Страница 56 из 139
Вот почему так сложна организация ПНОИ — психологического надзора, работающего вместе с РТИ — решетчатой трансформацией индивида — и непрерывно совершенствуемая Советом Чести и Права…»
Это из «Часа быка» Ивана Ефремова. Это — о русских сверхчеловеках.
Мы уверены в том, что люден будет лишен «обезьяньих» черт в поведении нынешних сапиенсов и нашей «элиты». Для людена будет смешной тяга к крикливой роскоши и сверхпотреблению напоказ. Ему и в голову не придет купить раскрашенную моторизованную жестянку ценой в сотню тысяч баксов — какой-нибудь «Бентли» — только потому, что ни у кого такой нет. Люден никогда не купит футбольную команду за полмиллиарда долларов, ибо у него — совсем иные интересы и устремления. Он ведь творец. Что ему пустое тщеславие, что ему страсти иметь самую длинноногую самку и самый большой дворец? Обезьяньи страсти. Он явно не станет клиентом навороченных бутиков. Глядите: вот идет высокий, статный мудрец с льняных просторных одеждах. Деньги для него — лишь пыль под ногами, лишь средство для исполнения великих замыслов. А сапиенсы вокруг видятся детьми, за которых несешь ответственность.
Очевидно, психика руса-людена продемонстрирует волшебные с нашей точки зрения способности. Например, возможность общения с себе подобными на огромных расстояниях через то самое морфогенетическое поле. Они смогут как бы посылать друг другу не засекаемые ничем сигналы. Безусловно, люден сможет подчинять себе психику обычного сапиенса, а встречаясь с врагом (клетками Голема) — просто манипулировать ими. Скажем, заставить спесивого и скаредного олигарха вложить деньги куда нужно людену. Они смогли бы превратить в марионеток бонз нынешнего режима. А в случае войны люден незамеченным способен пройти в самое логово противника. Впрочем, со способностями люденов наши супостаты могут проиграть войну еще до ее начала. Людены в элите? Это означает полный финал для коррупции и организованной преступности. Никто не сможет утаить правды о своих поступках и связях. Людены смогут работать с детьми, пополняя расу сверхлюдей, превращая ее в непобедимую силу. И в этом, читатель, залог полной и окончательной победы Русского мира, способного развернуться в следующую ступень развития человека!
И все же, читатель, в этих наших рассуждениях еще слишком много человеческого. Нам трудно представить все возможности сверхчеловека. И все возможные способы его войны с человекозверями. Но есть один момент, о коем хочется поговорить особо.
Власть над будущим
Наступило уже Третье тысячелетие. И будет оно временем Человека. России-матушке в этом времени суждено либо сгинуть, либо первой вступить в новую эру.
В 2000 году, когда Калашников с предпринимателем и философом С.Кугушевым начинали работу над циклом «Третий проект», Сергей Владиславович высказал интереснейшую мысль. Дескать, владыки Запада проделали огромную работу, создавая свои механизмы управления будущим. Благодаря им возникли долларовая система, манипулятивная психология, системный анализ, синергетика и так далее. На первый взгляд, у «чужих» все получилось. Вторая мировая действительно сказочно обогатила Америку и расправилась с ее несколькими могучими соперниками. СССР-Россия то и дело становилась частью вражеских схем, загребая своими руками жар для заокеанских хитрецов. Им удалось опрокинуть нашу империю и вдоволь попить ее крови, спасая себя от экономического коллапса. У них получилось и операция с Европой: когда она собственными руками создала у себя очаг исламского экстремизма в Косово. Казалось бы, враги наши почти всегда чувствовали, в какой момент ход событий нужно подтолкнуть в нужную сторону.
Но все же они, по мысли Кугушева, так и не стали подлинными менеджерами грядущего. Образно говоря, на Западе сделали самолет, но не смогли пока подготовить летчика. А вот пилота можем выставить мы. Наш люден отберет орудия управления будущим у Голема…
Если говорить в общем, то наши враги пытаются построить машину управления историей точно так же, как и искусственный интеллект. Этот путь заложен в генофонде, в топосе Западной цивилизации — построить что-то искусственное, что будет работать лучше природного, и это рукотворное станет обслуживать природное.
Но для управления будущим нужно не западное изобретение, искусственный интеллект, и изобретение русское — интеллект интегральный. Что это такое? Это когда человек, общество, искусственный интеллект и планета в целом соединяются в одну систему и работают единым целым. И каждый берет на себя то, что является для него самым сильным.
Поэтому, видимо, в стане наших врагов нашли верное направление действий, придумали арифметику — но оказалось, что для настоящего управления будущим нужна не простая арифметика, а гораздо более сложная алгебра. Да даже не алгебра, а какая-то алгебро-психология.
Иными словами, шанс перехватить первенство в управлении историей получают русские. Именно людены и сообщества сапиенсов с высокой связностью (соединяющие свои творческие способности с возможностями компьютеров) и могут породить интегральный интеллект первыми в мире!
Мы с 1920-х годов очень сильны в психологии. Именно тогда засияла целая плеяда русских психологов — Выготского, Платонова, Налимова, Ухтомского, Симонова и Леонтьева. Они до сих пор опережают примитивных фрейдов и американских бихевиористов. Ибо что такое учение Фрейда? Представление о человеке как о рабе своего темного подсознания, своих низменных страстей. Что есть бихевиоризм? Это учение о том, что человек есть животное, ведомое инстинктами. Что мы — это некие живые машины с обратной связью, которыми можно управлять по принципу «стимул-реакция». И стимулами могут быть страх, боль, корысть или сексуальное наслаждение. Иными словами, здесь человек изучался как зверь.
Русская психология изучала в человеке прежде всего человеческое. То, что поднимает нас над животными. Нет, они не отрицали фрейдовского психоанализа. Но русские исследователи говорили: он не объясняет всего, он способен изучать лишь подсознание. Русская психология работала на синтезе. Мы в России — удачно или неудачно — пытались ставить человека в центр мироздания. Мы пытались строить коммунизм с его принципами высшего гуманизма. Мы действительно пытались развить человека, раздвинуть границы его способностей. И если этого не удавалось сделать в реальной жизни, то советская наука над этим здорово работала — в 1920-1960-е годы. Между, прочим, Сталин эти сильные психологические школы отнюдь не перебил.
При этом Россия располагала и располагает сильнейшей математической школой.
Иными словами, русские были готовы совершить Большой Синтез. Именно мы шли к самому верному способу управления историей. И мы все еще можем последовать к заветной цели самой верной дорогой…
Один из пороков нашего врага в этом отношении — слишком большая ставка на кибернетику. «Как же так?» — спросит иной читатель. — «Ведь Сталин ее объявил лженаукой и репрессировал отечественных кибернетиков, из-за чего мы отстали от Запада…»
Так могут сказать многие, отражая нынешнее расхожее мнение — и окажутся неправыми. Кибернетика (дословно — «наука об управлении») действительно оказалась ложной наукой. Почему? Основоположник кибернетики Норберт Винер говорил о том, что существует обратный контур управления. То есть, я сижу, вижу, как изменяется внешняя среда, ко мне приходит «обратный ответ» — и я делаю «управленческое воздействие». Иными словами, встречаясь с бандой шпаны, мы сначала должны получить от неё по морде, прежде чем выработаем стратегию действий для таких встреч. То есть, кибернетика учит тому, будто все учатся методом проб и ошибок.
Но жить, учась на своих ошибках, невозможно. Реально ни одна система управления так не работает! Если б наши предки следовали заветам кибернетика Винера, их бы еще в каменном веке слопали бы саблезубые тигры-смилодонты. Человек обычно не дожидается того, чтобы ему въехали кулаком по хлебалу, он предвидит это (работая по принципу «опережающего отражения») и начинает упреждающий маневр. Тот, кто управляет, почти всегда пытается прогнозировать ход событий, предпринимает опережающие действия и потом смотрит, насколько они соответствуют реальности. Управляющий постоянно занимается самообучением, пытаясь правильно предвидеть события и с опережением на них реагировать. И это резко расходится с канонами кибернетики. Если верить ей, мы должны принимать управленческие решения лишь после того, как нам дадут по роже.