Страница 13 из 32
– Ну и как? – поинтересовался инженер. – Я, кажется, точно произвел расчеты. Но я никак не могу понять, почему этот дэгновский прихвостень охотится за тобой?
– Клайв, ты не представляешь, как я обо всем этом сожалею, – сказал Морган. – Анита не должна была втягивать тебя в это дело. У нее здравого смысла меньше, чем у ребенка.
– Ты уже говорил мне об этом, – мрачно заметил Хэлперт. – Но мне чертовски хотелось бы знать, зачем я гангстерам.
– Ты им совсем не нужен. Им нужен я. Но теперь у них есть причина поинтересоваться, какую роль играешь в этом деле ты. После всех объяснений ты, наверное, захочешь, чтобы я сообщил в полицию. Это твое право, Клайв. Я не хотел тащить тебя в свидетели. Пожалуйста, забудь все, что ты узнал. В действительности же случилось так что по чистой случайности у меня оказались деньги, которые…
Дверь отворилась, и в комнату вошел Эрнест Хауард.
Младший партнер обратился к Хэлперту:
– Ты готов поехать взглянуть на строительный проект Мастерсона?
– Через минуту буду готов, Эрни, – ответил Хэлперт. – Вот только закончу разговор с Джимом. Хауард взглянул на часы.
– Мы договорились с Мастерсоном быть на стройплощадке через тридцать пять минут. Нельзя заставлять его ждать нас, Клайв, ведь он еще не подписал контракт.
Он ждал стоя. Хэлперт тоже встал и взял шляпу.
– Извини, Джим. Разговор придется отложить.
– Хорошо, – ответил Морган.
Он вышел в приемную и направился к себе в чертежную. Остальные двинулись в противоположном направлении. Вдруг Хэлперт остановился и окликнул:
– Джим!
Морган обернулся. Хауард ждал, нетерпеливо притоптывая ногой. Хэлперт поспешно подошел к Моргану. Инженер спросил едва слышно:
– Анита говорила тебе о фотографии?
– О какой фотографии?
– О твоем портрете, восемь на десять, что на телевизоре. Я не обращал внимания на фото, пока Шарп не ушел. Я только потом понял, что снимок хорошо виден даже от входной двери. Правда, я не думаю, что Шарп смотрел в ту сторону, но все же… Если же он его заметил, мое присутствие вряд ли тебе помогло.
– Анита ничего мне не сказала, – ответил Морган. – Значит, появилась еще одна причина для беспокойства.
– Ну, это еще как посмотреть. Когда я обратил на фото ее внимание, она напрочь отмела подозрение. Она никогда не умела считаться с препятствиями, если они ей мешали. Какая сумма фигурирует в этом деле? Ты как раз упомянул о деньгах, когда вошел Эрни. Деньги – немаловажный фактор.
Хауард нетерпеливо окликнул:
– Клайв, мы опаздываем!
Уже на ходу Хэлперт быстро сказал:
– Не звони в полицию, Джим, пока мы не обмозгуем это дело. Здесь кое-что есть, ну а коль скоро я уже вляпался в него, то хотел бы вникнуть в детали. Не предпринимай ничего, пока мы не поговорим. Инженер присоединился к Хауарду, оставив Джима Моргана в раздумье.
А тут еще Джим оказался в качестве объекта для небольшого шантажа.
Глава 10
За десять минут до полудня Стефани заглянула в чертежную.
– Джим, только что звонил Клайв. Он сказал, что, наверное, пробудет на стройплощадке у Мастерсона весь день. Просил передать, чтобы ты позвонил ему вечером домой насчет того, о чем вы говорили, если это еще не потеряло смысла.
– О'кей, – ответил Морган. – Спасибо.
Когда спустя несколько минут он, отправляясь на ланч, вошел в приемную, зазвонил телефон, и Стефани сняла трубку.
– Твоя жена, – сказала она, протягивая ему трубку.
– Да, Анита?
– Я не могу больше ждать, – раздался в трубке ее голос. – Я просто схожу с ума. Ты говорил с Клайвом?
– Нам не дали договорить. Он уехал, и его не будет до конца дня. Клайв просил меня позвонить ему вечером.
– Значит, вы ничего не решили?
– Нет еще.
– О, как я рада!
Однако он не сказал ей, что теперь уже никак нельзя не ввести инженера во все подробности дела.
– Ну хорошо, я буду дома, как обычно. Когда он положил трубку, Стефани загадочным тоном произнесла:
– Ты можешь не идти со мной на ланч, если тебе не хочется, Джим. Пока Клайва нет… Морган спросил:
– Тебе хотелось бы пойти одной?
– Конечно, нет. – Ее щеки вспыхнули румянцем. – Я хочу сказать, ты вовсе не обязан…
– Плюнь ты на все и пошли!
Краска на ее лице стала гуще, но она с готовностью поднялась из-за стола.
Направляясь со Стефани к лифту, Морган испытывал некоторую неловкость, которую никогда прежде не ощущал в присутствии Хэлперта. Это случилось впервые. Ему предстояло завтракать со Стефани тет-а-тет, и он чувствовал себя мальчишкой, пришедшим на первое свидание.
Этому надо положить конец, подумал он. Кстати, ему всегда приходила подобная мысль, когда случалось оказаться в одной компании с привлекательной девушкой. Как женатый человек, самое большее, что он мог предложить златокудрой красавице, это легкий флирт, который в конце концов не принесет ничего, кроме сердечной боли Стефани, Аните и ему самому. Было бы разумным в подобной ситуации – отступить, пока они со Стефани не зашли слишком далеко.
Войдя в лифт, Морган глубоко вздохнул.
– Послушай, Стефани. Я знаю, ты можешь подумать обо мне все что угодно, но я сейчас вспомнил, что должен был сделать одно дело. Ты не рассердишься, если я покину тебя и оставлю завтракать в одиночестве?
– Не глупи, Джим. – Разочарование, проглянувшее в этот момент на ее лице, сменилось облегчением, вызванным его словами. Значит, в ней тоже шла внутренняя борьба.
Оказавшись на автостоянке, Стефани села в свой «фольксваген» и, махнув на прощание рукой, поехала в направлении Хоуп-стрит. Он повернул в противоположную сторону, зашел в ресторан, в котором никогда прежде не был, и в одиночестве проглотил свой ланч.
В тот вечер, когда Морган вернулся с работы домой, ему не предложили привычного коктейля. Анита встретила его в дверях с пустыми руками. На сей раз жена даже не подставила губы для поцелуя. Первое, что она произнесла, было:
– О чем ты собираешься рассказать Клайву, когда он позвонит?
Он прошел в дом, положил папку и шляпу возле вешалки и сел за обеденный стол:
– Так, о некоторых деталях. Он сам почти обо всем догадался и выяснил даже то, что мне было неизвестно. Ты видела утреннюю газету?
– Нет, – ответила она сварливым тоном. – Что там еще случилось?
– На первой полосе помещена фотография Пиноккио, а рядом Тони Дэгнон и еще пятеро, которых приговорили к разным срокам. Его зовут «Эл-мешочник» Шарп, он заведует кассой в банде Дэгнона. Клайв был настолько деликатен, что постеснялся открыто сказать о том, что ты его столкнула с гангстерами.
– Ты ведь не сказал Клайву о ДЕНЬГАХ, не так ли?
– Я упомянул, что дело это связано с деньгами, которые у нас случайно оказались, но не успел назвать сумму, так как нас прервали.
– Зачем ты сказал о деньгах? – взвизгнула Анита. – Теперь, я уверена, он потребует себе долю!
– Очевидно, ты знаешь мистера-Клайва Хэлперта лучше меня. Да, он захочет получить свою долю. Перед тем как уехать с Эрни Хауардом, он успел мне шепнуть на этот счет.
– О, Джим! Что же нам делать?
– Ничего, черт побери, до тех самых пор, пока он не даст о себе знать. Между прочим, почему ты не сказала мне, что этот Шарп мог заметить мою фотографию на телевизоре?
– Он не заметил ее, – быстро ответила она. – А если даже и заметил, он не смог бы через всю комнату разобрать, кто изображен на фотографии.
Морган тут же вошел в прихожую, открыл входную дверь и отступил в сторону. Встав на том самом месте, где стоял Шарп, он посмотрел в глубь гостиной. Вернувшись в столовую, в отчаянии произнес:
– С того места фотография прекрасно видна. Четко, как днем. Его не обдурить, Анита!
– Может быть, он ее не заметил, Джим. Ведь Клайв стоял в дверях и загораживал собой комнату. Ты же знаешь, какой он широкий.
– У Эла-мешочника было два шанса увидеть фото. Он был здесь раньше, когда ты вышла на его звонок, помнишь? А ты по своей комплекции – отнюдь не Клайв. – Он даже не посмотрел в ту сторону, когда я с ним разговаривала! Тебе не о чем беспокоиться. Морган сделал неопределенный жест.