Страница 3 из 71
Зачитал над этим странным парнем заклинание 'Малого исцеления', а то окованной палкой по голове он получил знатно.Это только те, кто часто пользовался заклинания, могли быстро и без невербальных форм их использовать. Мирту же пришлось попотеть, да точно кость белеет не пробитая, только кожу сняло. Как голова не треснула? Видно крепок очень.
-Ну, после такого удара он вряд ли сразу встанет. Можно не волноваться. - Сказал Мирт сержанту после применения заклинания. Но нет, неожиданно парень открыл глаза. И сразу зарядил в ухо магу, склонившемуся над ним. Да так, что в ушах зазвенело. Потом единым слитным движением поднялся на ноги и уходя от длинного рубящего сверху вниз удара схватил сержанта за руки, ведь бил именно он, и проведя классический бросок через бедро расстелил сержанта на земле. И только собирался добить, как в голову прилетел фиолетовый сгусток. И в который раз за день парень потерял сознание.
В ту же секунду на поляну вбежали и остальные стражники, не смотря на слова мага они ушли не далеко и, услышав звуки потасовки сразу же помчались на подмогу командиру. То, что они увидели, заставило их удивиться. Посреди полянки лежал один из лучших стражников города хороший боец, который мог дать фору многим аристократам обучавшимся бое на мечах с детства. Побывавший в опаснейших заварушках, сейчас лежал и стонал, держась за спину, а рядом с ним лежал тот странный парень, которому от силы дашь лет двадцать. И шатающийся маг у которого одно ухо стало заметно больше другого.
- Ну что встали ослы? Давай, помогай подняться...
Пару часов спустя тоже место.
- Дак, что это Мирт, значит, он таким дураком и останется? А не может он прикидываться? - спросил сержант, потирая ушибленный копчик рукой и смотря на 'оркскогошпиона'.
- Да не может он прикидываться. Я точно говорю!- с жарам воскликнул маг. - Уже всем миром доказано, что это заклинание надо строго дозировать. А если его так кидать, то оно просто сжигает мозги. В Хинде так раньше самых ярых врагов казнили, отдавая им память другого человека и сводя с ума постепенно.
- Да ладно, - примирительно поднял руки сержант, - мы люди маленькие в магии не понимаем, и вот что с ним делать я тоже не понимаю. Одет он прилично, посмотрите, какая ткань такую я даже не видел ни когда, силен и умел еще чуть-чуть и разделал бы нас под орех. Руки не крестьянские, видны мозоли как от меча или дубины, видно практиковался. Значит воин. Но коротко подстрижен, значит не аристократ. Такой моды ни у кого не было. Шпион? Но что тут делает? И почему припасов нет? Даже сраного кинжала и того нет. И даже следов других нет, как будто он из воздуха появился. Но если он, чей-то воин или не дай Единый аристократ нас всех, ждет виселица. Вы понимаете? Да и тебя маг, - сказал сержант, заметив, как переменился тот в лице.
- Господин сержант, - это Торвус, - он же тут явно вынюхивал тут, что-то, нас за него не накажут.
- А это поверь мне, никого не интересует. - На самом деле ему было плевать на парня. Сержант не имел никаких душевных терзаний, только накручивал обстановку. Беднягу было даже жалко, и можно было его даже тут в лесу и кончить, но тогда придется как-то делить, то что от него осталось. А на такие вещи у него имелся знакомый скупщик. - У меня есть идея - сказал сержант, оглядев, всех кто был у костра. То, что пришло ему в голову, было гениально и просто, но требовались быть уверенным в своих парнях, что не заложат. - Когда стемнеет, пройдем, через Восточные ворота там мой свояк стоит, пропустит. На этого найдем одежонку, какую-нибудь и в загон к закупам определим из баронства Ситл их много, там и затеряется. Скажем, что человек их пусть и возятся. Старые вещи я спалю. Только если об этом узнают, нас точно повесят. Поэтому каждый должен забыть этот день и не трепаться в тавернах или на страже. Все прошло, как обычно ничего не случилось. Всем ясно?! - с нажимом произнес сержант, глядя на каждого. Сейчас он был похож на коршуна, которому стоит только увидеть добычу и он на нее набросится и разорвет. Ответом ему была тишина. Каждый не хотел умирать. Хотел жить еще долго и обеспеченно.
- Ну что ж - сержант вздохнул с облегчением - значит так и сделаем. Он был со своими парнями, и ему не хотелось никого из них убивать. - Только Мирт, метку на него навесь,- скомандовал сержант. А сам радостно перебирал в уме эти желтые приятные кругляши. О том, что его подопечные догадаются, в чем подоплека он не волновался. Когда догадаются, будет поздно, скажет: спалил! Поверят, никуда не денутся.
А ночью в камере закупов на одного стало больше. Из начальства никто так ничего и не заметил. Только закупы, но кому они расскажут?
Сознание возвращалось медленно. Еще никогда мне не было так плохо. Глаза я открывал, но видел перед собой все в красном, уши были, как будто заложены. Все тело было как в мурашках. Живот крутило от голода и били спазмы. Ко мне подходили какие-то люди, что-то говорили. Я понимал, но ответить не мог, так мне было так плохо. Меня накормили какой-то кашей. Это придало мне сил, но сознание опять уплыло.
Не знаю, сколько я так пролежал, но проснулся я от того, что мне пытались накормить какой-то отравой. Я начал вырываться, но меня все держали крепко вонючий напиток прошел через пищевод, оставляя там огонь и горечь внутри. Внезапно все прекратилось. Я ощутил себя лежащим, на чем -то холодном и твердом. Осторожно открыл глаза, ничего не кружилось, желудок больше не собирался выскочить из горла. Надо мной склонились какие-то мужики, и тут один другому говорит.
- Вот видишь Лерт, горький корень кого хочешь, на ноги поднимет. Зови капрала, очнулся страдалец.
- Где я? - спросил я у него.
- Как где? В рабстве. В закупах у короля Рамира второго,- и сказав это, сплюнул. Все мы тут такие. Мужик, который тут, по-видимому, был главным, представлял собой колоритный персонаж из учебников истории. Не огромный, но крепкий в штанах и рубахе подпоясанных широким кожаным ремнем, на ногах были сапоги, борода до середины груди и длинные волосы, голос же был глубокий и громкий как из динамика.
- А я тут за что?- Ответом мне был смех, от которого моя голова забила колоколом. - Ох, парень, и горазд же ты, шутить. Ты у нас спрашиваешь? - это похрюкивая, спросил тот самый Лерт, который ходил за стражником, сам он не сильно отличался от главного разве, что борода покороче, а в принципе они все были одеты однообразно. - Дак ты ж тут без памяти уже третий день лежишь, мы уж думали, что ты труп, но нет, ты иногда ворочался и начинал что-то орать. Наверно матерился, бо так дивна, лаял, я аж заслушивался. А потом капрал увидал тебя и сказал: в чувство тебя не приведем - кормежки не получим да и головы он нам поотрывает. Как тебя звать-то? Откуда ты? Тебя тут никто не знает.
- Я... я... не знаю. Я вообще ничего не знаю... Как можно истеричнее попробовал я сказал, по моему получилось неплохо. Нервы все же сдают, и играть не надо. Я прямо-таки физически оценил всю ту лавину из событий, которая навалилась на меня. 'Главное, что бы поверили, поверили'.
- Да уж, - сказалтот, которого я окрестил главным. Ладно, парень ты тут посиди, в себя приди,может, вспомнишь чего. Скоро жрать принесут. Возьмешь себе порцию. Мул наложишь ему - это он мужику, что стоял справа от него. Меня кстати Батькой все кличут, это Мул, Ксандр, Лерт. Мы с села Ясная поляна, что в баронстве Ситл. Может, слыхал? - Но, не увидев ожидаемой реакции, продолжил. Со всеми перезнакомишься еще. Торги будут через неделю. У нас тут имена не у всех, поэтому по старой наемничьей традиции дадим тебе прозвище. Будешь Чудной, а то глаза навыкате будто и не видел никогда - опять все засмеялись, даже не засмеялись, заржали,- Ладно отдыхай, не будем мешать. Возникнут вопросы, подходи, покалябаем.
Сил отвечать у меня не было, просто кивнул. В душе царило смятение, я не знал, что делать. Меня охватила странная апатия. Странные люди, странная обстановка. Я попал в другой мир для того что бы стать рабом. Слово закуп я хорошо понял особенно если учитывать, то, что торги через неделю. То, что я чувствовал невозможно передать словами. Хорошо, что я догадался прикинуться потерявшим память. Так бы меня вмиг раскусили бы и не понятно что бы со мной сделали эти дикари. Последнее что я помню это как бросил того мужика в доспехах дальше резкая боль в висках и какое-то время без сознания. То, что скоро, принесут, еду я почувствовал по возросшему напряжению среди обитателей этой камеры. Буквально еще секунду назад были тихие переговоры, но потом послышался смех и веселье. Света было мало, он проникал, с каких-то окошек высоко над потолком, видимо это была еще и вентиляция, со своего места я хорошо видел, как шатается паутинка от ветра. И поэтому хоть и был полумрак, но это не помешало мне осмотреться. Камера была, где-то двадцать на двадцать. Стены из больших каменных блоков. Затхлый воздух, вонь параши и немытых тел. Людей было очень много больше, чем нар, начав пересчитывать, сбился на пятидесятом. Вдоль стен стояли двухэтажные нары. Все было занято. В центре стоял большой стол и две лавки по бокам.