Страница 38 из 251
— Тетюр, заходи, дело есть.
Дверь тотчас открылась и маг с радостной физиономией тотчас влетел в спальню. Кир снял со спинки кровати перевязь с мечом и, обнажив клинок, отошел от кровати и встал на простыню, постеленную на толстый, тёмно-синий ковер посреди спальной комнаты. Держа меч параллельно полу, он громким и торжественным голосом сказал:
— Тетюр, Фелиция, подойдите ко мне и положите руки на этот клинок. Я хочу взять с вас обоих клятву. — Оба, маг, приближенный к самому Мастеру Миров и простая горничная, немедленно повиновались и встали перед ним, послушно положив правые руки на полированную сталь — Тетюр-прорицатель, маг Мастера Миров, поклянись мне в том, что ты будешь любить, беречь от всех невзгод, учить мастерству высшей магии и быть отцом детей девицы Фелиции Кетчер до тех пор, пока не окончится наша миссия на планете Ильмин и мы не отправимся по воле Мастера Миров в иные миры.
Тетюр приосанился и гаркнул во весь голос:
— Клянусь!
Строго посмотрев на девушку, он продолжил свои упражнения в риторике:
— Фелиция Кетчер, поклянись мне, что ты будешь страстно любить и хранить верность магу Мастера Миров Тетюру-прорицателю до тех пор, пока мы не покинем Ильмин по воле нашего повелителя.
Фелиция, которая как не готовилась к этому, не смогла сдержать волнения и пискнула слабым голоском:
— Клянусь.
Кир отбросил меч в сторону и тотчас свел их руки вместе и, слегка сдвинув мага и девушку вместе, подвел итог, сказав:
— Теперь вы любовники перед ликом Мастера Миров. Поцелуйте друг друга и будьте счастливы то недолгое время, что он вам подарит.
Фелиция была, больше чем на полторы головы выше коротышки мага и теперь была, его заботами, довольно-таки хорошо развита физически. Она наклонилась к нему, крепко обняла и одарила его таким страстным поцелуем, что у того подкосились ноги. Чтобы не упасть, она выпрямилась и подняла его вверх. Хорошо, что при этом она ещё не закружилась с ним по комнате и вскоре поставила мага на ковёр, правда, совершенно обескураженного. Как только она это сделала, Тетюр, вдруг, вытянулся в длину и сделался почти одинакового роста с Фелицией, которая была ростом чуть выше плеча Кирилла. К тому же и физиономия мага сделалась более благообразной, обширная лысина резко уменьшилась, а тёмные волосы довольно значительно удлинились. Фелиция, которую эти метаморфозы почему-то ничуть не удивили, прикусив губку смущенно сказала:
— Милорд, я пойду разбужу твою сестру и немедленно подготовлю её к встрече с мастером Тетюром.
Горничная, не смотря на краску смущения, залившую её щеки и стройную шейку, вышла из спальной комнаты походкой императрицы. Тетюр, совершенно разгромленный и потрясенный всем произошедшим и, особенно, её красотой, громко простонал ей вслед:
— О, Фелиция, моя богиня… — Повернувшись к брачному аферисту Кириллу Бубликову, он воскликнул — Сэр Кир, за этот божественный дар я превращу для тебя всех калек Феринарии в настоящих титанов, чёрт бы меня побрал. Мои кристаллы уже сейчас переполнены энергией, представляю, что будет с ними завтра, после нашей первой брачной ночи. К тому же тебе удалось довольно сильно смягчить наказание, ниспосланное мне Мастером Миров — Внезапно сменив тон с восторженного на фамильярный, он спросил Кира — Кстати, Киря, что это ещё за сестра Эльза такая, о которой я слышу с первой минуты? На тебя совсем не похоже, чтобы ты был знаком с девушкой больше одного часа и при этом не только не трахнул её, но еще и стал называть сестрой. Что это за дела такие, братан?
Кирилл даже не разозлился. Этот вопрос занимал и его самого ничуть не меньше. Поэтому он честно признался:
— Сам никак не возьму в толк, Тетюр, как такое получилось. Она в меня влюблена по уши, я в неё, а как подумаю о том, что я занимаюсь с этим ангелом любовью, так у меня просто мороз по коже дерет. Понимаешь, Тетюр, это ведь не обычная девушка, а такая, которую поцеловал один раз и всё, должен немедленно жениться. Ну, а мне, как ты понимаешь, этот Ильмин со всем его средневековым хозяйством и даром не нужен, да, и рыцарем Мастера Миров ты ведь не просто так меня сделал. Так что пусть уж лучше она будет мне сестрой. Ей один маг, засранец, глаза вырвал и в сапфиры упрятал. Жуткое, скажу я тебе, зрелище. Да, ты сейчас сам всё увидишь.
Тетюр забеспокоился и воскликнул:
— Кирилл, сапфир это штука серьезная. Он и без всякой магии камень ещё тот, ведь что ни говори, а это камень Мастера Миров. Ты бы того, не ходил, сверкать будет о-го-го как.
— Ага, щас, разбежался. — Окрысился рыцарь — Чтобы ты взял, разогнал всех, а потом, под шумок трахнул её? Вот уж хрен тебе, старый сексуал. Ничего, я как-нибудь потерплю твоё светопреставление, Жан-Мишель Жар недоделанный.
Кир вышел из спальной, а Тетюр в ответ только пожал плечами и молча пошел вслед за ним. В том, что он только что сказал своему крестнику, не было ни единого слова правды и Кирилл хотел только одного, хотя бы ещё один раз увидеть Эльзу обнаженной, чтобы потом, занимаясь сексом с какой-нибудь девушкой примерно той же комплекции, представлять себе, что это она. Он прекрасно понимал, что ему навсегда заказан тот трюк, который ему удалось проделать с Тетюром и Фелицией, так как знал практически наверняка, что разлука с ним может просто убить Эльзу. Ну, а как раз этого он вовсе не желал и потому мечтал стать для неё хотя просто любящим братом.
Чем ближе он подходил к спальной своей названной сестры, тем сильнее у него стучало сердце. Кир страстно желал её, но его мутило только от одной мысли, что однажды он покинет Эльзу навсегда. Действительно, уж лучше оставить всё, как есть, и быть для этой чудесной девушки просто старшим братом. Тем более, что она, кажется, уже стала, понемногу, привыкать к этому и даже называла его братиком. Правда, ему всё труднее и труднее было называть её сестрой.
Фелиция не только разбудила Эльзу, но и успела подготовить всё для исцеления девушки. Она сняла со стены спальной одну деревянную панель, положила её на два пуфика и застелила пледом и простыней, соорудив невысокую кушетку, перед которой поставила кресло для своего лысого любовника-мага. Полностью обнаженная девушка уже лежала на этой импровизированной кушетке лицом вверх, вытянув руки вдоль своего стройного тела. Она была спокойна и дышала ровно и размеренно и её точеные груди торчали кверху, словно ушки котёнка. На веках девушки, изуродованных магом Альбертом, лежал батистовый носовой платочек.
Перламутровая, сияющая нагота этого чистого и непорочного тела Эльзы ударила в глаза Кира, как фотовспышка, и оно с фотографической же чёткостью запечатлелось в его сознании. От тела девушки ему в лицо пахнуло такой чистотой и свежестью, что он едва не застонал, а ещё его поразила полная безмятежность Эльзы и её нежная, радостная и безмятежная улыбка. Услышав его шаги, она сказала весёлым, поющим голоском:
— Кир, наконец-то я увижу, какого братика подарил мне Мастер Миров. Наверное очень красивого и пригожего, такого же, как и мой родной брат Мартин.
Кирилл медленно подошел к кушетке и встал перед ней на колени. Взяв в свои руки руку Эльзы и прикоснувшись к ней сухими губами, он громко и развязно сказал с иронией в голосе, чтобы скрыть свои истинные чувства:
— Успокойся, Элька, ничего хорошего тебя не ждёт. Братец у тебя самый обычный мужик, правда, здоровенный, но зато вся шкура в шрамах, да, татуировках. Так что ты не обессудь, но брат тебе попался второсортный. Зато у меня друг такой крутой маг, что только держись. Ты у меня девчонка классная, ничего не убавить ни прибавить, а сиськи у тебя и сами вырастут. Поэтому, малявка, Тетюр займется только твоими глазами, да, ещё, для верности, проверит твоё здоровье.
Тетюр, представившись Эльзе и рассказав о том, как её будут исцелять его магические кристаллы, вслед за этим попытался вытурить за дверь свою любовницу-ученицу, сказав той:
— Фелиция, девочка моя, выйди, пожалуйста. Здесь будет сверкать так, что у тебя могут заболеть глаза.