Страница 19 из 21
Вот если бы светловолосый человек с незапоминающейся внешностью решил сменить яркое одеяние на обычный костюм, то с легкостью растворился бы в нем среди толпы. И не понять на глаз, кто он – то ли раб, то ли бедный благородный, коих полно в любой Пирамиде.
- Мое имя Силона Баттиста, - представилась хозяйка. – Мои сыновья: Анжело Баттиста и Энрико Баттиста.
Юноши с достоинством поклонились.
- Я – Климентина, – она склонила голову в ответ. - Я благодарна прайду Баттиста за приглашение.
- Эти двое благородных, - Силона Батиста повернулась в пол оборота к мужчинам, - Эдвин де Штарх – он занимается безопасностью Пирамиды, и Сабит, как ты, наверное, догадалась, - из прайда Хенцели.
Де Штарх поклонился молча, а Хенцели зачем-то добавил:
- Так-так! Какая своевременная встреча!
Климентина мгновенно насторожилась. Она не сомневалась, что молва не ошибается относительно длины рук самых известных в Сопряжении ищеек.
Вопреки опасениям Климентины, Силона сразу перешла к делу:
- К сожалению, поводом для нашей встречи стали события трагические... Мы ошеломлены случившимся… Об этом даже трудно говорить вслух.
- Прошу вас, о, благородная! Я ведь ничего не знаю! – взмолилась Климентина.
- Я оказался на месте в числе первых, - проговорил де Штарх гулким басом. – Я и дежурная команда спасателей прайда Баттиста. Сигнал бедствия Пирамиды Тэг пришел к нам с большим запозданием. Если ты помнишь, мы – на северном полюсе, а они – на южном. По невыясненной до сих пор причине отключилась система спутников-ретрансляторов. Когда мы прибыли, было уже слишком поздно.
- Все погибли? – спросила Климентина. Она изо всех сил пыталась сдержать слезы.
- За исключением одной пожилой женщины – все, - де Штарх опустил голову. Было видно, что и ему не легко сообщать горькие известия. – Мы опечатали Пирамиду, залили то, что от нее осталось водой, как поступают в подобных случаях.
Климентина кивнула: когда сердце прайда мертво, оно превращается в ледяной монумент. Так делают всегда, - с диких времен, когда прайды боролись за выживание и гибли едва ли не каждый день.
Сабит Хенцели снова отвесил полупоклон.
- По требованию Пермидиона я прибыл на Тифэнию вести официальное расследование инцидента, - отрекомендовался он. – Возможно, с твоей помощью... э… Климентина, мне удастся прояснить некоторые обстоятельства трагедии.
- Возможно… - без энтузиазма согласилась Климентина.
- Мамочка, на нашей гостье лица нет! – обратился к Силоне ее старший сын. На самом деле, лица не было на нем самом: «скелетник» в этот миг демонстрировал Климентине прекрасно развитые лобные доли мозга своего носителя.
- Ах, какой ты внимательный, Анжело! – с довольным видом согласилась Силона Баттиста. – Климентина, я предлагаю пойти всем в каминный зал и продолжить беседу за вином и легкими закусками.
- Но, будьте любезны, скажите, кто же выжил? – в нетерпении всплеснула руками Климентина.
- Женщина, - повторил де Штарх. – Она воспитывала молодого Ай-Оу Тэга, когда тот был ребенком.
- Матушка Хатшипсут! – глаза Климентины вспыхнули. – О, благородные! Могу ли я увидеть ее?
- Матушка Хатшипсут… - Хенцели тяжело вздохнул и погладил бороду. - Она серьезно ранена, Климентина. Как говорится, пострадала и телом, и рассудком. Медики Баттиста не рекомендуют тревожить несчастную. Я пробовал беседовать с ней, но убедился, что – увы! – эта затея бессмысленна.
- Бедная матушка Хатшипсут! – Климентина стряхнула повисшие на ресницах слезы.
- Вина! Вина сюда! – быстро сориентировался младший сын Силоны Баттиста – щуплый Энрико.
Подбежал расторопный раб, Климентина приняла холодный кубок и поспешила сделать несколько глотков.
- И все-таки позвольте мне сначала увидеться с матушкой, - попросила она отдышавшись. – Быть может, встреча со мной… - Климентина не договорила. Действительно, с чего она взяла, что своим появлением хоть как-то облегчит страдания несчастной? Она ведь не родственница Хатшипсут. И не медик, и не психолог. Ей бы сейчас тоже не помешала помощь какого-нибудь специалиста.
Силона Баттиста вопросительно поглядела на Эдвина де Штарха и Хенцели.
- Я покажу дорогу, - неуверенно предложил атлет Анжело.
- Нет, - отрезала Силона, - Эдвин?
- Твоя воля, - бородач шагнул к Климентине. – Вред это не принесет, но и пользы ждать не стоит. Климентина, я должен предупредить, дабы ты не подверглась шоку: в результате декомпрессии эта женщина лишилась глаз и барабанных перепонок. Сейчас она слепа и глуха...
Климентина охнула, прижала руки к груди.
- Кроме того, у нее повреждены легкие, так что говорить ей не просто.
- Если не возражаете, я составлю вам компанию, - попросил Хенцели. При этом он подмигнул Климентине. Без сомнения, дознаватель не нуждался в чьих-либо позволениях и одобрениях.