Моя не понимать

Золоченые рамы окон…

Крыльцо, величиной с футбольный стадион…

Стены дворца выкрашены в оливково-зеленый цвет и расписаны неразличимым рисунками… А, нет, различимыми, включилось зрение-бинокль…

Герои, полководцы, короли, священники…

— Господин Хыгр.

Димка очнулся. Опять приступ сна или просто ошарашило зрелище?

— Пойдемте.

Вошли во дворец, понятно, не через парадный вход. Там были такие створки, что в них можно было въехать на танке. Даже на трех танках, в ряд.

И парадные двери и скромная дверца, в которую они вошли, были выкрашены в глубокий красный цвет и украшены большими позолоченными шляпками гвоздей, из-за чего напоминали дверь стандартной квартиры, обитую дермантином.

Во дворце господин Шарль завел Димку в небольшую проходную комнату, непонятного назначения и оставил его под присмотром эльфа Этьена. Тут стояли стулья, обитые красной кожей, но их тоненькие ножки не вызывали желания присесть. Димка торчал в углу, чувствуя себя чучелом медведя. Напугал одну служанку, которая и вправду приняла его за чучело и потянулась потрогать. Считал проходящих туда-сюда людей. Пытался думать о чем-то полезном, например, чем он будет заниматься, если все пройдет успешно и король действительно выдаст ему разрешение открыть мастерскую. Думалось плохо, мандраж колотил. Этьен курил одну сигару за другой. Время тянулось, как жвачка…

— Ну что, господа и сеньоры, — в комнатку ворвался господин Шарль, — начинается королевский прием. Мой выход.

Малая приемная… Какая, к черту, малая, приемная была чуть не в гектар!

Вытянутое помещение. Мраморный пол в черно-белую шахматную клетку Высоченные потолки, с висящими светильниками. Вдоль стен выстроились черные доспехи, похожие и непохожие на земные. Доспехи держали в металлических руках красные щиты, схожие с древнерусскими.

В одном торце помещения находилась дверь, через которую входили дворяне. Их слуги и прочие простолюдины, которым по различным причинам позволили присутствовать на королевском приеме, запускались через маленькую дверцу сбоку. Видимо, неуместно дворянам стоять в одной очереди с какими-то слугами. Хотя господин Шарль нагло вошел через центральный вход.

Проход слуг на некоторое время застопорился, разумеется, на Димке, который в той кошачьей дверце просто застрял. Придворные, ответственные за организацию приема, решили вопрос быстро и просто — дождались, пока войдут все дворяне, после чего быстренько впихнули Димку через главные двери. Огромные, ростом с Димку, если не больше, тролли-гвардейцы в раззолоченных кирасах, стоящие у двери, и глазом не повели.

В приемной тоже существовало разделение: простой народ, должен был встать у стен справа и слева, не лезть в центр, где стояли дворяне и не лезть вперед. На полу были отчерчены широкие полосы, показывающие, куда нельзя заходить. Самая широкая делила приемную примерно пополам, видимо, чтобы никто не приближался к королю слишком близко… Тут Димка увидел трон…

Огромный, золотой, он занимал почти все пространство у противоположной стены. Да чтобы комфортно сидеть на нем, нужно быть метров пяти ростом! Какой же здесь король? Великан?

Димка почувствовал себя маленьким испуганным яггаем, забившимся в угол огромной приемной. Некстати вспомнилось, что король принадлежит к редкой расе, сразу полезли в голову картинки различных монстров…

Другие горожане, держа в руках конусы — Димка сдернул свой котелок — прижались к стенам. Судя по всему боялись больше Димки, хотя им-то ничего сверхъестественного не грозило…

Дворяне плотным белым облаком толпились в центре зала. Одиноким шестом возвышался господин Шарль. Парадная одежда на всех была одинаково белая, различить принадлежность можно было только по разноцветным шарфам, и то некоторых, потому что Димка знал расцветки не всех ведомств.

Вон стоит единственный кроме господина Шарля знакомый человек — старик-герцог Алекс, начальник жандармов. Один из подозреваемых… Трудно подозревать человека, который потерял дочь и до сих пор выглядит пришибленно.

Вот голубо-белый шарф королевской полиции на шее низкорослого гоблина. Этот начальник Димке не понравился, гоблины вообще редко вызывают симпатию.

По описанию господина Шарля и ярко-красному шарфу с рисунком Димка опознал военного министра. Невысокий, можно даже сказать, щуплый. Взгляд старого вояки…

Интересно, кто из них…

Запели невидимые трубы.

— Его величество король Этой страны Вадим Добрый! — прогремел такой же невидимый голос.

Раскрылись двери в стене около трона, огромные, под самый потолок. Сейчас в них войдет — вползет? — таинственный король.

Трубы…

В двери вошел король. Он был велик и прекрасен.

Он был огромен.

Глава 38

В двери вошел король. Он был велик и прекрасен.

Он был огромен.

Золотые кудри, волнами спадающие на плечи… А это наверное корона? Узкий обруч с драгоценным камнем надо лбом…

Бронзовый загар, кожа именно того оттенка, когда ее уже можно назвать бронзовой, но еще нельзя сравнить с пережаренным беляшом…

Сверкающие глаза…

Лицо античного бога, короткая кучерявая борода, отливающая тем же золотом…

Стройное тело, даже несмотря на белоснежный мундир — рукава просто узорно-золотые — и красный плащ, понятно, что король обладает мускулатурой Аполлона…

Король поднялся по ступням к трону и сел на него. Трон был как раз по размеру.

Рост короля — около четырех метров.

Сидящим на троне он напоминал одно из чудес света — земного света — огромную статую Зевса в храме.

Горожане, наверняка впервые в жизни видящие короля, оцепенели при виде гиганта. Даже придворные и дворяне, для которых зрелище было не в новинку, и те, судя по лицам, чувствовали себя неуютно…

И тут включился внутренний бинокль и разрушил все очарование.

Ах вы ж, мерзавцы…

Приемная оказалась короче, чем казалась на первый взгляд. Точно рассчитанная зрительная иллюзия увеличивала длину приемной, одновременно увеличивая в глаза зрителей рост короля.

Начиная от черты, за которую нельзя было переступать, черно-белая клетка пола, доспехи у стены, светильники на потолке, даже окна, все это уменьшалось в размерах так, чтобы казалось, что это уменьшение вызвано удалением предмета от глаз. Доспехи у входа, к примеру, были в рост высокого человека, у трона же они становились доспехами для карликов, хотя выверенное расстояние между ними создавало впечатлении, что все доспехи одинакового размера, просто приемная длиннее. К трону снижался потолок и сужались стены. Все это — для создания иллюзии огромного роста короля.

На самом деле и трон был в высоту от силы метра три, да и король не превышал двух метров. То есть высокий, конечно, но в пределах человеческих параметров, отнюдь не великан. Да и…

Димка присмотрелся к королю повнимательнее. Нет, все правильно: стройный, наверняка очень сильный, красивое лицо, волосы, борода…

Вот только, судя по лицу, королю не больше двадцати лет.

Димка вспомнил, что господин Шарль упоминал о молодости короля, но, кажется, забыл уточнить НАСКОЛЬКО тот молод.

— Мои подданные!

А вот голос у короля был королевский. Таким громовым выкриком только армии в бой отправлять. Хотя… После иллюзии приемной Димке казалось, что голос короля звучит из невидимых динамиков — да ну, каких динамиков — или каких-то еще ухищрений.

Король предложил подданным смело высказать все, что привело их к королю. Ага, так тебе подданные и рассказали о своих проблемах. Сто процентов, все горожане в приемной пропущены через десять фильтров и заинструктированы до потери сознания. Донести правду до правителей во все времена — и, наверное, на всех планетах — было сложно. Жалует царь, да не жалует псарь…

Торжественный прием все больше начал походить на какую-то планерку. Выступили все желающие из дворян, кратко доложив о состоянии дел на вверенном им направлении, король кого похвалил, на кого погневался… Часть горожан, запинаясь и заикаясь, встала на колени на отведенном для этого месте и донесла свои чаяния и надежды. Король грозно насупив брови — только Димка видел, как наигранно это выглядит — пообещал кому помочь, кого наказать…