Страница 29 из 139
Будущий мир видится нам так: всем правят высокотехнологичные и ресурсные корпорации, поделившие рынки. А все вместе они содержат сверхсовременные вооруженные силы глобального контроля. Быть может, глобальные бестии попытаются втянуть в армию побольше париев. Для этого им нужно будет вести постоянные война «за мир и демократию», «бороться с международным терроризмом». Тем, кому нет работы в новых США, придется нести службу на оккупированных территориях планеты.
Изменится и экономика. Денежный строй уступит место иной экономике: экономике доступа к бессмертию, омоложению, магическим и высоким технологиям.
Гибель западных общественных систем кроется и в другом обстоятельстве. Обретение высшими классами Запада дорогой «медицины долгожительства» таит в себе еще одну опасность. Какую? Полной дестабилизации западной аристократии, обострение яростной борьбы за власть, возвращение венецианской практики — убийств конкурентов. Яда и кинжала как факторов политики и бизнеса. Почему? Потому что вся прежняя западная демократия и система карьеры в большом бизнесе рассчитана на людей с обычным сроком жизни. Тот, кто выбивался наверх, не мог господствовать вечно. Ну, десять-пятнадцать лет — не больше. Происходит естественная смена поколений лидеров. С другой стороны, проигравший в борьбе на закате своих дней, смирялся с поражением. Ибо у него уже не оставалось запаса лет.
А теперь представьте себе, что «цари горы» — главы корпораций и научных центров, религиозные иерархи и медиакраты, вожди партий и президенты — получили возможность доминировать и тридцать лет, и полвека! Скажем, прорвавшись к власти в пятьдесят лет, занимать трон этак до своего столетия. А то и больше. Наступает «власть старцев», геронтократия. Но старцев не дряхлых, склеротических и впавших в маразм, как брежневское Политбюро, а старцев генетически усовершенствованных. С острым и хищным умом. С жизненной энергией. Что остается делать тем, кто моложе и тоже хочет выбиться в высший эшелон? Только физически устранять старых «олимпийцев», расчищать себе путь наверх пулей и взрывчаткой. То же самое можно сказать и о более старых конкурентах. Проиграв борьбу за трон, нынешний 60-летний вынужденно удаляется на покой. Доживать свою жизнь. Но если у него в запасе остаются десятки лет активной жизни, он неминуемо продолжит борьбу. И в его распоряжении, помимо яда и кинжала, окажутся мощные связи, огромный опыт интриг и закулисных дел. Соответственно, те, кто господствует, примутся за «активную оборону» — истребление реальных и потенциальных врагов.
Об этой опасности долгожительства в верхах предупредил наш писатель Захар Оскотский в «Последней башне Трои». Все всякого сомнения, когда аристократия овладеет недоступными простым смертным средствами продления бодрой жизни и генетической медициной, западная (и вообще глобальная) верхушка впадет в нешуточную криминализацию, начнет «нео-1937 год». Физическое уничтожение соперников, заговоры, силовые перевороты станут обыденностью. А разве это сделает мир стабильным? Нет — новый маккиавеллизм здорово наложится на общую неустойчивость Эпохи Перемен! А закончится все это полным подавлением демократии и установлением довольно жесткой диктатуры неизвестного нам типа.
Тень будущего
Вот уже не один аналитик и писатель подхватил мысль великого Гете: «Грядущие события отбрасывают свои тени назад». И это, судя по всему, так. Просто у будущего всегда есть несколько вариантов. И теней потому — не одна. Есть люди, которые способны видеть такие тени. Проницательные писатели и визионеры.
Сколько раз был предсказан теракт 11 сентября 2001 года в книгах и фильмах? По нашим подсчетам — шесть раз. В разных вариантах авиалайнеры таранили цели в городах в двух фильмах и четырех романах (один из них, неопубликованный, относится к 1996 г. и принадлежит перу одного из нас). Хрестоматиен случай с ФБР, весной 1945 года пришедшей за сочинителем, опубликовавшим рассказ о применении урановой бомбы. «Видящим тени будущего» (хотя и не всегда отчетливо) был Герберт Уэллс, разглядевший в романе «Война миров» 1896 года страшные реалии 1914–1918 и 1939–1945 годов — обезумевшие толпы беженцев, паралич западных обществ при столкновении с непривычной формой нападения, отравляющие газы, тактику войны «волчьей стаей», стратегию разрушения агрессором основы цивилизации страны-жертвы, бомбардировщики и лазерное оружие. В других романах и рассказах, написанных до Первой мировой, Уэллс прозрел атомное оружие, ковровые бомбардировки, биологический террор. Катастрофу в Чернобыле 1986 года предсказал писатель-эмигрант Тополь в одном из предперестроечных романов. (Кажется, в 1984-м). В середине девятнадцатого века жил и творил писатель-фантаст Луи Жаколио, романы коего сегодня забыты. Но этот бывший французский консул в Калькутте предсказал высвобождение гигантской энергии вещества (атом и термояд), психологическую войну и стерилизацию посредством излучения. Некий англичанин (не помним его фамилии) в 1896 посвятил рассказ страшной банде, терроризировавшей Европу и носившей название … СС. Светлов написал «Гранаду» за девять лет до начала испанской войны. Писатель Морган Робертсон в 1898 году написал о крушении лайнера-гиганта «Титан», налетевшего на айсберг. Он практически в точности обрисовал гибель «Титаника» в 1912-м. Появление масс глупых и ленивых потребителей, погубящих нашу страну и испоганящих весь мир, предвидел великий Иван Ефремов в своих последних письмах. И так далее, друг-читатель.
Поэтому к откровениям писателей мы относимся весьма и весьма внимательно. Мы обратимся к предвидению великого советского фантаста Севера Гансовского (1918–1990 гг.), написавшего в самом начале шестидесятых повесть «День гнева», потрясшую нас обоих еще десятилетия назад.
Славный был человек! На войну ушел добровольцем, где побывал и снайпером, и разведчиком. А после войны, окончив филфак Ленинградского университета, стал одним из самых знаменитых фантастов СССР.
Сюжет повести Гансовского захватывает. Итак, некий ученый в секретном центре изменяет мозг медведей и превращает их в разумные говорящие существа. Интеллект их превосходит человеческий: они шутя постигают высшую математику, запоминают и анализируют огромные массивы данных, лучше людей овладевают логикой и понимают абстракции. Но при этом они сохраняют звериные силу и реакцию. Они так и не стали людьми, скрестив высочайший интеллект с жестокостью и безжалостностью. Разгромив лабораторию на острове и убив исследователя, отарки захватывают власть в отдаленном сельском районе. Местные фермеры запуганы: отарки заставляют их подчиняться и сдать оружие, угрожая в противном случае расправиться с женами и детьми, порезать скот, поджечь урожай. Правительство, заполучив нескольких отарков для использования в интересах военно-стратегического планирования, успокоилось. А отарки в природе стали эволюционировать, вошли в сговор с городскими мафиози, получили от них оружие.
Мы видим происходящее глазами журналиста из столицы и его проводника, местного лесничего, яро ненавидящего и убивающего отарков при первой возможности.
«…Зверьми мы их не считаем. Это только в городах спорят, люди они или звери. Мы-то здесь считаем, что они и ни то, и ни другое. Понимаете, раньше было так: были люди и были звери. И все. А теперь есть что-то третье — отарки. Это в первый раз такое появилось, за все время, пока мир стоит. Отарки не звери — хорошо, если б они были только зверьми. Но и не люди, конечно…
— … А верно, что они запросто овладевают высшей математикой?
— Слушайте, заткнитесь насчет математики, наконец! Заткнитесь! Я лично гроша ломаного не дам за того, кто знает высшую математику. Да, математика для отарков хоть бы хны! Ну и что?.. Человеком нужно быть — вот в чем дело… »
«…Сделать зверей, чтобы они были умнее, чем люди… Наверное, хотят, чтоб род человеческий совсем кончился…»
«…Отарк пришел и остался. Это часто бывает. Отарк приходит и ложится, например, на заправленную постель в спальне. А то и просто выгонит людей из дома и занимает его на сутки или двое…»