предстоит решать. Впрочем, космос настолько непредсказуем, что здесь любой уровень подготовки может оказаться недостаточным. Нужен реальный опыт — только он сможет прояснить, насколько я готов к такой деятельности. — Алексей отметил боковым зрением, как переглянулись гости хозяина кабинета.
— Я понимаю это так, что вы уже определились с выбором специализации своей будущей деятельности?
— Да.
— Учитывая уровень вашей подготовки, вы, очевидно, догадались, для чего вы сегодня здесь?
— Да, Мастер.
— Вам представить присутствующих?
— Если хотите, Мастер.
— Попробуйте определить сами.
Алексей п о т я н у л с я за нужной информацией, как его учили, легко обходя попытки блокировки. Квалифицированные, надо признать, попытки. Весьма. Но не для его уровня. Ответил он без малейшей заминки.
— Лоринта Агарра. Служба внутренней безопасности планет Содружества. Грей Гаргаван. Дальняя космическая разведка. Линд Броуней. Внутренняя и внешняя контрразведка.
Присутствующие мужчины и женщина вновь переглянулись.
— Вы видели нас в выпусках новостей? Хотя нет, исключено. Нас никогда не показывали по ГС[1].
Лоринта Агарра повернулась к начальнику УБКР:
— Впечатляет. Теперь я понимаю, почему вы так настоятельно просили нас присутствовать здесь сегодня. У нас появился ещё один Супер.
— Не просто Супер…
Алексей позволил себе вмешаться в диалог:
— Я ценю ваше время, Мастера, и, поскольку мне был разрешен к о н т а к т, я в курсе всего, что вы хотели мне предложить. Я выбираю Дальнюю Космическую Разведку, поскольку к этому себя готовил, но это вовсе не означает, что я отказываюсь при необходимости поработать на ваши ведомства — Алексей коротко кивнул Агарре и Броунею. — Насколько мне известно, интересы всех присутствующих здесь нередко пересекаются.
Контрразведчик и безопасница ничем не выказали своего разочарования, хотя Алексей почувствовал соответствующую гамму настроений всех троих. Они молча поднялись, коротко попрощались со всеми и направились к выходу. Вслед за ними поднялся и начальник УБКР:
1
ГС — глобальная сеть