Страница 16 из 76
Оглядывая садик, я чуть не лопаюсь от удовольствия. И чего дергалась? Все вышло именно так, как я хотела.
Хм. Не совсем.
Джесс — явление внеплановое. И уж тем более я не ожидала, что она станет вилять попой на манер профессиональной стриптизерши. Морщась от раздражения, перевожу глаза с ее усеянного блестками голого плеча на нового соседа по квартире. Тот закуривает очередную сигарету.
Примерно пару часов назад он появился на пороге с "вещами" — мотоциклетным шлемом и чисто символическим рюкзачком меньше моей косметички. Бросив его на кровать и скинув шлепанцы, извлек из кармана байкерской куртки пачку "Американ спирит".
— Ничего, если я покурю снаружи? — Он прошлепал босыми ногами в садик.
— Располагайся, — крикнула я ему вслед. Хотя это было лишнее — он уже вытянулся в шезлонге с мурлычущим Билли Смитом на коленях.
Могла ли я его бросить? Разве не должна была, как хозяйка, проявить гостеприимство и помочь ему почувствовать себя как дома? Должна была — вот только по непонятной причине способность вести легкую светскую беседу меня покинула. Я все-таки не привыкла к тому, чтобы в моем садике возлежали босоногие американцы. Поэтому немного покрутилась вокруг, прибрала в уголках, где и без того было чисто, все это время отчаянно пытаясь придумать тему для разговора. "Чудесная погодка, не правда ли?" "Ой, ты только посмотри на мои ноги, давно пора сделать педикюр". "Я тут на днях видала классный прикол в шоу Али Джи[36]... э-э, правда, уже из головы вылетело". И все в таком духе, пока не приковыляла на своих шпильках Джесс. Она поприветствовала Гейба так, будто они любовники, встретившиеся после долгой разлуки, извлекла из сумки (фальшивый Луи Вуиттон) две бутылки "Пино Гриджио", штопор и диск Норы Джонс, после чего принялась рулить разговором с уверенностью опытной стюардессы.
— Ну и что же привело тебя в Лондон? — кокетливо спрашивает она. — Дела или развлечения?
— И то и другое. — Либо он не замечает, что Джесс с ним заигрывает, либо вежливо игнорирует ее авансы. — Но, прежде чем я замучу вас нудными подробностями, позвольте отлучиться. — Он поворачивается ко мне и смущенно спрашивает: — Хизер, напомни, пожалуйста, где ванная?
— Вторая дверь налево! — щебечет Джесс, прежде чем я успеваю открыть рот.
— Спасибо.
Как только он скрывается в доме, я набрасываюсь на Джесс:
— Ты что творишь?
— Пытаюсь растопить лед, — отвечает она, широко распахнув глаза. Само простодушие!
Но меня не проведешь.
— Когда хотят растопить лед, беседуют о погоде! — Я задыхаюсь от гнева. — Кто заливал, что будет сидеть как мышка?
Она отхлебывает вино и, прежде чем проглотить, булькает им во рту.
— Ладно, каюсь. Немножко пококетничала. — Она робко косится на меня.
— Немножко?
— Солнце мое, не кипятись. Я просто подумала, если с Грегом не срастется... Всегда хорошо иметь запасной вариант.
— Мой жилец — это тебе не запасной вариант! — напускаюсь на нее, испытывая внезапную и необъяснимую потребность защитить Гейба — и нечто очень похожее на собственнический инстинкт.
— А почему нет? Тебе он все равно не нравится.
Она права, но...
— Или все-таки нравится, Хизер? — Лицо Джесс каменеет. — Слушай, ну я же не знала. Если бы я хоть на секунду подумала...
— Да не нравится он мне! Просто... — И умолкаю со вздохом. Понятия не имею — что"просто".
Она сжимает мою ладонь.
— Понимаю. Прости. Пожалуй, я капельку перестаралась.
— Капельку?— невесело улыбаюсь я. — Странно, что ты не запаслась ароматическими свечами и маслом для массажа.
— А ты уверена, что не запаслась? — хохочет Джесс, и я, сама того не желая, смеюсь тоже.
— Над чемсмеемся? — Гейб выходит как раз в тот момент, когда Джесс по новой наполняет бокалы.
— Ну уж не над Большим Дейвом Десмондом, это точно. (Намек на того комика, чье выступление нас с ней и свело.)
Гейб в замешательстве, но она не снисходит до объяснения и тянется долить ему вина. А потом спрашивает:
— И где же в Америке ты живешь?
Ладно, я все-таки очень рада, что Джесс здесь. И должна признать, они с Гейбом, кажется, нашли общий язык.
— Лос-Анджелес.
— О-о, — восхищенно выдыхает Джесс. — Я там была несколько раз по работе. Обожаю Эл-Эй.
— Да, у него есть свои плюсы. Я живу в Венеции[37], всего в нескольких кварталах от океана.
— Венеция? — навостряю уши я. — Какое совпадение.
— Ага. Забавно, правда? Из Венеции, штат Калифорния, — в Маленькую Венецию, Лондон. — Он тянет вино, а голубые глазищи, черт бы их побрал, не отрываются от меня.
— Вот уж поистине — второй дом! — хихикает Джесс.
— Повезло, — улыбается Гейб.
— Ага, счастливая Хизер. — Джесс мне подмигивает.
Я, конечно, не впервые слышу это словосочетание — счастливая Хизер, счастливый вереск, — меня так называли, наверное, миллион раз. Но как только Джесс произносит эти слова, мне вспоминается цыганка со сверкающими глазами-изумрудами и слышится ее голос: "Волшебство подействует, верь мне. Твоя судьба переменится. Исполнятся все твои желания..."
Запустив руку в задний карман джинсов, я нащупываю несколько сложенных банкнот. Гейб заплатил сразу за месяц. Шестьсот фунтов — бешеные деньги! Смогу сделать взнос по закладной, а может, и минимальный платеж по кредитке. Какое облегчение! Какое счастье! Будто исполнилось заветное желание.
Едва эта мысль приходит мне в голову, как по садику проносится порыв ветра. Возникнув из ниоткуда, он шелестит листьями на деревьях, колышет пламя свечей, и огоньки танцуют, искрясь драгоценными камешками в море чернильной темноты. Металлические диски "музыки ветра" нежно позвякивают, и мне кажется, что сад заколдован. По спине пробегают мурашки, волоски на руках встают дыбом. Да что за...
— Еще вина, Хизер?
Отключаю воображение, включаю мозги и встречаю вопросительный взгляд Джесс: она держит на весу бутылку вина. Поерзав, я трясу головой. Что за наваждение.
— М-м-м... да-да, с удовольствием! — Поднимаю бокал, чувствуя дрожь в пальцах. — Лей, не жалей! — И со звоном опускаю бокал в центр стола.
Джесс дважды просить не надо. Пока льется вино, ветер стихает так же внезапно, как и поднялся. Огоньки свечек неподвижны, словно звезды в небе, и "музыка ветра" безмолвствует. Все как прежде. Мурашки исчезли. Мне тепло. И немного неловко. Что это на меня нашло? Цыганки, магия, заколдованные сады... Обуздай свою фантазию, Хизер.
Схватив бокал, делаю большой глоток. Еще минута — и я вправду поверила бы, что мечты могут сбыться.
— А на Пляж мускулов ходишь?
Еще двадцать минут прошло, еще одна бутылка опустела, а Джесс по-прежнему треплется о достопримечательностях Венеции, которая в Калифорнии. А я и не подозревала, что она такой знаток.
— Можно сказать, не вылезаю оттуда. — Гейб театрально играет мускулами. — Думаешь, это великолепное тело — от природы?
Заметив его обращенную ко мне ухмылку, улыбаюсь в ответ. Джесс, которой флирт и алкоголь совсем вскружили голову, не замечает иронии.
— О-о! Сразу видно, что ты балуешься штангой, не то что слабаки-англичане. — Она презрительно морщит носик. — Эти только и могут, что кружки в пабе поднимать. Верно, Хизер?
— Ну, не все... — Я вступаюсь за соотечественников, силясь припомнить хотя бы одного, кто сам занимается спортом, а не следит за чужими достижениями, развалившись на диване. Задача непростая. — Вот, например, Эд... — я имею в виду своего брата, — играет в регби...
Но Джесс не слышит: погрузилась в воспоминания о Пляже мускулов:
— Хизер, ты бы оценила. Это открытый спортзал на берегу океана, где загорелые гиганты-культуристы на глазах у всех качают железо...
Она заливается соловьем, описывая блестящих от кокосового масла атлетов, которые позируют перед восторженной публикой с гантелями наперевес, и у меня не хватает духу сказать ей, что более отталкивающего зрелища я и представить себе не могу. Вместо этого я делаю то, что обычно делаю, когда не знаю, что говорить, — ляпаю глупость.