Страница 22 из 27
Если Мэтью и бросил кого-то много лет назад, то этот кто-то справился со своим горем, решила Джоанна.
— Когда Джим умер… — начала Мэйра и пояснила: — Это мой муж. Они с Мэтью дальние родственники. Внешне были похожи как две капли воды, а по характеру отличались как день от ночи. Когда Джим умер, Мэтью мне очень помог. Я и рассчитывать на такое не могла. Но помощь приняла ради Шея и дочерей. Я очень рада, что сын теперь в состоянии вернуть хоть какую-то часть долга. Шейла никогда не смирится. — Мэйра испуганно посмотрела на девушку. — Мне не следовало все это говорить. Забудем, ладно?
Забыть такое? Это просто невозможно, подумала Джоанна.
Кейт ждала девушку в гостиной, где к ее приходу был разожжен камин.
— Интересно, что тебе сообщила Мэйра? Ты выглядишь такой озадаченной, — поинтересовалась женщина. — Господи, да ты покраснела!
— Нет, — совсем смутилась Джоанна. — Просто стало немного жарко. Но миссис О’Мейли меня действительно поразила. Я не знала, что она читает лекции в университете.
— Да, она умница, уникальный человек! Очень сильная личность. Что еще можно сказать о женщине, родившей сына от любимого человека? Жаль, что я этого не сделала…
Джоанна изумленно взглянула на Кейт:
— Разве такое было возможно?
— Сложновато, если учесть, что мой возлюбленный покинул меня и женился на другой, — спокойно ответила Кейт. — Пусть тебе повезет больше.
— Мне?!
— Дитя мое, а зачем же, по-твоему, Дуглас привез тебя ко мне? Разве не для того, чтобы сделать тебе предложение?
— О, все совсем не так, — простонала Джоанна. — Простите, но вы ошибаетесь, мисс Мартин. Это Шей хотел привезти меня к себе домой, но ему пришлось срочно уехать в Лондон. Дуглас просто выручил его. Нет-нет, Дуглас не должен думать, что… Нет, если бы ему такое в голову пришло, он бы расстроился, как и в тот раз… — Девушка совсем растерялась. — Он же собирается жениться на Джеральдине. Они и дом себе присматривают.
— Джеральдина? Никогда о такой не слышала, — нахмурилась Кейт. — О, дорогая, прости, я не хотела тебя расстроить. Так ты выходишь замуж за Шея? — Она секунду помолчала, размышляя. — Так вот в чем дело. Ну что ж, не всем везет в жизни. А я так надеялась, что ты выберешь Дугласа. Я его очень люблю. Шей тоже хороший парень, очень открытый, целеустремленный, он далеко пойдет. Желаю всего самого хорошего, милая…
— О, вы, наверно, решите, что я сошла с ума, — с трудом проговорила девушка. — Шей действительно очень хороший, он просил моей руки, но… — Она замялась. Внезапно самой Джоанне все стало предельно ясно. — Я не могу.
— Так, значит, и не вини себя ни в чем, — посоветовала Кейт. — Я рада, что разговор состоялся. Это было полезно.
Вскоре вернулся Дуглас. Он ни словом не обмолвился о друге, зато предложил всем отправиться в заведение Флагерти.
В своей комнате Джоанна медленно переоделась в нарядную голубую юбку и ажурную белую кофточку без рукавов. Девушка задумчиво посмотрела в окно. В ее жизни произошел переворот. Вопросы, которые прежде совершенно не волновали ее, приобрели в один миг огромное значение. Джоанну стала угнетать собственная слабость, неспособность противостоять трудностям, выносить вид крови, смело глядеть вниз с отвесной скалы и многое другое. В то время как он, этот сероглазый мужчина, мог все…
— Дорогая, ты замерзнешь! — воскликнула Кейт, когда девушка спустилась в гостиную. Подожди, я тебе кое-что дам. — Она накинула Джоанне на плечи воздушный розово-алый палантин. — Посмотри, Дуглас, просто прелесть!
— Да, точно, — серьезно заявил он, но осталось неясным, что именно взволновало его: красота девушки или ткани. — Такое воспевать надо…
— Ну и за чем же дело стало? — спросила Кейт с вызовом.
— Нет, я пас, — засмеялся он, провожав своих спутниц к машине.
Пивная «У Флагерти» стояла в деревне испокон веков. Дух старины прочно въелся в дубовые столы и панели, в потемневшую гладь зеркал. Завсегдатаи тепло приветствовали новых гостей.
Джоанна, потягивая джин с тоником, смотрела по сторонам. Вокруг были в основном одни мужчины. Девушка подумала, что, как и в феодальные времена, они, наверное, все работали на хозяина — О’Мейли. Дуглас подтвердил ее догадки.
— По крайней мере, пока, — добавил он, нахмурившись.
— Что ты имеешь в виду? — встрепенулась Кейт.
— Точно не знаю, но чувствую: отец что-то замышляет. — Он понизил голос. — Возможно, речь пойдет о продаже или слиянии компании. Ничего не знаю.
— Только не это! — воскликнула Кейт. — Ужас!
Джоанна растерянно смотрела на собеседников.
— Джо, ты, наверно, не в курсе. — Дуглас в упор глянул на девушку. — Но мой брат стремился к тому, чтобы компания вошла в корпорацию, контролируемую иностранным капиталом. В прошлом году он предпринял некоторые шаги в этом направлении.
— Чем создал большие проблемы, — добавила Кейт.
— Понятно, — вяло протянула Джоанна. Она была потрясена: Майлс всегда казался ей ответственным, преданным своему делу, семье. — Тебя это очень огорчает? — вдруг спросила она Дугаса.
— Да, конечно, — задумчиво ответил он.
В эту минуту в зале появился старик с мелодионом в руках, и пивная наполнилась тягучими звуками. Посетители радостно подпевали, быть может, не в такт, но зато дружно. Все песни были ирландскими. Какие-то Джоанна знала, некоторые слышала впервые.
Дуглас не сводил с девушки глаз, то и дело нашептывая ей на ухо:
— Вот отличная бунтарская песня — прямо для тебя!
Неожиданно старый музыкант затянул старинную балладу о погибших кораблях. Грустный мелодичный напев совершенно очаровал Джоанну, неясное мечтательное настроение полностью овладело ею.
Как хорошо в этом краю! Дикая, первозданная красота Ирландии, ее неистовый дух покорили девушку. Каррикду стоял и будет стоять, и только ее, Джоанны, не будет здесь в воскресенье. В прошлом останутся несколько счастливых дней, наполненных любовью к единственному в мире мужчине, а впереди — одиночество.
Джоанна очнулась, услышав голоса:
— Пожалуйста, сэр, спойте нам! Мистер О’Мейли, давайте спойте для своей крошки!
Джоанна не верила своим ушам: обращались к Дугласу!
— Ничего не выйдет, — ухмыльнулся тот, качая головой. — Я не могу петь. После пары кружек пива еще нет нужного настроения.
Мистер Флагерти тут же поднес Дугласу огромную порцию виски.
— Вот, пожалуйста, сэр, будьте здоровы!
Дуглас обвел взглядом пивную и медленно встал.
— Ладно, потом пеняйте на себя.
— Он что, правда будет петь? — шепотом спросила Джоанна у Кейт.
— Конечно, а почему бы нет, — так же шепотом ответила та.
Она не стала говорить, что впервые за долгие годы упорного труда, лишений и испытаний Дуглас выглядит таким воодушевленным, словно светится изнутри.
Дуглас никогда не показывал своих чувств. Ни в семь лет, когда его мать, вернувшись вечером с фабрики и обнаружив дрожащего маленького сына на полу в холле, воскликнула: О господи! Ты еще не в постели?!» Ни в тринадцать, когда она требовала: «Ах, Дуглас, да отдай же ты это Майлсу! Ты что, не видишь, он хочет?»
Дуглас выдержал все, даже в выборе профессии остался непреклонен. Мать после ряда сцен заявила: «Не понимаю, в кого пошел Дуглас. Он мог быть не хуже Майлса».
Все эти годы Кейт не позволяла себе вмешиваться в семейные дела О’Мейли — прошлое тяготело над ней. Но сколько раз приходили безумные мысли: «Боже, все бы отдала за такого сына!»
Кейт нежно любила Дугласа и что было сил помогала ему. Ее дом всегда был открыт для него, здесь он мог шутить, отдыхать, обсуждать важные дела. Кейт старалась понять своего крестника и часто знала, что творится у него на душе. Мудрой женщине многое открылось накануне вечером, когда она увидела Дугласа и эту малышку вместе. И не важно, догадывались ли Джо и сам Дуглас, что с ними происходит.
— Спойте, спойте для малютки! — дружно звучали голоса.
Джоанна в розовом палантине была сказочно хороша. Именно таким красавицам посвящаются песни. А уж как она смотрела на Дугласа! Нет, ошибиться здесь невозможно!