Страница 6 из 9
– А ну-ка, заткнулись, – насторожился Глеб и навострил ухо. Ему послышался треск вертолета за посвистом ветра… Могло и почудиться.
– Полундра, товарищи? – насторожился Мишка. – Намекаешь, что летит наш «узник совести»?
«Узника совести» звали Виктор Павлович Бутерс. Большой предприниматель и общественный деятель. В августе текущего года этому человеку со сложной и богатой биографией исполнилось сорок восемь лет. В США его окрестили «продавцом смерти», «оружейным королем», возвели в ранг наиглавнейшего мирового зла. Фигурант «черного списка» Управления по контролю над иностранными авуарами министерства финансов США – банковские счета таких лиц решительно блокируются, американцам запрещается вести с ними дела. В Российской Федерации к Виктору Павловичу относились более сдержанно, но в определенных кругах тоже не любили – впрочем, не за перечисленные титулы, а по причине его чрезмерной информированности и умения влиять на мировые процессы. Американские правоохранительные органы инкриминировали господину незаконную торговлю оружием, сговор с целью убийства американских граждан, продажу крылатых ракет (что, в сущности, большая наглость) и поддержку терроризма посредством сотрудничества с революционной народной армией Колумбии. Талантливый от рождения человек, с высоким уровнем интеллекта и широким кругозором, с детства неравнодушный к небу, он служил в военно-транспортной авиации, летал в Судан, в Нигерию. В годы становления дикого капитализма открыл собственную фирму, занимался организацией транспортных перевозок. Кочевал по арабскому миру, по Азии, по Африке, набирался опыта. Перевозил легальные военные грузы, цветы, оргтехнику. Имел не афишируемые договоры с российским оборонным ведомством о поставках в Юго-Восточную Азию российских истребителей. С какого времени против Виктора Павловича ополчилось американское правосудие, сказать теперь трудно, но уже в конце девяностых западная пресса трубила, что господин Бутерс занимается нелегальной торговлей оружием в странах, на которые распространяется международное эмбарго. Дыма без огня, как известно, не бывает. Виктор Павлович гонял оружие в Конго, Афганистан, Анголу, Руанду, договаривался с представителями «Талибана», «Аль-Каиды», той же ФАРК – Революционной армии Колумбии. Он рос, матерел, скупал политиков и представителей крупного бизнеса, водил знакомства с конгрессменами в Капитолии. Ходили слухи, что он негласно выполнял заказы Росвооружения и знал о многих секретах Российской Федерации – например, о вывезенных из страны миллиардах. Вел свой бизнес в Голландии, но был вынужден бежать. Голландия обвинила его в контрабанде алмазов и отмывании денег и объявила в международный розыск. Бутерс укрылся в России, ООН ввела запрет на его перемещения, заморозила счета. В двухтысячные годы на Бутерса ополчилась чуть ли не вся правоохранительная система западного мира. Прибрали его в Малайзии – агенты управления по борьбе с наркотиками (DEA), выдававшие себя за эквадорских повстанцев. Провели «контрольную закупку» – якобы собирались приобрести современное оружие, на чем он и спалился. С экстрадицией в Штаты проблем не оказалось. Приземление на авиабазе «Стюарт» Национальной гвардии США, суд на Манхэттене, мера пресечения в виде содержания под стражей в подземной нью-йоркской тюрьме «для особо важных персон». Подготовка к судебному процессу растянулась на полгода. Суд продолжался две недели, и свидетели обвинения шли потоком. Бутерс вину не признал, но получил обвинение по четырем пунктам: сговор с целью убийства граждан США, аналогичный – с целью убийства лиц, находящихся на госслужбе, попытка приобретения и продажи зенитно-ракетных комплексов, поставка оружия террористическим группировкам. Над Виктором Павловичем серьезно нависло пожизненное заключение. «Прогрессивная общественность» замерла в ожидании вердикта этому «честному, порядочному, высоконравственному, отзывчивому человеку, а также законопослушному и ответственному предпринимателю» (по мнению некоторых депутатов российского парламента)…
Но случилось что-то странное. Агентами ФБР были пресечены две попытки умыкнуть господина Бутерса из-под стражи и одна попытка убить. Велась какая-то кулуарная возня. Несколько раз менялся состав присяжных. Чернокожую судью охраняли, как английскую королеву. Виктор Павлович оказался нужен чуть ли не всем спецслужбам мира, включая российские, – благодаря своему влиянию и информированности. Нагнеталось напряжение… И вдруг за несколько дней до вынесения вердикта Виктора Павловича обнаружили мертвым на полу своей камеры! Расследование выявило, что печальной находке предшествовало кратковременное отключение света (по «удачному» стечению обстоятельств вышел из строя и автономный генератор, чего ранее никогда не случалось). Сомнений, что почивший именно Бутерс, не было, экспертиза установила: моральное и физическое истощение, остановка сердца… Безутешная вдова Наталья Давыдовна, привезенная в морг, подтвердила: покойник – именно ее спутник жизни. И разрыдалась над бездыханным телом. Американская Фемида развела руками – мол, не ждали, но бывает. Мог бы и раньше – уцелели бы деньги налогоплательщиков. Ажиотаж стихал. На самом деле Виктор Павлович был жив и прекрасно себя чувствовал, но об этом знал ограниченный круг лиц. Совместная операция Госдепартамента и министерства финансов, разработанная тщательно и вполне по-голливудски, завершилась успехом. Цель операции – изолировать обладателя секретов, наделенного исключительными познаниями о процессах, происходящих в мире, он знает ВСЁ о сильных мира сего (включая высокопоставленных американских политиков и продажных чиновников из Лэнгли). Вынесение вердикта и пожизненная посадка Бутерса разработчикам операции была невыгодна, – не бывает закрытых дверей, рано или поздно Бутерса выкрадут или прихлопнут, и его решили переправить подальше с глаз долой, надежно изолировать, к тому же чтобы никто об этом не знал. Эдакий «человек в железной маске». Выбор пал на Гуантанамо – действительно, где надежнее можно спрятать человека, как не среди множества ему подобных? Одиночный блок на краю базы, неподкупная охрана, и кого волнует, какого таинственного узника охраняют морпехи, если здесь половина сидельцев – таинственные? Нападение на базу исключено. И командировки на Карибы работников Госдепартамента и министерства финансов можно не секретить. Логичное решение: хочешь что-то спрятать – положи на видном месте. Возникала лишь единственная проблема: каким образом доставить Бутерса на Гуантанамо? Традиционные маршруты следования, по понятным причинам, исключались. Выбрали кривой маршрут – через Мексику, Юкатан, со всеми остановками. Небольшая поблажка сеньору Баррозо, крупному поставщику наркотиков из Мексики в США, – временное перемирие с «железным» обещанием напакостить его конкуренту картелю «Хасьерос». Маршрут расписали скрупулезно за четыре дня до операции, с жесткими привязками ко времени. Одним из перевалочных пунктов назывался остров Санта-Ирина – доставка на вертолете, три часа в камере, прибытие катера под видом береговой охраны Мексики, пересадка таинственного узника на другое судно в нейтральных водах…
И самое интересное, что информация о здравии Бутерса и планах по его изоляции дошла до Лубянки! Человеку, который это провернул, можно ставить памятник. Но имя его неизвестно, и речь не о нем. Светлые головы в российских структурах соображали быстро. Никакого доклада наверх, круг посвященных предельно узок. Бутерс должен быть нашим! Добыть любой ценой! Но лучше изящно и без шума. Будет «засветка» – переживем, какие претензии к российской стороне; товарищи американцы, родненькие, разве официально не подтверждено, что Бутерс мертв?
Группа опытных специалистов немедленно вылетела в Каракас. Венесуэльцы не возражали – остались должки на совести. Помимо группы боевых пловцов, разбросанных по салону, летели три специалиста по подводным лодкам проекта «Пиранья», все в годах – командир-штурман Бузыкин, электромеханик Стеклов и Федор Иванович Фещенко, помощник Бузыкина по радиоэлектронному вооружению. Вся компания – туристы из Чехии, с подлинными венесуэльскими визами в липовых паспортах. За несколько часов реанимировали прозябающую на дальнем причале «Пиранью» и приступили к операции. Время доставки боевой группы высчитали практически идеально. Имелось опасение, что россиянам подкинули «дезу», но риск был незначителен – источник заслуживал доверие.