Страница 113 из 154
— Ты отомщен, Шаабан!
Касем притянул его к себе и сказал:
— День нашей победы близок. Остальных надсмотрщиков ждет такая же участь. Мы, хозяева нашей улицы и любящие потомки нашего деда, будем управлять имением.
Когда они вернулись в горы, женщины, уже узнавшие новость, встречали их радостными возгласами. Касем наконец-то дошел до дома.
— Ты весь в крови и пыли. Нужно помыться перед сном, — сказала Бадрия.
Помывшись, он прилег и застонал от боли. Она принесла ему еды и стала ждать, когда он сядет есть. Но Касем впал в полузабытье: он одновременно ощущал и удовлетворение, смешивающееся с счастьем, и беспокойство, переходящее в печаль.
— Ты ничего не ешь, — произнесла Бадрия.
Он посмотрел на нее затуманенным взглядом из-под тяжелых век.
— Скоро ты увидишь нашу победу, Камар, — сказал он, но тут же понял, что оговорился. Заметив, как Бадрия поменялась в лице, он приподнялся и смущенно проговорил, стараясь быть нежным:
— Какая вкусная у тебя еда!
Однако после его слов она, нахмурившись, отвернулась. Он взял кусок лепешки.
— Ну теперь я зову тебя, садись кушать! — сказал он ей.
— Она была старая и некрасивая!
Он согнулся от этих слов, как будто надломившись, стал грустным и сказал ей с упреком:
— Не говори о ней плохо! Такие, как она, заслужили светлую память.
Она с вызовом повернула к нему голову, но увидела на его лице такое горе, что ужаснулась, застыла и промолчала.