Страница 25 из 63
— Хорошо, милый, — ответила девушка, тоже голодная, но терпеливо ждущая возвращения любимого, — там и встретимся.
Выбрав на телепорте точку назначения, Денис отдал приказ и через четыре целых восемьдесят три сотых секунды оказался недалеко от коридора, в котором находилась его комната. Забежал туда, чтобы оставить клинки, и пошел в бар, где его уже ждала Мэй, потягивающая коктейль "Андромеда".
— Привет, мой герой, — восторженно чмокнула Дениса девушка.
— Привет, моя радость, — ответил молодой человек.
Денис еще по пути в бар сообщил Корнашару, что восстал из саркофага, как он это назвал, на что наставник поздравил Дениса, и предложил начать тренировку завтра, понимая, что сейчас молодому человеку не до него. Так что влюбленным никто не мешал, и они долго сидели и болтали, делясь впечатлениями, прерываемые только инопланетянами, подходившими чтобы поздравить Дениса. Молодой человек, смущаясь, отказывался от предложений выпить не только из-за скромности и желания побыть наедине с Мэй, но и помня наставления Корнашара, что не все из предложенного пригодно для человека.
Вечером, когда молодые люди уже собирались уходить, Денис спроси:.
— Мэй, как насчет того, чтобы в Москву прыгнуть? Еще три дня у нас есть?
— Что-то не хочется, — не поддержала его идею девушка.
Но Денис, проводив девушку в комнату, быстро сбегал к аппарату перехода и прыгнул в Москву. Попросив у дежурного сотрудника посольства телефон, Денис позвонил Еременко.
— Александр Евгеньевич, добрый вечер, не разбудил?
— Какой вечер, два часа ночи, Денис, — голос фээсбэшника был абсолютно бодрым, — нет, все нормально. Как ты?
— Да все в порядке, подлатали, как вы? Мэй говорит, вас тоже ранили?
— Ерунда, ногу зацепило, я рад, что с тобой все в порядке. Ты надолго? Выслать за тобой машину?
— Нет, спасибо, я только позвонить прыгнул, узнать, как вы, — отказался Денис, — уже обратно прыгаю.
— Хорошо, но, Денис, будь любезен, — голос Еременко стал твердым, как сталь, — как только появишься, один или с Мэй, звони мне, я вышлю за тобой бронированную машину и группу охраны.
— Как скажете, — Денис усмехнулся, но обещание дал. — Мне пора, до свидания.
— Счастливо, Денис, — попрощался подполковник. — Да, и передай привет Мэй. Тебе с ней очень повезло.
— Спасибо, передам, — Денис улыбнулся и положил трубку.
3 сентября. Межпланетная база вестиар N7, тренировочный зал участника Арены Дениса Новикова. 12 часов 32 минуты. Время местное.
— Неплохо, Денис, — начал разговор Корнашар во время перерыва. — Ты восстановил количество симбиота, потерянного при ранении, но из-за потери ты сейчас не в первых рядах. До следующего этапа у нас шесть с половиной дней, надо провести их с пользой. Будем рассматривать каждого сильного участника в отдельности. У нас есть достаточно информации.
— Неделя? почему так много? — удивился Денис.
— Это подогревает интерес к Арене, не так часто она стартует, чтобы пройти за несколько дней.
Следующие несколько часов учитель и ученик провели за большим экраном, висящим в спортзале, анализируя бои, приемы и движения, особенности поведения и даже характера представителей разных планет.
— Корн, — вдруг спросил Денис, увидев на экране синекожего, — это кто такие?
— Это, — Корнашар замялся лишь на секунду, — рагулы.
Но этой секунды Денису хватило, чтобы понять, что дело нечисто.
— Рагулы? Корн, что тебя с ними связывает? Рассказывай.
— Помнишь, я тебе говорил, что я из великой династии воинов? Верелири — военные вожди нашего народа. Боевое умение у нас передается от отца к сыну, от деда к внуку, если дед доживает до внука. Ценить воинскую доблесть так, как это принято у нашего народа, может только постоянно воюющий народ. Народ, у которого война не только смысл жизни, но и ее главный защитник. Так вот, Денис, наш враг — рагулы, — история своего народа была для Корнашара настолько важной, что он изменил своей обычной немногословности. — На моей родной планете — Ритоки, всего один материк, но довольно большой. Примерно посередине пролегает огромный горный хребет, разделяя наши владения. По одну сторону живем мы, ритоны, по другую — рагулы. Перейти горы можно в трех местах, это места постоянных сражений. И постоянно там гибнут представители обоих племен. Только зимой войны утихают, перевалы заносит снегом так, что их невозможно перейти. Рагулы считают верхом доблести привести пленного врага, издеваясь над ним, мы же не берем пленных, милосердно добивая раненых на поле боя.
— А если в плен сдаются? — спросил помрачневший Денис.
— В плен? — удивленно переспросил Корнашар. — Ни один представитель наших народов не сдастся в плен врагу. Захватить можно только раненого, и то — если он не может добить себя сам.
— Как-то у вас очень жестко все. Но тогда почему ты здесь? Обладая такой силой и скоростью, можно перебить в одиночку кучу этих рагулов и положить конец войне.
— Нельзя. Денис, мы пестуем свою воинскую гордость с детства. Никогда наш старший соплеменник не обидит младшего, никогда более сильный не нападет на слабого. Даже в войне я не могу драться с простыми воинами-рагулами, пусть они и кровные враги для каждого ритона, я могу убивать только носителей симбиота. Рагулы не имеют такой доблести, потому иногда, когда у них появляется носитель мутации Арены, они отдают все силы, чтобы подготовить его воином еще до достижения им возраста, с которого разрешено участвовать в сражениях на Арене. Пройдя Арену чаще всего победителями, они возвращаются и нападают на обычных ритонов, но мы четко следим за ростом и передвижением рагулов — участников Арены, я именно поэтому не покидаю базу, слежу за ними. Как только рагулы уходят с базы, ритоны, носящие симбиот, тоже возвращаются на родину, чтобы противостоять несправедливости и подлости.
— Ого как! Ты тоже убивал рагулов? не на Арене? — оживился Денис.
— Да. Я убил много врагов, но ни одного слабейшего. Я не потерял своей доблести, — в голосе ритона чувствовалась гордость.
— Ясно. Сложно все там у вас, но мне они тоже не понравились, — Денис встал, намереваясь продолжить тренировку.
— Денис, — Корнашар тоже встал и взял ученика за плечо, — это моя война, моя ненависть и моя доблесть. Ты не должен ненавидеть рагулов, это будет значить, что я плохо учил тебя. Для ненависти вообще есть мало причин, и у тебя их нет. Ненависть и злоба очернят твое сердце. Ты станешь великим воином, я чувствую это, но не растеряй своей доблести.
Корнашар закончил, отпустил руку Дениса, вытащил клинок и движением меча предложил продолжить тренировку.
Каждый день Денис теперь узнавал что-то новое, новые приемы, финты, удары, скрутки и движения. Постоянные повторения доводили это до автоматизма. Корнашар растил непобедимого воина.
Пекин, Китай, здание корпорации "Гейко".
Зал заседаний Совета директоров, 5-й этаж.
31 августа 2013 года. 16 часов 21 минута. Время местное.
Господин Ли, глава Совета, обвел собравшихся тяжелым взглядом.
— На нас с господином Чу и Мэй Линь было совершено покушение, — жесткий китаец сразу перешел к главному, ради чего и было созвано экстренное собрание Совета. — Если бы не Новиков, ставший сотрудником корпорации "Пламя", скорее всего, нас уже не было бы в живых. Лизард развязал войну. Ваши предложения.
Все участники экстренного созыва прекрасно знали манеру ведения разговора господина Ли и понимали, что у того уже есть план.
— Пожалуй, начну я, — старый Чу еще не совсем оправился и говорил громко, плохо слыша собственный голос. — Если мы не ответим, то наше положение ухудшится, а Лизард почувствует себя более уверенно. Допустить этого нельзя.
Краткая речь Господина Чу вызвала одобрение господина Ли, выраженное кивком головы.
— Полностью согласен с господином Чу, надо готовить операцию возмездия, — еще один китаец вступил в разговор, сразу уловив направление мыслей Чу.