Страница 18 из 168
72 В. И. ЛЕНИН
и понять ее не трудно, если только подсчитать, сколько вырабатывало все мюльно-прядильное отделение прежде и сколько оно вырабатывает теперь. — Рабочие новой красильни! Вы вырабатываете ценою 14 с 1 Цчасов ежедневного труда, пропитываемые с ног до головы убийственными испарениями красок, уже и теперь всего 12 р. в месяц! Обратите внимание на наши требования: мы хотим положить конец и тем незаконным вычетам, которые производятся с вас за неумелость вашего мастера. — Чернорабочие и вообще все неспециальные рабочие фабрики! — Неужели вы надеетесь удержать свои 60—80 к. поденной, когда специалисту-ткачу придется довольствоваться 20 к. в сутки? — Товарищи, не будьте слепы, не попадайтесь в хозяйскую ловушку, крепче стойте друг за друга, иначе всем нам плохо придется в эту зиму. Самым зорким образом должны мы все следить за маневрами наших хозяев по части понижения расценок и сопротивляться всеми силами этому гибельному для нас стремлению... Будьте глухи ко всем их отговоркам о плохих делах: для них это только меньшая прибыль на их капитал, для нас — это голодные страдания наших семей, лишение последнего куска черствого хлеба, а разве можно положить то и другое на одни и те же весы? Теперь жмут в первую голову ткачей, и мы должны добиваться:
повышения ткацких расценок до их весенней величины, то есть приблизительно
на 6 коп. на шмиц;
чтобы исполняли и для ткачей закон о том, что рабочему должна быть перед на
чалом работы объявлена величина того заработка, на который он идет. Пусть табель,
подписанный фабричным инспектором, не будет только на бумаге, но и на деле, как
того требует закон. Для ткацкой, например, работы к существующей расценке должны
быть добавлены указания о качестве шерсти, количестве в ней ноллеса и кнопа, должно
быть присчитано время, идущее на подготовительную работу;
3) рабочее время должно быть распределено так, чтобы с нашей стороны не яв
лялось невольных прогулов; теперь, например, подстроили так, что ткач на
К РАБОЧИМ И РАБОТНИЦАМ ФАБРИКИ ТОРНТОНА 73
каждом куске теряет день на получение основы, а так как кусок станет меньше почти вдвое, то ткач и на этом будет нести, независимо от табеля расценок, двойную потерю. Хочет у нас хозяин грабить заработок таким образом, так пусть идет вчистую, так, чтобы мы твердо знали, что от нас хотят отжилить;
фабричный инспектор должен следить за тем, чтобы в расценках не было обма
на, чтобы они не были двойными. Это значит, например, что в табеле расценок не
должно за один и тот же сорт товара, но только с различными названиями, допускать
двух различных цен. Например, бибер мы ткали по 4 р. 32 к., а урал всего за 4 р. 14 к.,
— а разве по работе это не одно и то же? Еще более наглым надувательством является
двойная цена работы при товаре одного наименования. Таким путем гг. Торнтоны об
ходили законы о штрафах, в которых сказано, что штраф можно наложить только за
такую порчу работы, которая зависела от небрежности рабочего, в таком случае вычет
должен заноситься в рабочую книжку под графою штрафов не позже трех дней со дня
его наложения. Все же штрафы вместе должны находиться на строгом отчете, и сумма,
из них составляемая, не может идти в карман фабриканту, а должна идти на нужды ра
бочих этой фабрики. А у нас — посмотри в наши книжки — чисто, нет штрафов, мож
но подумать, что наши хозяева изо всех хозяев предо-брейшие. На самом же деле они
обходят по нашему незнанию закон и легко обстраивают свои делишки... Нас, видите
ли, не штрафуют, а у нас производят вычет, платя по меньшей расценке, и пока сущест
вовали две расценки — меньшая и большая — придраться к ним никак нельзя, они себе
вычитают да вычитают в свой карман;
вместе с введением одной расценки, пусть каждый вычет заносится в графу
штрафов с обозначением, почему он произведен.
Тогда нам будет видна неправильная штрафовка, меньше будет пропадать даром нашего труда и уменьшится число таких безобразий, которые творятся в настоящее время, например, в красильной, где рабочие
74
В. И. ЛЕНИН
вырабатывали меньше по вине неумелого мастера, что по закону не может быть причиной неоплаты труда, так как тут небрежность рабочего ни при чем. А мало ли у всех нас таких вычетов, в которых мы ничуть не виноваты?
6) мы требуем, чтобы за квартиру с нас брали столько, сколько брали до 1891 г., то есть по 1 р. с человека в месяц, потому что платить 2 рубля при нашем заработке положительно не из чего, да и за что?.. За эту грязную, вонючую, тесную и опасную в пожарном отношении конуру? Не забывайте, товарищи, что во всем Питере плата 1 руб. в месяц считается достаточной, только одни наши хозяева заботливые не довольствуются ею, и мы должны заставить их посократить и здесь свою алчность. Защищая эти требования, товарищи, мы вовсе не бунтуем, мы только требуем, чтобы нам дали то, чем пользуются уже все рабочие других фабрик по закону, что отняли у нас, надеясь лишь на наше неумение отстоять свои собственные права. Докажем же на этот раз, что наши «благодетели» ошиблись.
Написано в ноябре, позднее 7 (19), 1895 г.
Напечатано на мимеографе
листовкой
Печатается по тексту листовки,
сверенному с текстом сборника
«Работник» № 1— 2, 1896
75
О ЧЕМ ДУМАЮТ НАШИ МИНИСТРЫ?
зз
Написано в ноябре— декабре,
не позднее 8 (20), 1895 г. для газеты «Рабочее Депо»
Впервые напечатано 27января 1924 г. в газете «Петроградская Правда» № 22
Печатается по машинописной
копии, сохранившейся в делах
департамента полиции
77
Министр внутренних дел Дурново написал письмо обер-прокурору св. синода Победоносцеву. Письмо написано было 18 марта 1895 г. за № 2603, и на нем стоит надпись: «совершенно доверительно». Значит, министр хотел, чтобы письмо осталось в строжайшей тайне. Но нашлись люди, которые не разделяют взглядов господина министра, что русским гражданам не следует знать намерений правительства, и вот теперь это письмо гуляет всюду в рукописной копии.
О чем же писал г. Дурново г-ну Победоносцеву?
Он писал ему о воскресных школах. В письме говорится: «Сведения, получаемые в течение последних лет, свидетельствуют, что лица, неблагонадежные в политическом отношении, а также часть учащейся молодежи известного направления, по примеру 60-х годов, стремятся к поступлению в воскресные школы в качестве преподавателей, лекторов, библиотекарей и т. д. Такое систематическое стремление, не оправдываемое даже изысканием средств для существования, так как обязанности в подобных школах исполняются безвозмездно, доказывает, что вышеозначенное явление представляет собою одно из средств борьбы на легальной (законной) почве с существующим в России государственным порядком и общественным строем противоправительственных элементов».