Страница 47 из 92
— Тогда запомни, что я сказал, и исчезни с моих глаз!
Демон поспешил вернуться назад.
— Но как же узники… — вновь напомнила Семирама.
— А что узники? — равнодушно откликнулся Барэн.
— Не следовало позволять ему хозяйничать там как в собственной кладовой.
— Почему бы и нет?
— Джелерак пожелает видеть их всех целыми и невредимыми, чтобы вынести свой приговор.
— Сомневаюсь. Не такие они важные особы. К тому же он окажется в большом затруднении, желая в решительный момент предать их худшей участи, чем эта.
— И все-таки… в конце концов они по праву его узники, а не наши.
Барэн пожал плечами:
— Не думаю, что кто-то спросит с нас за это. А если и спросит, я возьму всю ответственность на себя. — Он замолчал, о чем-то размышляя, затем добавил: — Я совсем не уверен, что он вернется. А что ты думаешь по этому поводу?
Семирама повернулась и вновь засмотрелась на мрачный пейзаж за окном.
— Не знаю, что и сказать. К тому же я не уверена, что мне это небезразлично, даже если бы в этом случае знала ответ.
— Чем же этот случай отличается от любого другого?
— Еще не время делать выводы. Бывало, когда он отсутствовал гораздо дольше, чем на этот раз.
— Мы оба знаем, что что-то случилось с ним в Арктике.
— С ним случались передряги и похуже. Я знаю наверняка. Не забывай, я была здесь в те давние времена.
— А если все-таки предположить, что он никогда не вернется?
— Этот вопрос остается открытым, во всяком случае пока Туалуа не придет в себя.
Глаза Барэна сверкнули как молния, затем замерцали словно у хищника.
— Предположим, твой подопечный уже завтра будет здоров?
— Тогда и спрашивай.
Барэн недовольно фыркнул, резко развернулся и надменной поступью зашагал туда же, где скрылся демон. Семирама, глядя ему вслед, медленно загибала пальцы, пока не досчитала до шести. Затем остановилась. В ее глазах блестели слезы.
Простиравшийся ландшафт был покрыт невысокими холмами, которые весело зеленели, уже украшенные богатой весенней растительностью. Мелиаш сидел на пригорке спиной к его склону, перед ним в руку длиной стоял волшебный эбеновый жезл, один конец которого уходил в землю. Он глядел поверх него, туда, где окрашенный восходящим солнцем туман стелился по зачарованной местности, вновь и вновь преображая пейзаж. Мелиаш был широкоплеч, с шапкой рыжеватых волос. Его одежда с преобладанием оранжевых цветов была необычно богата для времени и места, которые он выбрал для себя. На грудь спускалась золотая цепь с ярким голубым камнем под цвет его глаз. Позади него двое слуг ходили по лагерю, занятые приготовлением утренней трапезы. Неторопливым движением Мелиаш наклонился вперед и коснулся кончиками пальцев волшебного жезла. Между тем взгляд его был по-прежнему устремлен вдаль. Когда в туманной мгле начали возникать вихревые потоки и волны теней накатывали одна на другую, он сосредоточил внимание на этих явлениях. Постепенно он застыл как изваяние и весь превратился в слух. Немного погодя он тихо заговорил, потом замолчал и выждал некоторое время. Он повторил процедуру несколько раз, прежде чем подняться и отправиться назад в лагерь.
— Приготовьте еще одно место для завтрака, — приказал он слугам, — и позаботьтесь, чтобы пищи хватило еще на несколько персон, держите ее подогретой. Похоже, предстоит нескучный денек.
Его люди заворчали, однако тут же начали чистить овощи, резать их и бросать в котел.
— Добавьте также мясо.
— Но, Мелиаш, наши запасы истощаются, — сказал старший из слуг, невысокий мужчина с поседевшей бородой.
— Значит, одному из вас придется отправиться на охоту после полудня.
— Не нравятся мне здешние леса, — вступил в разговор другой слуга, худой, с резкими чертами лица и очень темными глазами. — Тут либо какой-нибудь оборотень бродит, либо другая нечистая сила.
— Леса безопасны, — заверил их Мелиаш.
Старший слуга начал нарезать мясо.
— Когда прибудет твой гость? — спросил он. Мелиаш неопределенно пожал плечами и отошел, вглядываясь в сторону холма за лагерем.
— Не имею представления, как быстро перемещается в пространстве чужая воля. Я…
Что-то шелохнулось, и он увидел зеленый ботинок возле свесившего ветви дерева, потом второй…
Он остановился и поднял голову. Перед ним возникла высокая фигура в ярких лучах солнечного света.
— Доброе утро, — приветствовал он гостя, щурясь и заслоняя глаза рукой. — Я Мелиаш, страж Общества, назначенный в этот сектор…
— Я знаю, — послышался ответ, — привет тебе, Мелиаш.
Фигура беззвучно приблизилась. Перед ним стояла хрупкая женщина со светлыми волосами и белой кожей, зеленоглазая, с тонкими чертами лица. На ней были плащ, пояс и головная повязка под цвет зеленым ботинкам; штаны и блузка были черного цвета, а жилет — из коричневой кожи. К поясу были пристегнуты большие черные перчатки, а также меч и длинный кинжал. В левой руке она держала легкий лук со скрещенной тетивой; он был сделан из неизвестного Мелиашу дерева красноватого оттенка. Но вот уж что он узнал наверняка, так это массивное черное кольцо с зеленым орнаментом на указательном пальце той руки. Не подав опознавательного знака Общества, он встал перед ней на одно колено и поклонился.
— Леди Маринта… — произнес он с почтением.
— Встань, Мелиаш, — сказала она, — я явилась сюда по делу, в котором ты выступишь как свидетель. Зови меня Арлата.
— Позволю себе переубедить тебя, Арлата, — сказал он, поднимаясь, — риск слишком велик.
— Таков же и выигрыш, — ответила она без колебания.
— Окажи мне честь и позавтракай со мной. Тем временем я изложу тебе суть дела.
— Я уже поела, — ответила Арлата, направляясь с ним в сторону лагеря, — но я присоединяюсь к тебе, чтобы продолжить разговор.
Вместе с Мелиашем она подошла к столу, установленному на козлах к югу от костра, и присела на скамью с краю.
— Подавать сейчас? — поклонился молодой слуга.
— Не откажешься от чашки чая? — спросил Мелиаш.
— Спасибо, пожалуй, выпью.
Он кивнул слуге:
— Чай на двоих.
Они сидели молча, пока готовили и разливали напиток, обратив взор на запад, туда, где простиралась эта меняющая облик земля с ее туманами. Когда она попробовала чай, он тоже поднял свою чашку и сделал глоток из нее.
— Как хорошо выпить чаю в такое холодное утро, — заметил он.
— Это хорошо в любое утро. Прекрасный напиток.
— Благодарю. Скажи, леди, что заставило тебя прибыть в это место?
— То же, что и всех. Здесь источник могущества.
— Если молва правдива, ты всегда обладала огромным могуществом, не говоря о несметных богатствах.
Она улыбнулась:
— Да, это верно. Но могущество, заключенное в этом странном месте, поистине ни с чем несравнимо Получить власть над Старым богом… Считай меня идеалисткой, однако с его помощью можно сделать столько добра. Я могла бы избавить этот мир от многих бед.
Мелиаш только вздохнул.
— Почему ты не можешь быть своекорыстной, как другие? — спросил он. — Ты знаешь, что одной из задач моего пребывания здесь является попытка воспрепятствовать этим экспедициям. Твои благородные мотивы осложняют мою задачу.
— Мне известно мнение Общества. Ты говоришь, Джелерак может вернуться в любой момент, и присутствие непрошеных гостей повлечет за собой нежелательные события, в которые будет ввергнуто все Общество. Ты безупречный свидетель, как и те четверо, назначенные сюда. Чтобы удовлетворить требования Общества, я даю клятву, что действую по доброй воле и абсолютно самостоятельно. Этого достаточно?
— Формально да. Но это не то, что я имел в виду Даже если ты благополучно туда доберешься, Замок остается глухим, посланцы его хозяина все еще распоряжаются там. Но даже если не принимать во внимание эти доводы, я все же очень сомневаюсь, что Старых богов можно заставить творить добро на протяжении долгого времени, пусть тебе и удастся получить над ними какую-то власть. Они деградировали, и будет лучше оставить их в покое. Возвращайся в Царство эльфов, леди. Пусть твое милосердие найдет более простые пути. Поверь, даже если сначала тебе в чем-то повезет в конце концов ты проиграешь.