Страница 16 из 32
– Семьдесят пять?
– Конечно, ибо остальное – мой гонорар за то, что я снимаю вас с крючка. Это стоит двадцати пяти тысяч, не правда ли?
Морган подумал, а сколько потребует Клайв Хэлперт, и сколько еще шантажистов объявится до того, как кончится этот кошмар. Конечно, их будет много, очень много…
Он нервно облизал пересохшие губы:
– Вы вынуждаете меня принять нелегкое решение, мистер Смолл. Я и так уже целую неделю веду борьбу со своей совестью. Ну что ж, борьба закончена. Теперь не придется делить сто тысяч долларов между толпой шантажистов. Я намерен сдать деньги в полицию.
Выражение лица Смолла не изменилось.
– С вашей стороны, мистер Морган, – сказал он, – это очень честно. И очень смело.
– Смело?
– Несомненно, вы рассмотрели все стороны этого дела, мистер Морган. Тони Дэгнон, я уверен, захочет получить свои деньги обратно, но это не главная его забота. У него миллионы. Кроме того, у него и так неприятностей невпроворот, а терпеть он их более не намерен. Но если вы сдадите деньги в полицию, не рассчитывайте, что на этом ваши неприятности закончатся. С вас потребуют подробнейшие объяснения, а к тому же вам придется опознать Эла-мешочника как человека, который передал вам деньги. Ведь так?
Толстяк бил прав и еще раз прав. – Окружной прокурор выжмет из вас все, что ему нужно. Он ведь собирается дожать Дэгнона и Эла Шарпа неопровержимыми уликами. Поверьте, что Тони Дэгнон этого не захочет. Вот истинная причина того, почему этот парень, Эл, охотится за вами.
Морган снова полез в карман за платком.
– Вы становитесь главным свидетелем обвинения, правильно? Любой в городе скажет, что в такой ситуации вам не дожить до момента дачи показаний. Люди, свидетельствующие против Тони, не живут. Вот почему его хотят припереть к стенке документами и свидетельскими показаниями.
– Полиция защитит… – начал было Морган. Детектив громко рассмеялся.
– Конечно, защитит в течение двух месяцев. Но адвокаты Дэгнона используют малейшую юридическую зацепку, чтобы оттянуть судебный процесс. Может даже пройти два года, прежде чем вас вызовут в суд. Вы думаете, что фараоны дадут вам телохранителей, которые будут опекать вас круглосуточно в течение двух лет?
Морган знал немало историй о том, как исчезают свидетели, выступающие против гангстеров, если их не убивают прямо на улице. Совсем недавно он читал где-то о подобных случаях, сопровождаемых кошмарными подробностями. Они вызвали у него приступ тошноты. Нет, этого я больше не вынесу, подумал он. И зачем только я слушал Аниту? Смолл продолжал мягко убеждать:
– Если Эл Шарп натолкнется на вас, вот тогда вам придется быстро решать – обращаться к фараонам или нет. Тони Дэгнон не терпит даже потенциальных свидетелей, которые спокойно ходят по городу и дышат воздухом.
Морган беспомощно смотрел на Смолла.
Лысый толстяк сказал:
– Единственная ваша надежда, Морган, это я. Я предлагаю вам реальную услугу – увести с вашего следа Шарпа. Она стоит гораздо больше двадцати пяти тысяч, но я не крохобор.
Морган молчал. Он уже ни о чем не мог думать. Наконец он произнес слабым голосом: «Мне придется обговорить это с женой…» И зачем он это сказал?
– Конечно, конечно, – с готовностью согласился Смолл. – Только не медлите. Я позвоню вам завтра к вечеру, примерно в то же время, что и сегодня.
Он встал и, бросив на стол полудолларовую монету, произнес:
– Двадцать четыре часа – время, которым вы располагаете, мистер Морган. Эл Шарп через сутки намеревается произвести инспекторскую проверку моей работы. Если вы отказываетесь от моего предложения, то сразу после того, как я положу трубку, я наберу номер его телефона.
Толстяк снял шляпу со стоявшей между двумя кабинками вешалки, доброжелательно поклонился Моргану и словно выкатился из бара, оставив его сидящим на прежнем месте.
Хриплым голосом Морган подозвал бармена:
– Виски, чистого. Двойную порцию!
Глава 12
Часы над стойкой бара показывали четверть восьмого. Вероятно Клайв Хэлперт уже звонил, подумал Морган, и сейчас ждет, когда Морган вернется домой и ему позвонит.
Мысль о предстоящем разговоре с Хэлпертом вызывала у Моргана тошноту. Не исключено, что тот потребует себе немыслимую долю. Но и в том случае, если Хэлперт предложит передать деньги в полицию, несмотря на разумные доводы Самюэла Смолла.., и независимо от того, как он сам распорядится ими, люди Дэгнона все равно убьют его, стоит им только его найти. Джим Морган уже не видел для себя никакого выхода.
Он медленно пил виски, чтобы оттянуть время возвращения домой, где придется столкнуться с неприятной дилеммой. Прежние посетители бара уже давно ушли, пришли новые. Когда бармен вошел в его кабинку, чтобы вытереть стол, Морган наконец допил свой стакан. Он отсчитал деньги, но решил заказать еще одну порцию.
– На дорожку, – попросил он бармена.
Прошло сорок пять минут с тех пор, как Смолл ушел, а он все сидел, убивая время. Третий стакан он допил уже с трудом. В девять пятнадцать Морган охотно покинул бар.
Сквозь алкогольный туман в голове Моргана вдруг осенила блестящая идея: если он вернется домой поздно, ему не нужно будет звонить Хэлперту. Но дальше этого его мысль не пошла, так как голова отказывалась работать. Утром ему все равно придется вернуться к этой проблеме. От такой мысли Морган даже застонал.
После нескольких стаканов виски, решил он, стоит выпить кофе. Даже Анита не увидит в этом ничего предосудительного. Она же не захочет, чтобы его арестовали за езду в пьяном виде, ведь правда?
Он вылез из машины и поплелся в ночную забегаловку, расположенную в квартале от бара «У Гарри», и выпил две чашки крепчайшего кофе. Кофе ему помог. Время за ним он провел не напрасно. Если бы все водители имели привычку протрезвляться, прежде чем сесть за руль, число дорожных происшествий значительно сократилось бы, ведь так?
Домой он вернулся без четверти одиннадцать.
Анита ждала его, сидя на диване. Поверх ночной рубашки она накинула пеньюар. По ее лицу было видно, что она нервничает.
– Что сказал этот Смолл? – спросила она. – И почему ты так поздно? Я с ума сходила от беспокойства. Морган плюхнулся в кресло.
– Перебрал немного, поэтому забежал выпить кофейку. Клайв звонил?
– Нет. Я устала ждать его звонка и потому позвонила ему сама.
– Я же просил предоставить это деле мне!
– Но я ничего ему не говорила. Он предупредил, что вечером у него будут гости, и что он встретится с тобой завтра на работе. Он как-то очень странно оправдывался. Что же сказал тебе Смолл?
Морган спросил с беспокойством:
– Что значит – странно?
– Я не знаю, он говорил так, будто не хотел, чтобы его гости поняли, с кем он разговаривает. Уверяю тебя, я ни словом не обмолвилась ни о прошлом, ни о деньгах.
– Непонятно, – пробормотал Морган, размышляя над услышанным.
– Я задумалась над его словами уже после того, как положила трубку. Возможно, у него была женщина, и он не знал, как объяснить ей телефонный звонок другой женщины. А может быть я позвонила в тот самый момент, когда они ложились в постель? Джим, пожалуйста, расскажи, что сказал тебе этот Смолл?
– Он хочет двадцать пять тысяч долларов, – пробормотал Морган.
– Сколько? – Анита вся напряглась. – И в обмен на что?
– В обмен на мою жизнь. Он заявил, что гангстеры Дэгнона непременно прикончат меня, как только найдут, независимо от того, сдам я деньги в полицию или нет. И он прав, так как упомянул об обстоятельстве, которое никому из нас не пришло в голову. Дело в том, что я – потенциальный свидетель попытки дачи взятки. А тех, кто может свидетельствовать против Тони Дэгнона, не оставляют в живых.
Анита нахмурилась.
– Каким же образом Смолл выследил тебя? Она что, не слушает меня, что ли, подумал Морган. Затем он спросил себя: почему, собственно, я должен чего-то от нее ждать? Деньги ослепляют, и тут уж ни гордость, ни приличия не существуют для нее.