Страница 12 из 65
Сильно не жадничал, лучше приеду во второй раз, как вернусь, а то не войдёт то, что нужно перевезти в первую очередь. Поехал в первый гараж. Часа два таскал коробки и пакеты с продуктами. Фургон на три четверти заполнился, погрузил всё. Затем поехал во второй. Открыл его, и понял, что и половину не увезу. Начался мучительный процесс отбора. В первую очередь погрузил все патроны. Тем более, Хатсан был со мной, за сиденьем. Туда же, в кабину занёс три пачки патронов.
В фургон вошли две палатки, две газовых плитки, вместе с баллонами. Топоры, пилы, лопаты, котелки. Два спальника и четыре коврика. Фонарь и батарейки. Всё полна коробочка. Пустые канистры я поставил с краю, в коробку, чтобы не разлетелись. На ближайшей заправке залил шесть канистр 92 м бензином, а в четыре — солярку. И в четыре часа пополудни, отправился в путь.
Глава 5
Успел выехать из города до начала вечернего «Часа Пик». Давно не ездил с таким весом и габаритами. Но через некоторое время привык. Позвонил своим, сказал, что уехал по делам во Владимирскую и Нижегородскую область, может и в деревню, заеду. Так, чтобы потом не надо было объяснять, как там оказался.
Горьковская трасса всё равно оставалась забитой. До поворота на объездную дорогу мимо Владимира потратил три часа. Через двадцать километров повернул на Муром. Здесь дорога стала гораздо свободней, встречные и попутные автомобили попадались редко. Не доезжая деревни, со странным названием Бараки, свернул вправо, на просёлочную дорогу. Метров через пятьсот, ещё раз вправо, на колею, уходящую в лес. По ней проехал не много, пока изгиб просеки не скрыл меня от просёлка, и остановился. Взял ружьё и патронташ, вышел из машины, прошёл вперёд до следующего поворота. Дальше было всё также. Свежих следов машин и людей не было видно. Значит маловероятно, что кто-нибудь здесь появится, тем более, на ночь глядя. Зашел в лес по правой стороне, метров на сто. Покружил немного. Также проделал с левой стороны. Здесь нашёл маленькую полянку, метров пять на десять. За нею, ложбинку, закрытую кустарником со всех сторон. Увиденным, остался весьма доволен. Не ожидал, что так быстро получится.
Вернулся к Газели и расшнуровал фургон. Вытащил две канистры с бензином, и две с соляркой, двухместную палатку. Но не ярких расцветок, а обычного. Ещё достал примус, два котелка, сухое горючее, герметичную упаковку спичек, зажигалку, динамический фонарик, десяток парафиновых свечей. Упакованные в пакеты носки, майки, два непромокаемых костюма, сорокалитровый рюкзак. Затем настала очередь продуктов. Ящик тушёнки, десять банок сгущёнки, чай, простые крекеры, по две пачки макарон, гречки и риса, четыре банки с кашами и столько же упаковок армейских сухпайков. Три двухлитровых бутылки воды. Всё это перенёс на полянку. Там старательно упаковал.
Забравшись в кусты, снял дёрн и отложил его в сторону. Сапёрной лопаткой вырыл яму, глубиной в полметра, и длинной метра два. Вынутый грунт насыпал на расстеленную плёнку, чтобы потом не выгребать глину из травы. На дно уложил толстый полиэтилен, но так, чтобы края высовывались из ямы. На полиэтилен стал укладывать всё, что упаковал. Затем, края полиэтилена завернул внутрь, а сверху, тоже укрыл плёнкой. Присыпал вырытым суглинком и уложил дёрн обратно. Оставшийся грунт рассыпал в кустах. Канистры с топливом просто зарыл под кустом, метрах в пяти от ямы. Отдельно, также зарыл шесть пачек патронов, пневматический пистолет, два баллончика с газом и упаковку стальных шариков.
Осмотрел ложбину с разных мест. Кое-где убрал бросающийся в глаза грунт, распрямил ветки кустарника и высокую траву. Под приметным деревом спрятал лопатку. На навигаторе поставил отметку этого места.
Посмотрел на часы. Начало десятого. На всё ушло полтора часа. Солнце почти село. А мне ехать ещё не менее трёх часов. Не буду задерживаться. Впереди разворота не нашёл. Задом выехал на просёлочную дорогу, и повернул к трассе.
Машин и так было мало, а сейчас тем более. Можно было прибавить скорость. Но уже стемнело. Дорога часто делала крутые повороты, и было много спусков-подъёмов, тем более она не широкая, по одной полосе в каждую сторону. Через два с половиной часа был в Муроме. Но зацепил его только краем, повернув к новому, вантовому мосту через Оку. С его постройкой стало гораздо удобней переправляться на другой берег. Раньше, зимой нужно было объезжать через Нижний. Весной — на пароме, летом и осенью — по понтонному мосту. Проезжая эти места, всегда вспоминаю книгу, где описываются события, происходившие как раз в этих краях, в Муроме и окрестностях, Навашинской пустоши, но через много десятков лет после ядерной войны.
Набрал номер Сергея и сказал, что через полчаса подъеду. Так и получилось. Он стоял на повороте, под указателем «Круглово». Моргнув фарами, остановился перед ним и вышел из машины.
— Здорово, Серёга!
— Привет, Паша! Ты, что водилой устроился? Или немца поменял на моего земляка, а к Людмиле Игоревне, за картошкой едешь?
— Если бы так было, то и горя бы не знал, но всё гораздо интересней. Где можно стать на ночёвку, да так, чтобы ничего с машины не пропало?
— Так, ты что, думаешь, что в Марфушино ночью на Газели не проедешь? Или вообще, туда не собираешься?
— Выходит, что места переночевать у тебя не найдётся?
— Да ты что! С этим проблем нет, поехали ко мне в лесничество, просто я очень удивился. Тут до деревни осталось пять километров, а тебя, наверное, ждут.
— Никто меня сегодня там не ждёт. Садись, показывай дорогу, потом поговорим.
До лесничества, которым Серёга руководил, доехали минут за пять. Он вышел, открыл ворота. Я заехал и поставил машину перед окнами. Полез в кузов, и, светя фонариком, достал сумку-холодильник с пивом, а к нему рыбную мелочь. Подумал, и взял две банки тушёнки. Услышав позвякивание бутылок, Сергей спросил:
— Ты, что, на ночь пить собрался? Пойдём ко мне, поешь нормально. Голодный наверно?
— Еда у меня с собой, а на счёт пива, разговор будет долгим, так, оно для того чтобы, во рту не пересыхало.
Вернулся к кабине и захватил ещё ружьё и патронташ, чем вызвал ещё большее его удивление, но никаких вопросов задавать не стал.
Зашли в домик. Расположились в какой-то комнате, где был стол, несколько стульев, шкаф и диван.
— Позвони домой, скажи, что придёшь не скоро, не хочу, чтобы кто-нибудь из твоих сюда пришёл.
— Странный, ты какой-то сегодня, Паша. Первый раз тебя таким вижу. Всё загадками говоришь. — Но достал телефон и поговорил с кем-то, сказав, что сейчас в лесничестве. Я же, за это время, открыл банки с тушенкой.
— Слушай! У меня дома ещё картошка горячая! Давай принесу, поешь нормально. Через десять минут буду обратно.
— В другой раз, хорошо? А сейчас наскоро перекусим и к делу. Разговор будет серьёзный. От того, как ты его воспримешь, будет зависеть очень многое.
Ели молча. Вернее, ел один я, а он только сидел и поглядывал на меня. С банкой управился очень быстро. Затем я открыл сумку и выставил пока две бутылки с пивом, которые взял утром в «Метро», там же и обзавёлся этой сумкой, где кроме пива была ещё минералка.
— Только предупреждаю сразу, если ты скажешь, что я всё это сочинил, то ты будешь сильно не прав. Неужели, я ехал сюда из Москвы восемь часов на грузовике, только для того, чтобы ночью тебя разыграть?
Затем начал рассказывать всё по порядку, начиная с находки в метро слайдера, который вначале принял за мобильник. Рассказывал я часа два. На удивление, даже по одной бутылке не выпили. Вначале он перебивал, переспрашивал, собирался уходить. Но потом опять садился и слушал. Я закончил говорить. Во рту пересохло. Глотнул пиво и чуть не выплюнул, до того было тёплое и противное. Достал новые две бутылки, и с наслаждением попил холодненького. В домике было жарко и душно, но окон не открывали, нас бы комары съели. А есть руками, покрытыми мазью неприятно. Поэтому, вначале мы вставили в розетку фумигатор, и мне не приходилось отвлекаться, шлёпая по себе ладонями.