Страница 32 из 55
— Та-ак… Начинается, — недовольно проворчал Рауль Вианельо, тридцатичетырехлетний командир экипажа одного из бомбардировщиков. Он отсоединил шнур шлемофона от переговорной системы, снял ларингофоны, расстегнул парашютные лямки. — Пойду, узнаю, что там они еще надумали. Ты тоже можешь пока размяться, — разрешил он своему второму пилоту, двадцатипятилетнему Деметрио Пересу.
Четыре турбовинтовых двигателя «Геркулеса» гудели натужно, монотонно; самолет шел ровно, словно утюг, даже воздушных ям не было.
Правый летчик вопросительно посмотрел на командира корабля, тот пожал плечами; эфир молчал; экипаж тоже соблюдал радиомолчание. Они ждали кодированное сообщение с указанием координат точки выброски группы. Десантирование необходимо было произвести максимально близко к объекту, но где будет находиться Фидель Кастро во время операции, в районе боевых действий или же в своей резиденции в Гаване, известно пока не было; последние несколько часов разведка ЦРУ в этом направлении интенсивно работала.
«Геркулес» прошел в четырех километрах севернее острова Ки-Уэст и пошел по большой дуге над Мексиканским заливом. Маршрут был разработан таким образом, чтобы после получения сообщения было одинаково удобно подлететь либо с юга острова к заливу Кочинос, либо с севера к столице.
Тирадо посмотрел на офицера, который должен был проконтролировать десантирование; тот сидел у противоположного борта и дремал; затем капитан перевел взгляд на светящийся циферблат часов. До расчетного времени оставалось семь минут. Секундная стрелка, описав один круг, пошла на второй.
Войдя в залив Кочинос, в миле от берега корабли морской тактической группы стали на якорь. С флагманского корабля «Благар» спустили резиновые лодки; на них ушли на берег разведывательно-диверсионные группы; им необходимо было произвести разведку побережья и обозначить места высадки ориентировочными огнями. Пружина операции «Плутон» сжималась.
За двадцать секунд до «точки» Тирадо откинул клапан подсумка и переключил тумблер; на верхней панели небольшого прибора, лежащего в том подсумке, загорелся зеленый глазок. Когда двадцать секунд истекли, Тирадо нажал кнопку. Взрыв был такой мощности, что «Геркулес» переломился на две части. Через одну минуту и десять секунд их поглотили воды Мексиканского залива.
— Мы что, пойдем без прикрытия? — взволнованно спросил Перес своего командира, когда тот, вернувшись, сообщил новую боевую задачу: прикрытие с воздуха участков высадки десанта.
Вианельо не ответил; сказать ему было нечего. Бомбардировщики без прикрытия истребительной авиации не ходят. Одно дело зайти на бомбардировку авиабаз с неожиданной стороны, где их не ждут, и совсем другое появится без прикрытия над районом боевых действий. В данном случае сработал именно этот вариант. Барражировать над зоной высадки попеременно парами должны были одиннадцать бомбардировщиков.
— Они что, с ума посходили? — не унимался второй пилот. — Нас там просто всех перебьют, как в тире.
— Что предлагаешь? Не выполнить приказ? — Командир занял свое кресло, набросил парашютные лямки и застегнул их в единый замок на груди.
Глава 16
«Авиабаза „Хэппи-Вэлли“, 17 апреля, 3 часа 10 минут.
Высадка сил бригады началась в три часа. Захват побережья залива проходит в соответствии с разработанным планом: 2-й и 5-й батальоны бригады выдвинулись в направлении Плайя-Ларга; 3-й, 4-й батальоны и 6-й пехотный батальон — в направлении Плайя-Хирон; 1-й батальон парашютистов готов к вылету.
Во время высадки возникли непредвиденные трудности: несколько плавсредств натолкнулись на рифы, в результате чего десантирование на короткий срок было задержано. Это дало время войскам Кастро подтянуться к побережью и завязать бои с десантом. Продвижение в глубь плацдарма идет с трудом».
Это была телеграмма, полученная Бисселом по телетайпу. Прочитав ее, он вновь испытал легкую тревогу и раздражение. Тревогу — за благополучный исход, раздражение — на себя, генералов и… президента. «Рифы… Теперь момент внезапности упущен точно. Не надо десять раз менять план. Если бы приняли первоначальный вариант этих „непредвиденных трудностей“ можно было бы избежать, — думал Биссел с досадой. — Теперь второй налет просто необходим. Немедленно… Сейчас же… А иначе…» Он поднял телефонную трубку и вновь связался с генералом Кейбеллом.
— Чарльз, вы можете подъехать ко мне?
— Что, есть новости?
— Есть, — вздохнул Биссел. — Но лучше бы таких новостей не было.
Давящее чувство тревоги не покидало. Он вдруг поймал себя на мысли, что испытывает острую, сиюминутную потребность в Аллене Даллесе; в его совете, в его поддержке. «Только бы группа „Москит“ выполнила задачу… Только бы выполнила… Тогда — все. Тогда — победа. Тогда их авиация не страшна; дезорганизация, паника, — с надеждой подумал Биссел. Группа „Москит“ — был его джокер, люди, знавшие о ней, были наперечет. О ней не знал даже президент. — Но если она с задачей не справится…» Биссел отогнал насколько смог от себя тяжелые мысли, сел за рабочий стол и написал распоряжение на авиабазу «Хэппи-Вэлли». Он еще не знал, что группы «Москит» уже не существует. О деталях ее гибели он не узнает никогда.
— Н-н… да… Что намерены предпринять? — спросил генерал Кейбелл, ознакомившись с сообщением о начале высадки. Он приехал через двадцать минут; тревога на его лице читалась.
— Я дал команду на отправку батальона парашютистов, — ответил Биссел и как-то рассеянно посмотрел на генерала. — Только ведь это кардинально ничего не изменит. Своей авиацией Кастро сомнет бригаду. Чарльз…
— Я все понимаю, — кивнул Кейбелл и посмотрел на часы: было четыре часа утра. — Что ж, попробую еще раз. Вы оставайтесь здесь, мало ли…
Несмотря на столь ранний час, государственный секретарь Дин Раск принял Кейбелла в своих апартаментах в гостинице «Шератон-Парк» и вновь выслушав его, сказал:
— Хорошо, я свяжусь с президентом, только на сей раз разговаривать с ним вы будете сами.
Разговор генерала с президентом ни к чему не привел; на повторный налет авиации на авиабазы Кастро Кеннеди вновь разрешения не дал.
Когда самолет Рауля Вианельо пересек южное побережье Кубы, времени было 11 часов 56 минут; отставание от графика составляло две минуты. Запах бензина в кабине — его летчики ощущали с самого момента взлета — не исчезал. Если это была неисправность в системе подачи топлива, а другого придумать тут вряд ли что-то было можно, то самое время подумать, чтобы лечь на обратный курс.
— Командир, я думаю нам все-таки лучше вернуться, — с тревогой проговорил второй пилот, Деметрио Перес.
Вианельо не ответил, он был намерен до конца отработать задачу патрулирования зоны. Даже после того как их атаковал и обстрелял — правда, безуспешно — кастровский Т-33, Вианельо не изменил своего решения, он лишь изменил курс и, сменив эшелон, пошел в глубь острова.
Пулеметную точку, державшую под обстрелом шоссе, Вианельо увидел еще издали; пулемет почему-то бил трассирующими, огненные цепочки расходились веером.
— Приготовиться к атаке, — скомандовал он и медленно отвел от себя штурвал; самолет с пронзительным воем стал чуть ли не падать. Рискованный прием для бомбардировщика. — Атака с ходу… Атакую… Сброс!
Сбросив бомбу, самолет резко взмыл ввысь с креном на правую плоскость.
— Посмотри, — коротко бросил он своему правому.
— Уничтожена, — ответил второй пилот, оглядев последствия взрыва, и тут же осмотрел небосвод; истребителей противника видно не было.
— Все. Уходим.
Автоколонну они увидели тогда, когда та была уже на подходе к городу Аустралиа. Белая санитарная машина с красным крестом на крыше ехала впереди, за ней шли джип, грузовик и танк. Бомбардировщик сделал круг и вновь зашел на колонну.
— Приготовится к атаке, — скомандовал Вианельо и, резко снизив высоту, нажал на гашетки. Крупнокалиберные пулеметы прошили санитарную машину и зацепили грузовик.