Страница 2 из 43
— Когда мы направились к братьям Сойерсам, — задумчиво произнес Тим, — нас было трое. Что случилось с Энтони и Рубертом?
— Руберт мертв, ему проломили голову. Энтони с тяжелыми ожогами в лазарете, — моментально ответил Вин, исполняя роль справочного бюро. Тим кивнул и продолжил:
— В меня кинули какое-то зелье. Стало дымно и все… дальше не помню. Похоже, меня усыпили.
— Да, оно называется «Соннея». Одно из изобретения Рисмена, кстати.
От звука этого имени Тиморель поморщился, как от навязчивой зубной боли. Он еще долго будет поминать сумасшедшего алхимика не очень добром словом.
— Надеюсь, его состав засекретили?
— Обижаешь, — демонстративно надулся граф. — Сам лично изъял и спрятал в очень надежное место.
— Хорошо! Что творил со мной гнида Рисмен я не помню. Из всех воспоминаний только дикое чувство опасности. Хорошо помню Лес. Запахи, звуки, словно я хищный зверь, а не человек.
— Этого и добивался Рисмен. Судя по его записям, ты не первый его подопытный.
— Да, но я первый кохари, — Тимофей недобро хмыкнул, была в этом своя печальная ирония, — на котором он поставил свой демонский опыт. Я так понимаю, участь меня ждала весьма плачевная?
— Это да. Из его подопытных никто в живых не остался. Тебе очень повезло.
— Везение ли это? В лесу что-то произошло. Не знаю, что именно, но я тогда почуял человека.
— Человека? — переспросил Винс, ему совершенно не хотелось искать еще и чей-то труп, который мог оставить Тимофей.
— Да. Причем запах такой… до боли знакомый и притягивал меня, как огонь бабочку. Все было как в тумане. Человек побежал, я за ним.
— Подожди, — перебил его Винс. — Этот человек бежал так быстро, что ты- кохари не смог его догнать?
— Да нет, — отмахнулся Тим. Он с трудом держался за туманные ощущения, возникшие во время погони. — Меня все время отвлекали другие запахи. Знаешь, мне даже показалось, что я почуял дракона.
Винсен от этого сообщения полетел на пол. Виновата в данном падении оказалась старая табуретка, которая просто не выдержала вес сидящего. С любопытством оглядев распавшийся предмет мебели, граф остался на полу, дабы вновь не повторить свое приземление.
— Ты уверен? Про дракона?
— Запах был легкий, а я гнался за человеком, так что…
— Что за человек-то?
— Если бы я сам знал. А в целом, кажется, это была женщина.
— Час от часу не легче, — Винс мысленно погладил себя по головке за то, что так предусмотрительно остался сидеть на месте падения. — Ты ее нагнал?
— Да, — рассеянно ответил Тимофей. Его память неожиданно выдала новую информацию. — Она забежала в Старый Храм, я за ней.
— Стоп! — опешил друг. — Она, что специально в храм забежала?!
— Не знаю. Но… то, что произошло в храме… — Егерь замолчал, ошарашенно обдумывая пришедшую в голову мысль. Впервые за всю свою жизнь он взял женщину силой. И то, что он был одурманен, не оправдывало его в его же глазах. Ее согласия он не спрашивал, а она… Она не сопротивлялась, а лишь… пыталась успокоить? Его? Тимофею вмиг стало душно. Он не мог избавиться от отвращения (насилие- один из тех пунктов под грифом особо наказуемо) и странного восторга (как бы дико это не звучало, но при воспоминании о знакомой незнакомке волновали и будоражили).
— Тим! — Винсен в который раз попытался достучаться до Егеря. — Что произошло в храме?! — завидя красноречивый взгляд друга, Винс автоматически продолжил свои размышления. — Ты с ней, так скажем, переспал. Весс’Эх…
Да, господам кохари было от чего ругаться. Ну, во-первых, любая ночевка разнополых людей (особенно, если один из них кохари) в Старом Храме подразумевает как помолвку меж ними. Чистоту и силу чувств оценивает их расстояние во сне. А если считать, что Тим провел в объятиях незнакомки, то заявка на брак засчиталась непременно. Во-вторых, закрытые на засов врата храма. Сам Винс не сомневался, что в лесу кроме Тимофея и его визави был еще кто-то. Именно тот, посторонний, и закрыл их в храме. Отсюда вытекал вопрос- зачем?
— Знаешь, — начал неуверенно граф. — Ситуация прям скажем странная.
— То есть?
— Ну, тебя выпускают, чтобы проверить твою реакцию на опасность. Учитывая то, что неподалеку располагается небольшое человеческое поселение, количество жертв оказалось бы значительно больше. Но тут ты неожиданно переключаешься на женщину. Создается впечатление, словно ее специально на тебя натравили.
— Каким образом?
— С таким вопросом это не ко мне. Я всего лишь пробую выстроить правдоподобную версию. Женщина заманивает тебя в храм, кстати, очень верное решение. Если ты впал в буйство, то выбраться оттуда без посторонней помощи не смог бы. Значит, у нее был или были, что вернее, сообщники. И они знали, насколько ты опасен.
— Да, и не убили, — съязвил Тим, услышав разглагольствия друга. — Это же бред, Винс.
— Может быть. Но есть еще одна странность. Анонимное письмо в Управление о тайной лаборатории на пристани. Причем заметь, когда дежурные маги и стража оказалась на месте, лабораторию уже разгромили.
— Ты мне об этом не говорил.
Винс пожал плечами. Мол, не до этого было.
— Так вот, маги утверждают, да и Рисмен на допросе проболтался, что на подпольную базу напали неизвестные. Рисмен спустил на них своих големов- охранников.
— И?
— Что и? Големов они уничтожили, а заодно под их горячую руку перепало и братьям добытчикам, Сойерсы которые. Лично мне этих типов не жалко, они сами напросились. А теперь смотри и думай, откуда неизвестные узнали о бункере А, а так же о том, что тебя НЕЛЬЗЯ убивать, ни при каких обстоятельствах. Тебя изолировали, заперев в храме. Вот скажи мне, как они это все провернули?
— По твоим словам выходит, что меня спасла группа магов, неплохо владеющие оружием и знавшие об экспериментах Рисмена.
— Это легко проверить, — пожал плечами Винсен, — нужно всего лишь узнать, не было ли каких-нибудь магов в эту ночь на территории Заповедника.
Тимофей схватился за голову. А ведь версия друга может оказаться правдивой, особенно, если учесть, что с лесом граничит Академия. Сразу вспомнилась странная компания кузена с неугомонной девицей во главе. От этих мыслей кохари поплохело.
— Нужно узнать у Хорхе, — твердо заявил он, но Винс его остановил.
— Спокойно! Директор скоро сам сюда заявится. Ты мне лучше скажи, как ты умудрился после этого заснуть?
— Что? — не понял Тиморель. Винс озадаченно оглядел друга с головы до ног.
— Вообще-то, я говорю про твое знаменитое Проклятие!
Тут надо прояснить ситуацию. Проклятие, которое подхватил Тимофей после заговора, действовало весьма специфическим образом, принося своему носителю умопомрачительные ощущения дикой боли. И весь этот букет проявлял себя после проведения ночи любви с какой либо барышней, причем частенько сие ощущения передавались и ей. В результате интимная жизнь короля Калии была сведена до максимального минимума. Об этом знали все, отчего заговорщики лишились манёвренности в данном аспекте.
Тим закусил губу, усиленно вспоминая прошедшую ночь.
— Винс, а я ведь просто заснул! — неожиданное открытие повергло друзей в шок. Анализировать что-либо дальше не представлялось возможным. Из ступора их вывел ожидаемый приход г-на Хорхе.
День открытых дверей в дурдоме, как и следовало, начался с утра. И неважно, что сие место домом для душевнобольных не являлось (хотя мое личное мнение говорит об обратном), и что двери еще пока никто не открывал. Утро добрым не бывает. Это подтвердила посторонняя девушка подросткового возраста, которая спотыкнулась об не совсем хладные «трупики» Семена и Шима. От «трупов» несло местной пивоварней и виноделием. После такого принятия на грудь подвигом считалось то, что они вообще доползли до нашего дома.
Девичей визг мог бы поднять даже мертвого (эти двое к последним пока не относятся). Но таковых, покойников то бишь, не наблюдалось, оттого весь диапазон достался живым. Сразу стало шумно. Еще бы, ругаться у нас все любят. Если прислушаться, можно уловить тролльи и эльфийские словечки. Уши аж на корню завяли.