Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 76 из 87

Девушка хихикнула.

– Нет, я тебе потом скажу, на что мне интересно посмотреть. Меня зовут Эри. А его, - она кивнула на парня, - Рыжий.

– Какой же он рыжий? - поглядев на собранные в «хвост» черные волосы Рыжего, удивилась Танька.

– Это мы тебе потом расскажем, почему он Рыжий, - засмеялась девушка. - Ну, проходите, что встали, как неродные? Герцог, горе мое, тащи девушку к столу, картошка остынет.

Таньке налили почти литровую кружку чая, навалили в тарелку хрустящей отлично пожаренной картошки - столько, что хватило бы на троих. К картошке прилагались соленые огурцы. Было вкусно - недавняя пробежка по Очаково вернула аппетит. А может быть, наличие рядом Герцога, уминавшего за обе щеки свою порцию. В любом случае, Танька съела столько, что почувствовала себя удавом, по рассеянности проглотившим двух кроликов.

Герцог отодвинул тарелку, посмотрел на хозяев.

– Ребята. Дело такое, нам надо поговорить, но вас я пока впутывать не хочу. Так что - мы побеседуем, хорошо?

Рыжий с Эри удалились куда-то вглубь квартиры. Танька огляделась. Небольшая кухня была порядком забита старой, отжившей уже свой срок мебелью. На холодильнике и шкафчиках были развешаны плакаты с надписями от руки.

«Кто продукт доел - тот и покупает!» - гласил тот, что висел на холодильнике. «Если в кране нет воды - значит, крутишь не туды!» - сообщал второй. Еще были «Доброе утро, Вьетнам!» и «Кто к нам с вином придет - тому мы пива и дадим!»

– Весело тут… - улыбнулась Танька.

– Нормально, - кивнул Герцог. - Свои люди. Рассказывай.

Танька принялась рассказывать всю эпопею, перемежая хронику событий вопросами. Герцог слушал молча, не перебивая. Дослушав до конца, он поискал на подоконнике сигареты, нашел, достал две, прикурил сам, дал Таньке и задумчиво стал разглядывать дым.

– Значит, Саша. Значит, Скиннер, - непонятно сказал он и вновь замолчал.

Танька тихо любовалась каждым его движением и смотрела влюбленными, бестолковыми глазами.

– Ну, значит, так. Маршала вы несколько переоценили. Он не наркобарон, он так… мелкая сошка. Организует доставку чужого товара. Он этим занимается давно, и карьеры не сделал. Деньги, разумеется, были чужие. Не повезло бедненькому… - тихо и зло засмеялся Герцог.

Танька хмыкнула.

– Собственно, я собирался набить ему морду и забрать тебя в Ростов. Что ж с тобой, бестолочью, делать… Но все обернулось куда интереснее. Сначала ему удалось треснуть меня этим клятым сканером, потом было еще веселее. Он о чем-то говорил, но очень странно. Пытался говорить намеками. Я дурак, я не понял, что он ведет себя так, будто его подслушивают. Потом мы крепко поругались. Я угодил в больницу. Через неделю ко мне в палату явился странный тип и начал вести странные беседы. Я честно прикидывался шизофреником, не понимающим, о чем идет речь. Но речь шла о вполне понятном. Я не стал ждать, когда он вернется с подкреплением, и сделал оттуда ноги. Через окошко… - Герцог усмехнулся. - Третий этаж. Но почему-то не хотелось больше с ним встречаться.

– Он похож на того, на Скиннера?

– Нет. Намного моложе, и какой-то не то бурят, не то мордвин. Но, в общем, та же зараза - трехметровая энергетика и золотые горы. Приехал в Москву, поговорил с ребятами. Двое пропали. Из таких, из любителей попонтоваться перед посторонними на пьяную голову. Вот тут-то у меня часть схемы и сошлась.

– А в Очаково ты как оказался?

– Там квартира Маршаловой матери. Она ее сдает обычно, сама за городом живет. Хотел найти его. А нашел - тебя, - улыбнулся Герцог. - Что это была за пара недоделанных ковбоев?

– Не знаю. Они меня в подъезде у квартиры ждали. Разглядеть и познакомиться я не успела, - ядовито сказала Танька. - Извини, не сложилось как-то.

– Иди сюда, - поманил ее ладонью Герцог. Танька подошла, ее усадили на колени и сгребли в охапку. Танька едва не замурлыкала от счастья. - Ты чего такая злая?

– Ты… Да сволочь ты, вот что! - заявила Танька и тут же прикусила язык.

– С этого момента поподробнее, пожалуйста.

– Я тут ношусь, как сумасшедшая… Мстю.. Мщу… за него. А он жив и здоров!

– Ну, извини, - смеющимися глазами посмотрел на нее Герцог, и пропел:

– «Я пришел, а ты жива - пидманула, пидвела…» Могу застрелиться. Хочешь?

– Тьфу на тебя… - окончательно смутилась Танька. - Отпусти меня вообще, а то это плохо кончится…

– Да уж, - кивнул Герцог. - Иди, сядь, и вернемся к нашим баранам.

Танька села.



– Нам надо найти Маршала. Найти и расспросить. Может быть, он знает еще что-то обо всем этом мерлезонском балете с лабораторией.

– И где его искать?

– Не проблема, найдется. Вот этот самый Саша - это уже поинтереснее.

– Ты его правда знаешь?

– Знаю. И скажу, что он всегда был парнем порядочным. Но чертовски себе на уме. А теперь, наверное, стал втройне себе на уме. И не исключено, что его потянуло на какие-то подвиги, и он в порядке. Или пока еще в порядке. Я бы не стал на его месте пытаться переиграть эту странную контору в одиночку. Я бы ее и в компании переиграть не пытался. Разве что со взводом спецназа.

– Это повод забирать себе деньги?

– Ну, деньги, положим, не твои. Но я думаю, что дело вовсе не в деньгах.

– А в чем?

– Я же говорю - парень решил сыграть в какую-то игру. Выйти на эту лабораторию, но не напрямую - через тебя.

– Сэм, говорят, наш гвинейский друг… - грустно вздохнула Танька. - А как все красиво начиналось. И клиентов он не предавал, и вообще влюблен до гроба.

– Возможно, он узнал то, что знаю я.

– Что?

– Что эта лаборатория - в некотором роде контора Империи.

– Чего-о? - уронила челюсть Танька.

– Того. Филиал такой. Местный. Все эти экстрасенсы и раскачка - фигня. Игрушки, чтобы пациенты не скучали и не разбегались. Они работают с энергетикой. Приводят ее в норму. И попутно раскачивают острое чувство ностальгии и «тоски по родине». А потом пациент отправляется в мир иной - сама понимаешь, в какой. Ему ж ничего уже не надо, только домой вернуться. И берут его в юном возрасте под белые руки, и обрабатывают соответственным образом. И - готов суперсолдат. Такого уровня, которого из простого хоть хулигана, хоть барона с первого раза не сделаешь. Сдохнет он.

– Это какая-то полная паранойя… - покачала головой Танька.

– Это не паранойя. Я давно ждал, что здесь появится какой-то умник и устроит именно такую контору. Вот, дождался.

– Что, его сюда прислали и внедрили? Зеленые человечки на летающих тарелках…

– Не знаю, не знаю… Вряд ли. Но я не знаю, что у него в голове. Может, это его личная инициатива. Какая разница-то?

– И что нам теперь делать?

– Я бы сдался и взломал эту контору к чертовой матери изнутри. Но, боюсь, меня туда не пустят. Не дураки там сидят. Можно было бы попробовать смотаться…

– Найдут, - вздохнула Танька.

– Хе-хе, - усмехнулся Герцог. - Не найдут, если постараться. Но не в том дело. Ну, хорошо, мы смотаемся, а они продолжать будут?

– Как я поняла, на аркане туда не тянут. Если есть дураки…

– Нет. Если сегодня не тянут, так завтра потянут. Потянут и в строй поставят, и мнения не спросят. Так уже было…

– Спорим, это не государственная контора? Поэтому и не могут они вот так запросто кого-то отловить.

– Пока уговаривают, пока, - с нажимом сказал Герцог. - Но если выйдут на полную мощность - будут и отлавливать. И президент у нас будет соответственный, и все в лучших традициях Империи. Контора-то государственная. Но нежная дружба наших спецслужб известна с давних пор. И, к тому же, это может быть именно что личной инициативой. Под эгидой какого-то спецотдела по экстрасенсам. Кто знает?

– Психотронно-темпоральная война? - улыбнулась Танька, но смешно почему-то не было.

– Не знаю. Я знаю одно - меня, моих друзей пытаются использовать. Пытаются вновь закинуть в эту мясорубку. Вновь хотят сделать из меня инструмент для убийства. Инструмент, лишенный индивидуальности, тело, в котором полторы эмоции и три рефлекса. А я никогда никому больше не позволю из меня что-то делать, - Герцог говорил тихо, но так, что Танька почувствовала, как по спине ползут мурашки. Не сдержавшись, Герцог все же саданул кулаком по столу. Танька протянула к нему руку, но он сделал резкий запрещающий жест, и она отпрянула. Герцог сделал пару вздохов, улыбнулся.