Страница 62 из 78
Владимир Крючков сосредоточенно вслушивался в записи, а потом внимательно прочёл рапорт. Отложил эти материалы в сторону и спросил:
- А что ещё есть по этому персонажу?
Евгений Примаков молча открыл ящик стола, достал папку с бумагами и протянул тому в руки. Крючков читал очень медленно, но никогда не возвращался на предыдущие страницы, видимо запоминал всё с первого раза.
- Из этих документов следует, что за границей он не был. Значит, контактов с представителями иностранных спецслужб не имел. И на Родине в поле нашего зрения не попадал. То, что служил и работал на границе, ни о чём плохом не свидетельствует. Тем более что попыток и намерений уйти на сопредельную территорию не предпринимал, откровенно враждебных высказываний в отношении советского строя и руководителей партии и государства не вёл. Я правильно понял?
- Всё верно ты определил. Но ответа, почему он вдруг стал таким, мы не имеем.
- Да, я прочёл выводы психиатров. Они тоже не смогли обнаружить никаких психических отклонений. Я вот, что хочу понять. Отход ״Нахимова״ из порта должен был состояться на полтора часа раньше, тогда бы и не произошло рокового столкновения. Почему же так случилось, если вы решили предпринять некоторые меры предосторожности, после звонка Доронина?
- Задержка с выходом произошла из-за того, что был отозван из отпуска начальник Одесского Управления, генерал-майор Крикунов, отдыхавший с семьёй в Сочи. Он и его жена не могли понять, зачем им нужно срочно прибыть в Новороссийск, чтобы сесть на теплоход, идущий в Сочи.
- Получается, что если бы генерал не был отозван, чтобы предотвратить возможное столкновение, то теплоход бы отправился в рейс по расписанию и никакого столкновения бы не произошло?
- В том-то и парадокс! Чертовщина какая-то. Откуда он мог знать, что мы так сделаем и случиться то, что случилось, хотя его звонок свидетельствует о том, чтобы это предотвратить.
- Метафизика не по моей части, ты же знаешь. А вот если допустить её право на существование, то возникает ещё один парадокс, как ты выразился. То он убивает троих в тайге, потом генсека и ещё нескольких человек. Возвращается сюда.... Кстати, как так случилось, что он пересёк всю страну и его никто не обнаружил и не задержал?
- Первое время вся транспортная милиция проявляла рвение, а потом, видимо, бдительность притупилась, - словно извиняясь за МВД, ответил Примаков.
- Как же ему удаётся так точно и вовремя воспользоваться огрехами спецслужб? Ладно, продолжу. Возвращается, стреляет в троих, потом звонит и, проявляя человеколюбие, предупреждает о столкновении судов. А через несколько часов убивает на железной дороге. И апофеозом, сегодняшняя бойня в Лужниках. И причём здесь я? Может привлечь других врачей, пусть поработают над всеми этими материалами, соберут консилиум и поставят диагноз?
- Так и поступим. А пока пытаемся понять, какая связь между теми людьми, которых он отстреливает по городу. Если допустить, что после Горбачёва он решил убрать его потенциального приемника, тогда, причём здесь журналист, и два экономиста? А сегодняшние жертвы...?
Словно в подтверждение его слов, зазвонил телефон. Примаков снял трубку и выслушал беспристрастным лицом, не задавая никаких вопросов. После, он сообщил содержание звонка. В Ельцина попало две пули. Первая угодила в левую ключицу и задела лёгкое. Вторая, когда он уже упал, перебила позвоночник и спинной мозг. Вероятность, что восстановиться подвижность ниже двенадцатого позвонка, крайне мала. Бурбулис, Шахрай и ещё один неизвестный, скончались на месте, когда он добивал упавших.
Николай Челноков понял, что очень скоро, может уже и завтра, он станет пенсионером. Пусть кто моложе ловят этого непохожего ни на кого, преступника.
- А если сделать попытку заманить и схватить его, согласившись на контакт с ним? - предложил московский начальник.
- Не думаю, что после череды убийств, он ещё надеется на такой контакт. Малый не дурак, и понимает, что ему не переиграть КГБ при возможном контакте. Все его познания основаны на фильмах, а мы прекрасно знаем, как оно есть на самом деле.
- Тогда зачем ты меня позвал? - удивился в свою очередь Крючков.
- Чтобы ты подтвердил или опровергнул, что он каким-то образом может быть полезен внешней разведки. Не покойного же Председателя или здравствующего начальника Московского Управления он вызвал на контакт. Теперь будем знать, что тебе он не нужен, и действовать станем соответствующе.
Евгений Максимович, - вмешался генерал Чесноков. - Хотелось бы захватить его живым, чтобы выявить всех сообщников. А также, откуда у него сведения о маршруте кортежа Горбачёва. Не говоря уже о том, где он раздобыл оружие и взрывчатку.
- НЕ забывай, что не найден его пистолет, второго геолога и милиционера.
- А карабин, из которого сегодня стрелял?
- Мало ли в тайге браконьеров. Мог припугнуть кого-нибудь и отобрать. Или здесь выкрасть или выменять за водку в любой деревне. Не то, откуда оружие сейчас важно, а то, кто ещё его потенциальная жертва. Вычислим это, тогда считай, что он у нас в кармане.
- Кстати, а что это за люди, которые пострадали сегодня? - поинтересовался Крючков.
- Первый раз сегодня услышал их фамилии. Как мне доложили, Бурбулис, завкафедрой Свердловского Института повышения квалификации. А Шахрай, ассистент юрфака МГУ. У них были удостоверения в карманах. Но всё равно, послали запросы, перепроверим. Третий, как я говорил, неизвестный. Опрашиваем свидетелей, которые не разбежались. Хотя, он стоял за трибуной и мог прийти один.
- Если он ставил целью убрать Ельцина, то зачем убивать и совершенно не известных людей? Вошёл в азарт или ему больше нечего терять? Думаю, что теперь доктора свой диагноз изменят. Нормальный человек на это не решится, - высказался Крючков, вставая из-за стола.
- Как я тебя понял, на контакт ты не пойдёшь и условного сигнала передавать не нужно?
- Можешь передать, чтобы выманить и задержать, но мне он не интересен. Это твоё поле деятельности.
- Хорошо. Тогда мы завтра же начнём передавать условный сигнал. Правда, ожидаю, что слушатели завалят Гостелерадио письмами, что дикторы стали плохо работать, если раз за разом оговариваются в эфире.
- Да пусть пишут, значит им не безразлично, как у нас кто работает. Будет гораздо хуже, если никто не обратит внимание.
Когда коллеги разошлись, Примаков отправил на Новокузнецкую улицу сотрудника, с письмом на имя Александра Аксёнова, нынешнего руководителя. В нём он просил сделать требуемую оговорку завтра и во вторник.
Поручил проинформировать Красюка о возможном контакте с Дорониным и передать инструкции о том, что надо сообщить его знакомцу. Разрешил выдать в эфир согласованное сообщение о сегодняшней трагедии, в двадцать один час по московскому времени. Он посчитал сегодняшние события вызовом, брошенным лично ему прямо в лицо. И оттого, как быстро преступник будет пойман и понесёт наказание, будет зависеть ситуация в стране. Иначе, поднимут головы враги, внутренние и внешние, уверовав в неспособность спецслужб, а значит и государства, в обеспечение безопасности, как первых лиц, так и страны в целом.
Как стало известно из информированных источников в Москве, сегодня, во время разрешённого митинга, кстати, первого подобного за десятки лет, неизвестный открыл огонь из военного карабина. Убил троих и одного тяжело ранил. Погибли молодые учёные Геннадий Бурбулис и Сергей Шахрай. Третьим погибшим оказался учитель истории одной из московских школ, Алексей Венедиктов. Тяжёлое ранение, которое может навсегда приковать пострадавшего к инвалидному креслу, получил Борис Ельцин, руководитель вновь созданной Коммунистической партии России, и одновременно глава московской парторганизации.
Наблюдатели отмечают, что это не первый случай покушения на молодых учёных в Москве. Особенно странным выглядит подозрительная беспомощность столичной милиции и советских спецслужб. Преступникам очень легко удаётся уходить с места одного преступления и приступать к другому.