Страница 27 из 39
Нет, положительно в нем погибает артист... Впрочем, он всегда – не только в словах, но в действиях – любил артистизм. В юности ему вообще предсказывали артистическую карьеру. Но все повернулось несколько по-другому.
Мэннеринг продолжал:
– В квартире мы были с ней одни. Ее служанка вчера погибла под машиной... Что касается Лорны... Она привыкла, что иногда я отсутствую по ночам из-за своих дел... Подозревать меня у нее не было оснований.
Инспектор хмыкнул.
– Хотите, чтобы я так просто вам поверил?
– Да что с вами? – Мэннеринг выказал добродушное удивление. – Считаете меня святым?
– Вы далеко не святой, но зная ваше отношение к Лорне...
– Говорите тише, умоляю вас... Возможно, я пожалею о том, что случилось. Вполне возможно... Не знаю... Но зато знаю, что эта женщина может свести с ума... И она сделала это со мной. – Он хрипло рассмеялся. – А ведь мы знакомы всего около двух суток. Сорок пять часов... В ней что-то есть. Что-то роковое... Считайте меня сумасшедшим, говорите все, что хотите, но... Ведь вы ее видели. Разве вообще бывают женщины более сексуальные?
Бристоу сказал задумчиво:
– Да, то есть, нет... Но все же...
– Пойдите к ней еще раз! Полюбуйтесь на нее, а заодно выясните, где я был этой ночью.
Бристоу снова хмыкнул. Кажется, его недоверие начало подтаивать. Он сказал задорным мальчишеским тоном:
– Конечно, я могу это сделать. Но где гарантия, что вы не договорились с ней? Или сделаете это, как только я уйду?
Мэннеринг посмотрел на него с нескрываемым удивлением.
– Вы считаете, Тельма Кортни выполнит все, что я ей скажу? Даже если это бросит тень на ее репутацию? В то время как ее муж должен через пару дней приплыть в Лондон? Он ведь по-прежнему на борту "Лиззи", не так ли?
– Да, – ответил Бристоу.
– Ему будет, наверное, недостаточно приятна новость о грабеже и убийстве. Поэтому жена с удовольствием преподнесет ему еще одну: о том, что провела сегодняшнюю ночь со мной... Впрочем, разумеется, она готова на все, лишь бы избавить меня от виселицы, – язвительно добавил Мэннеринг. – Вы не хуже меня знаете, Билл, какого типа эта женщина. Эгоистична до предела. Даже более того... Что же касается меня... то признаюсь вам: я не так был очарован ее красотой, как просто поддался какому-то авантюрному порыву... С кем из мужчин не бывает... Что ж, давайте поедем туда хоть сейчас. Можете оставить меня в машине и пройти к ней. Тельма Кортни, конечно, сразу же вам во всем признается...
– Ладно, посмотрим, – неопределенно сказал Бристоу.
Он снова закурил, пригладил усы. В эту минуту он больше напоминал обыкновенного человека, чем полицейского инспектора, и этот человек определенно был несколько смущен и озадачен.
– Пойду оденусь, – сказал Мэннеринг.
– Подождите! – Бристоу встал между ним и дверью. – Возможно, мы и поедем сейчас туда, куда вы говорите, только я не хочу, чтобы до этого вы беседовали с женой без свидетелей: лучше, если одежду принесет ваша прислуга. Я позову ее.
– Лучше, если это сделаю я. Чтобы она не слишком перепугалась.
– Хорошо. – Бристоу выдавил из себя улыбку.
Мэннеринг открыл дверь в холл и негромко позвал:
– Этель!
Когда она появилась со стороны кухни, он попросил принести из спальни его верхнюю одежду и подробно перечислил, что именно, чтобы суетливая и не очень толковая девушка ничего не забыла.
– Не будите миссис Мэннеринг, – добавил он.
Ему хотелось добавить еще кое-что – для Лорны – хотя бы в виде намека, но Этель была не лучшим исполнителем для таких поручений. Впрочем, она не для этого нанималась к ним в дом, не говоря уже о том, что он и сам толком не знал, что именно передать Лорне.
Этель скрылась в спальне. На столике в холле лежали утренние газеты. Он подошел и взял их – не для чтения, но чтобы выиграть хоть немного времени на обдумывание ситуации. Говорить с Бристоу и одновременно решать что-то было затруднительно.
...Значит, Эллингем мертв. Его задушили...
Кто же это мог сделать?.. Зачем?.. С какой целью?..
В задумчивости он раскрыл одну из газет – это была "Дейли рекорд" – и сразу увидел свою фотографию. Над ней чернел заголовок в полстраницы:
"ПОГОНЯ ЗАУБИЙЦАМИ В ВЕСТ-ЭНДЕ"
РЕЙЧЛ СМАРТ СООБЩАЕТ С МЕСТА ПРОИСШЕСТВИЯ
Перед его мысленным взором возникла молодая женщина с резкими чертами лица за рулем небольшого черного автомобиля. Так вот кто она! Рейчел Смарт, репортер, которая взялась открыто следить за ним. Как видно, в газете не на шутку заинтересовались слухами о коллекции "Карла", а возможно, и еще о чем-то: например, об исчезновении Алисии Хилл, о происшествии на Лиделл-стрит... Газетчики – большие проныры...
Его лихорадочные размышления прервал звонок в дверь. Мэннеринг шагнул, чтобы открыть. Сзади, как тень, за ним последовал Бристоу.
В раскрытых дверях стояла женщина с резкими чертами лица... Легка на помине! Ох уж эти репортеры бульварных газет!
Женщина улыбнулась – легкой мрачноватой улыбкой, которую он отметил еще вчера вечером. Ее взгляд скользнул по газете в его руке.
– Ну как, – сказала она вместо "здравствуйте", – понравилось вам?
Мэннеринг не удержался от смеха.
– Входите и познакомьтесь с настоящим полицейским, – пригласил он. – Что касается вашей статьи, я еще не успел прочитать ее, но, если вы пишете так же здорово, как водите машину, она должна быть замечательной. Билл, эта женщина займет вас, пока я буду одеваться.
– Мы знакомы с мисс Смарт, – скучным голосом сказал Бристоу.
– Да, мы давние друзья, – подтвердила Рейчел не вполне уверенно.
Она с нескрываемым удивлением смотрела то на одного мужчину, то на другого, затем ее взгляд остановился на Этель, появившейся в дверях спальни с кучей предметов мужской одежды в руках.
– Благодарю вас, – сказал Мэннеринг. Эти слова относились к Этель. Повернувшись к Рейчел Смарт, он прибавил: – Проходите в кабинет. Там для вас осталась чашка чая, если хотите пить. Подробности узнаете позже.
– Какие подробности? – Глаза ее загорелись.
Мэннеринг рассмеялся.
– Спросите у мистера Бристоу. Я иду одеваться. Простите...
Он прошел в гостиную, где царил полумрак: портьеры еще не были раздвинуты. Подойдя к столу, быстро нашел лист бумаги, ручку и вслепую написал: "Передайте жене, чтобы сразу позвонила миссис К. Пускай та скажет, что я провел ночь у нее в квартире". Он скатал записку в небольшой комочек, сунул в карман пиджака, после чего начал переодеваться.
Вошел Бристоу.
– А, какова девушка? – сказал Мэннеринг. – И как водит машину!
– Извините, что вынужден приглядывать за вами, – сухо сказал Бристоу. – Уверен, что мы зря теряем время. Это вы были вчера ночью в Грейндже и никто другой. Узнаю ваш почерк.
Мэннеринг натянул брюки, надел пиджак.
– Опять вы за свое, Бристоу... Идемте, я готов.
Они вышли из гостиной. Рейчел Смарт все еще стояла в холле. Приглашение выпить чая ее не соблазнило.
– Если хотите узнать что-нибудь новенькое обо всем этом, – сказал Мэннеринг, – советую наведаться к Найджелу Кортни. Скажете, что это я направил вас. Но все, что он вам расскажет, до поры до времени не для печати, имейте в виду. Больше, к сожалению, ничего не могу вам сказать... Мистер Бристоу торопит меня.
– А в чем дело, если не секрет? – спросила она. – Куда?..
– В том-то и дело, что секрет, – сказал Мэннеринг, вынимая правую руку из кармана пиджака. – Все-таки выпейте хотя бы чаю. Всего хорошего...
Он пожал ей руку, незаметно вложив в ладонь бумажный комочек. Привычная ко многому в своей репортерской жизни, она не выказала удивления.
– Жену будить не стоит, – сказал он, выходя на лестницу, – она не очень хорошо себя чувствовала вчера. А чай вкусный. Попросите Этель подогреть...
– Идемте же! – проворчал Бристоу.
Они вышли, дверь захлопнулась.
Минут через двадцать они были уже на Ленгтон-сквер. Бристоу вышел из машины и сказал водителю: