Страница 3 из 4
Впрочем, конечно, никто не спросил, как чувствовали себя сами воины, превратившись из рослых мужчин в метровых карликов. Кэтрин видела, что Ник очень горд похвалой учителя, а тот, в свою очередь, доволен учеником. В сердце девочки разлилось приятное тепло от сознания, что оба друга счастливы.
Неожиданно ухо Банниманда закрутилось.
«Эти люди, и все их чувства, – размышлял Кролик. – Такие они странные. Их куда больше интересуют всякие там переживания, чем шоколад».
А вслух спросил:
– Заметил ли кто-нибудь из вас присутствие Короля кошмаров?
– Нет, – Северянин отрицательно покачал головой. – Старый хулиган не появлялся.
– И никому из ребят не снились кошмары, – отрапортовала Кэтрин.
Лучик промолчал. Он не мог согласиться с этим, ведь сегодня ночью видел, как его подруга плакала во сне, потому что ей явился Бука.
Пуука удовлетворенно подытожил:
– Так же как и в моих туннелях – ничего злого, или антишоколадного, или антияичного.
Омбрик подергал себя за бороду:
– Возможно, дети правы, – заметил маг. – И битва у центра Земли стала последней в жизни Короля кошмаров.
– А это возможно? – хмыкнул Ник.
Кэтрин повернулась к светящемуся мальчику. Обычно удавалось прочитать его мысли, но сегодня он словно закрылся.
«Лучик, – мысленно вопросила девочка. – Ты что-то видел?»
И впервые в жизни другу пришлось солгать.
Глава четвертая
ПРАЗДНИК, СИМФОНИЯ НАСЕКОМЫХ И НЕМНОГО БЕСПОКОЙСТВА
– Прошло восемь месяцев с тех пор, как мы в последний раз видели Буку. Мне кажется прежде, чем объявлять о полной победе, лучше побеседовать с Лунным Малышом, – справедливо заметил Омбрик. – А это значит, что пора отправиться в…
– …лунный ламадарий! – одновременно воскликнули Банниманд и Северянин.
Ламадарий располагался на высочайшей вершине Гималаев. Именно там впервые Ник встретился с лунными ламами и Лунным Малышом. Бывший разбойник готов был сорваться с места прямо сейчас. Он с удовольствием побеседовал бы с Йети, снежными воинами и защитниками ламадария. Они во многом помогли, когда он постигал тайны магического меча, который торжественно вручил ему Лунный Малыш. Это была реликвия, уцелевшая с эпохи Золотого времени. До нашего времени дошло всего пять подобных ценностей. И все они были разбросаны по земному шару. Одна принадлежа Истеру Банниманду – его наконечник на посохе в форме яйца оказался не простым украшением, а сильнейшим магических артефактом. Лунный Малыш рассказывал, что если собрать все пять реликвий, то с их помощью можно будет навсегда победить Короля кошмаров. Правда, сейчас казалось, что мир уже наступил и Хранители больше не нуждаются ни в каких магических артефактах. Иногда Ник, впрочем, задумывался над тем, как ему поддерживать свой уровень владения мечом и прочие навыки военного дела, если больше не будет никаких битв. Йети сослужили бы ему отличную службу в таком случае. Ух, как бы он потренировался вместе с ними! Снежные люди славились умением владеть любыми видами оружия.
Омбрик повернулся к Кролику. Ему даже не надо было просить того рыть проход, потому что после создания шоколадных яиц рытье туннелей было любимым времяпрепровождением Пууки.
– Туннель на подходе, – ответил Банниманд. – Он будет готов через двадцать семь полужелтков, то есть через один день по вашему человеческому времени.
– Умопомрачительно! – восхитился маг. – Жители Сантофф Клауссена, приглашаю вас отправиться вместе с нами к лунным ламам! А завтра состоится празднование по случаю нашего великого путешествия! Ждем вас вечером! Это будет грандиозное торжество!
Кэтрин от радости захлопала в ладоши.
«Кайлаш будет так рада вновь увидеться со снежными гималайскими гусями, – подумала девочка. – Впрочем, кто знает, скучает ли она вообще по гигантским птицам, которые гнездятся на скалах?»
Но воодушевление быстро сменилось тревогой – уколом шипа вернулись мысли о Лучике. Кэтрин перевела взгляд на друга, но тот на нее даже не взглянул. Вместо этого со всей присущей ему молниеносностью вылетел в окно и устремился в чистое синее небо. Лучик светился тускло, и тревога маленькой Хранительницы только возросла.
Утро следующего дня встретило жителей за приготовлениями к торжественному ужину и путешествию. Яйца, помощники Банниманда, занимались сладкими угощениями, муравьи, сороконожки и жуки убирались в Корневище в то время, как светящиеся гусеницы накрывали столы, которые через некоторое время будут ломиться от яств. Не стоит забывать и про остальных обитателей леса: белки всюду развешали гирлянды орехов, птицы наполнили свои кормушки семенами, так что вкусные запахи окутали Сантофф Клауссен и доносились буквально с каждого куста и деревца.
Этим вечером дети возглавили праздничное шествие, в котором принимали участие коротышки-разбойники Северянина, насекомые, птицы, Медведь, охраняющий зачарованную деревушку, джинн, конь Ника – Петрович и даже сам Истер Банниманд. Кролик, который, к слову сказать, был выше всех, важно вышагивал в первых рядах.
Луна светила так ярко, что жители были уверены, что Лунный Малыш, улыбаясь, явится им собственной персоной. Лунные мотыльки сияли, филины мага тихо ухали. Детвора запрыгнула на спину северному оленю и прокатилась по ночному небу, а Кэтрин верхом на гусыне сопровождала их. Мотыльки кружились вокруг, окутывая ребят зеленоватым свечением.
Внизу, на земле, коротышки Северянина вовсю угощались пудингом с вареньем и мармеладом, пудингом из лапши, шницелем из сладкого картофеля, мясом, приправленным ягодами бузины, и новым деликатесом Банниманда – шоколадом, сделанным из бобов какао древних ацтеков и синей сливы. Уплетая кушанья за обе щеки, разбойники не забывали расспрашивать Ника, какие блюда ему довелось отведать на обеде в лунном ламадарии (кстати, Йети – отменные повара) и что ему больше всего понравилось. Одним словом, превратиться из человека в камень и обратно – довольно трудное дело, вызывающее зверский аппетит.
Сверчки поднялись в воздух и исполнили, к всеобщему удовольствию, симфонию насекомых.
Наконец, когда вся еда была съедена, песни спеты, деревушка впала в сон. Но высоко в своем домике на дереве лежала Кэтрин, погрузившись в размышления. Лучик был сегодня единственным, кто не принимал участия в празднике. И, честно говоря, Хранительницу это очень сильно волновало. Как, впрочем, и то, что, когда она находилась в одиночестве, мысли все время возвращались к Королю кошмаров и его дочери – маленькой девочке, которую он нежно любил, пока силы зла не поработили его душу. В конце битвы у центра Земли Кэтрин показала Буке медальон с портретом его дочери. Она никак не могла забыть выражения лица Короля кошмаров – ей хотелось, чтобы и ее так же сильно любили, как Бука любил свою дочь.
Медальон
«Подобное чувство возможно только между родителями и детьми, между отцом и дочерью», – размышляла она. Кэтрин потеряла родителей, когда была совсем крошкой. Конечно, здесь, в Сантофф Клауссене, ее все любили и заботились. Омбрик и Ник стали для нее отцом и братом. Но ведь это не то же самое, что настоящая семья, верно? Интересно, увидел ли тогда кто-нибудь еще те боль, муку, которые она уловила во взгляде Короля кошмаров? А теперь еще и Лучик. Беспокойство продолжало нарастать.
«У него никогда не было родителей. И хотя он казался вполне довольным жизнью, теперь что-то изменилось», – размышляла Кэтрин. Она обязательно выяснит, что произошло, и снова сделает друга счастливым, а заодно, может быть, и себя.
Эта мысль успокоила сероглазую девочку, и вскоре, как и все жители деревушки, она уснула.
Тем временем странный ветерок промчался по Сантофф Клауссену и заставил крону дерева, где спала Кэтрин, тихонько зашелестеть. Если бы она проснулась, то почувствовала бы, что за ней кто-то пристально наблюдает. Существо древнее и могущественное, чьи поступки могут изменить мир раз и навсегда. И если бы Хранительница только открыла глаза, то поняла бы, что ее ждет.