Страница 10 из 38
Будучи чрезвычайно высокого мнения об удивительных свойствах этого напитка, Линней включил дерево какао в род Theobroma (theos по-гречески — бог, broma — пища). Однако дальше возник любопытный казус. При более подробном изучении рода Theobroma оказалось, что в него входят и виды с невкусными плодами, а один — с вовсе несъедобными. Вот вам и «пища богов»! Вопрос был решен, можно сказать, одним росчерком пера: Линней выделил несъедобный вид в отдельный род Abroma, выгнав его из пищевых продуктов частицей-отрицанием «а». Так родилась аброма царственная (Abroma augusta) — пусть цари питаются тем, что для богов несъедобно. И если уж мы ведем речь о какао, то заметим, что его название возникло задолго до появления чужестранцев на американском континенте. Только звучало оно раньше несколько иначе — какаоакуауитль. Для европейского языка несколько трудновато, так что стали обходиться укороченным вариантом.
Довольно странным оказывается перевод латинского названия чингиля или чемыша — Halimodendron — приморское дерево. Между тем чингиль обитает в безводных пустынях Средней и Центральной Азии. Что имел в виду известный ботаник Фишер, давая такое название, — неясно. Может быть, солончаки, на которых растет чингиль, напомнили ему засоленные морские побережья?
В практике цветоводства все чаще начинает появляться растение со сложным именем мезембриантемум (Mesembrianthemum), которое обычно пытаются перевести как полуденник или послеполуденник. Яркие красные и розовые цветки раскрываются, как полагали, лишь в солнечную погоду, а в сумерках и в пасмурные дни они закрыты. Отличительный признак — светолюбие — приняли во внимание, когда растению в 1684 году дали его латинское название (mesembria — полдень, anthemon — цветок). Но потом выяснилось, что имеются (и в довольно большом числе) виды, которые цветут не только днем, но и ночью. Прежнее название отвергли, предложив впоследствии теперешнюю редакцию — Mesembryanthemum. Различие невелико: буква «i» заменена буквой «y», но смысл уже совсем другой. Mesos — по-гречески середина, embryon — зародыш, завязь. Срединное положение завязи — вот признак, который теперь объясняет название. Наверное, следовало бы изменить и русский перевод, однако попробуйте создать достаточно емкое, простое, правильное и благозвучное название!
Или такие спорные имена. Среди цветоводов очень популярны аквилегии (Aquilegia) — растения с оригинальными цветками. Каждый лепесток венчика представляет собой срезанную косо воронку, продолжающуюся в виде более или менее длинного, иногда загнутого крючком шпорца. Наряду с латинским в цветоводческой практике бытуют и русские названия, главным образом водосбор и орлик. Происхождение и того и другого вполне объяснимо: оба они являются переводом-калькой одного и того же латинского словосочетания, хотя по смыслу не имеют ничего общего. И все-таки резон тут есть. Латинское aqua — вода и legere — собирать — основы первого перевода. И объяснение логичное: вода (роса, капли дождя) накапливаются в шпорцах цветов, если они, конечно, не поникающие, как нередко бывает. Второй перевод обязан своим возникновением латинскому Aquila — орел. Возможно, что-то общее подмечено в форме клюва этой птицы и загнутых шпорцев. Как бы то ни было, встает вопрос: чему отдать предпочтение? Обычно по-русски аквилегию принято звать водосбором. Но вот что интересно. Средневековые травники называют это растение иначе — аквилейя (Aquileia). Следовательно, аквилегией, или, если хотите, водосбором оно стало сравнительно недавно, а раньше, видимо, имело основой своего имени не воду, а орла.
Можно удивляться и спорить по поводу многообразия различных толкований одних и тех же названий. Вот, например, малина. Казалось бы, слово исконно русское, однако же есть и предположение, согласно которому название дано по цвету ягод. Но вот по какому? Ведь в роде малина (Rubus) раскраска ягод, а точнее сложных костянок, самая разная: от собственно малиновой до почти черной (у ежевики) и восково-желтой (у морошки). Тут-то ученые и спорят. Одни считают, что в основе лежит черный цвет (от древнеиндийского malinas — черный), другие опираются на бретонское melen — желтоватый, наконец третьи предпочитают латинское mulleus — красноватый. Словом, сколько расцветок, столько и мнений.
Для некоторых остается загадкой, почему латинское название сельдерея Apium происходит от греческого apex, что значит вершина, верхушка и даже затылок. Не зная конкретных исторических обстоятельств, можно строить самые различные предположения. А объяснение весьма простое и точное: в древности листьями сельдерея, обычной ныне столовой зеленью, увенчивали победителей Немейских игр, которые проводились в Греции, в Арголиде, в промежутках между другими, более крупными — Олимпийскими. Из сельдерея делали венки и возлагали их на головы (вот откуда появился apex!) выдающихся спортсменов. Знаменитый врач XI века Одо из французского города Мена оставил нам книгу «О свойствах трав», где описано 77 растений, в том числе 12 ароматических и пряных, среди которых целая глава посвящена сельдерею. В ней описывается упомянутый выше древний ритуал и уточняется:
Рис. 13. И венок, и приправа.
Интересно, что и в России сельдерей появился сначала не как пищевая приправа. При Екатерине II его можно было видеть опять-таки на головах придворных. Впрочем, это не единственный овощ, использовавшийся для подобных целей. На замечательной гравюре А. Дюрера «Меланхолия» изображена аллегорическая фигура женщины в венке, который сплетен из… кресс-салата (Nasturtium officinale).
А теперь обратимся к цитрусам. Что может быть общего между ними и кедром? Уж очень они разные. Тогда почему душистая кожица лимона — цедра так созвучна кедру? Легче всего объяснить это простым совпадением. Однако давайте попробуем разобраться.
С цитрусовыми, точнее сначала с лимоном, европейцы познакомились, по-видимому, в IV веке до новой эры, во время походов в Азию Александра Македонского. А само название встречается впервые в описаниях Палестины, сделанных в XIII веке: «Сверх того есть еще другие деревья, производящие кислые плоды с едким вкусом: их зовут лимонами; их сок с удовольствием употребляют летом с мясом и рыбой, так как он холоден и сушит нёбо, и возбуждает аппетит». Однако еще раньше он упоминается в китайских летописях XII века, где описан плод «лимунга», который был завезен в Китай из других стран. Греки и римляне знали его под именем malus midica — мидийское яблоко (то есть из малоазиатской провинции Мидии). Позднее это название превратилось в malus medica — медицинское яблоко, и первоначальный смысл был искажен.
Здесь мы пока прервем рассказ о цитрусах и обратимся к кедрам. Подчеркнем, к истинным кедрам, потому что у нас кедром часто ошибочно считают сибирскую сосну (Pinus sibirica), дающую вкусные «кедровые орешки». Настоящих кедров ботаники насчитывают четыре вида, из которых атласский, кипрский и ливанский встречаются в Средиземноморье и лишь один — гималайский — имеет географически изолированную от них область распространения. Вообще же это обозначение происходит от греческого названия данного дерева — kedros. При переходе из Греции на Апеннинский полуостров оно превратилось в цедрус (Cedrus). Средиземноморские кедры, прежде всего ливанский, издавна ценились за желтовато-коричневую, прочную, негниющую и ароматную древесину. Ее использовали для постройки домов, кораблей, изготовления мебели и более мелких поделок. Особенно славились лари для хранения одежды, которая в них приобретала приятный смолистый запах и совсем не страдала от моли.