Страница 60 из 93
И если эсминцы не сумели отразить нападение одной субмарины, то что будет, когда на нас нападут несколько охотников, с таким же мастерством?
— Приказываю эсминцам: снять с «Белью Вуд» команду и добить авианосец торпедами, после чего отходить курсом норд-вест, триста пятнадцать и запросить немедленную помощь!
Может, не норд-вест, а норд-ост, в гости к англичанам? Нет, нас предупреждали, немецкие лодки выходят из Бискайского залива, одна их стая уже висит у нас на хвосте, вторая, более многочисленная, выйдет навстречу. И не факт, что британцы для нашего спасения будут очень стараться — эти прожженные эгоисты прежде всего думают лишь о себе. А вот наши, боясь за свои задницы и кресла, поспешат к нам на помощь. Может даже, снимут авианосную эскортную группу с конвоя. Если уж старались ради какого-то испанского корыта.
И помоги нам Господь, чтобы эти волки Дёница, которые уже, наверное, кружат рядом, не добрались до нас раньше!
В это же время в Северной Атлантике (45° северной широты, 45° западной долготы), 28 апреля 1943 года.
Ей везло меньше, чем «сестре». И совершенно незаслуженно. Она была виновата лишь в том, что родилась позже, в совершенно неподходяще время. Сестра «Мэри» успела блеснуть в еще мирные, хотя и предгрозовые, тридцатые, на трансатлантических рейсах. И бизнесмены, и просто туристы, богатые американцы, среди которых путешествия по миру входили в моду (помните знаменитую «контору Кука, если вас одолеет скука, и вы захотите увидеть мир»?), охотно платили немалые деньги за билет: пять суток через океан, с точностью пассажирского поезда. А ведь были уже и авиарейсы, но те самолеты, четырехмоторные «клиперы» Сикорского, огромные гидропланы (на случай весьма вероятного отказа моторов и посадки на воду) еще не были серьезным конкурентом: что предпочло бы подавляющее большинство пассажиров, двадцать часов в кресле, под оглушительный рев моторов, или пять суток путешествия в гостиничных удобствах каюты-люкс?
Она, вслед за «сестрой», должна была стать торжеством Британии. После той Великой войны британский лев почил на лаврах, и большая часть рынка атлантических пассажирских перевозок, на которых раньше безусловно доминировали англичане, оказалась вдруг у континентальных конкурентов. Немецкие «Бремен» и «Европа», итальянский «Рекс», французская «Нормандия» — по сути, эти лайнеры делали ту работу, которую после взяли на себя многочисленные авиакомпании (оцените прибыль!). А вот бывшая «владычица морей» оказалась в стороне. Самым новым, большим и быстрым ее судном была «Мавритания», построенная еще перед той войной, одного типа с «Лузитанией», которую Черчилль сознательно подставил под торпеды немецкой подлодки, ради того, чтобы США вышли из состояния нейтралитета. Теперь же Англия не могла смотреть, как такие доходы уплывают мимо ее рук. И была построена сначала первая «сестра», «Куин Мэри», по последнему слову техники и науки, восемьдесят тысяч тонн (вдвое крупнее самого большого британского линкора), двенадцатипалубный плавучий дворец, где были бассейн, теннисный корт, площадки для игры в гольф и крикет, особое место для прогулок с животными, а также два кинотеатра, три библиотеки, три десятка салонов для бесед и танцевальных залов, где в каютах первого класса были не только ванна и душ, с горячей водой, но и персональные радиотелефоны для связи с берегом («межгород»!), и все это несется через океан со скоростью тридцать узлов. Постройка этого плавучего чуда света стоила колоссальных денег — однако уже через год цена проданных билетов окупила все затраты, дальше началась чистая прибыль.
«Элизабет» должна была стать еще лучше (ведь при ее строительстве использовался накопившийся опыт), быть чуть больше, чуть быстрее, чуть комфортабельнее, и на ней должны были быть те же двенадцать палуб, бассейн, корты, многочисленные общественные помещения и роскошное убранство кают. Она обещала затмить свою старшую сестру — но началась война. И «Элизабет», еще по сути недостроенная, совершила первый трансатлантический рейс, спасаясь от немецких бомбежек. В Нью-Йорке уже стояла ее «сестра» «Мэри», срочно переоборудуемая в военный транспорт, все элементы декорации, ненужная роскошь, демонтировались и сдавались на берег. А «Элизабет» нечего было и сдавать, всех этих внешний атрибутов «королевы» она так и не успела получить.
Первоначально, по проекту, обе «сестры» брали на борт по пять с половиной тысяч солдат вместо довоенных двух тысяч пассажиров. Это было сочтено расточительством, уже в конце 1941-го был отдан приказ довести штатную вместимость лайнеров до пятнадцати тысяч человек. Во всех свободных помещениях разместили многоярусные койки и гамаки, но мест все равно набралось лишь двенадцать с половиной тысяч, было разрешено принимать на борт еще три на палубу, сидя, так что невозможно было повернуться, спать приходилось по очереди. И это был еще не предел — в августе 1942-го был зафиксирован рекорд: «Куин Мэри» сделала рейс через Атлантику, взяв на борт шестнадцать тысяч шестьсот восемьдесят три пассажира и восемьсот шестьдесят три члена экипажа. «Черные королевы», названные так за окраску корпусов (хотя в войну сменили цвет на малозаметный серый), ходили не только в Атлантике, их видели и Сидней, и Сингапур (естественно, до захвата его японцами). Но главным делом их жизни стала перевозка в Англию американских солдат для будущего «Оверлорда», случившейся в нашей истории высадки в Нормандии. Это были пехотинцы, танкисты, артиллеристы, не говоря уже о всяких тыловых службах — личный состав отдельно от техники, плывшей в трюмах грузовых пароходов.
В нашей истории обе «королевы» отлично справились с этой работой, вдвоем перевезя больше трети всего личного состава экспедиционной американской армии. В оба конца — после войны они так же везли солдат обратно, домой. А затем было короткое торжество, когда младшая «сестра» получила наконец все ей положенное: и роскошную отделку, и славу, и деньги. Но Голубую ленту ей завоевать так и не удалось, а после жизнь снова оказалась к ней несправедливой. Уже в конце пятидесятых через океан полетели первые реактивные, и очень скоро большие лайнеры оказались не у дел. Но если «Мэри» была уготована почетная жизнь корабля-музея, пусть и не у себя дома, а в Калифорнии, в Лонг-Бич, то «Элизабет» была продана гонконгскому судовладельцу для переделки в плавучий то ли университет, то ли отель. Однако во время работ на борту вспыхнул пожар, и «Элизабет» сгорела дотла. А владелец честно получил страховку и продал металлолом.
Но история уже перевела стрелку. И судьба, по крайней мере, младшей «королевы» оказалась совсем иной.
Британский королевский флот, Роял Нэви, бесспорно, воевать умел. Но британские адмиралы никогда не встречались с противником, имеющим авианосцы, за исключением одного эпизода в апреле сорок второго, когда соединение Нагумо, то самое, «перл-харборское», вырвалось в Индийский океан и нанесло удар по Цейлону, попутно утопив в близлежащих водах авианосец «Гермес» и крейсера «Корнуолл» и «Дорсетшир». Британцы не имели тактических наработок против авиаударных групп. Впрочем, этим тогда грешили и американцы, новая тактика лишь зарождалась, проходила проверку опытом — чего стоит даже победоносный Мидуэй, когда два американских соединения, находясь рядом, так и не могли наладить взаимодействие, и победа пришла к ним скорее в результате невероятного везения, а не военно-морского искусства.
В данном же конкретном случае британцы сделали подряд три ошибки.
Первой ошибкой было то, что, получив сведения о выходе в море «Шарнхорста» и «Цеппелина», они приняли за цель немецкого удара очередной северный конвой. Очень удачно совпало по срокам, да и желание отыграться за прошлые разы выглядело со стороны немцев логичным. Ну что же, джерри, мы вас ждем — в охранении линкор, хоть и старый, «Ривендж», но с пятнадцатидюймовыми, и два авианосца, хоть и эскортники, типа «Арчер», но по десятку истребителей каждый выпустить может. И конечно, конвойная мелочь — но гуннам здесь сильно прищемили хвост, даже их субмарины боятся заходить далеко на север, бог знает как русским это удалось, но нам спокойнее, больше не надо бояться быть потопленными. Так что штаб уже связывался с командованием русского Северного Флота, готовясь делить славу в счет будущей победы. Головко улыбался, стараясь не показывать беспокойства. Это надо было немцам вылезти в море, когда К-25 ушла! Однако же и без потомков кое-что у нас есть — в море были развернуты подлодки с новыми торпедами, авиаполки на аэродромах Банак и Хебуктен подготовились к удару, к Ту-2 подвешивались торпеды, авиаразведчики просматривали заданные районы. Отобьемся — не сорок первый, чай!