Страница 21 из 67
– Возможно, я смогу помочь. Позволь мне попытаться связаться с Джеком, – попросил Дэниел.
– Что ты сможешь? Попытаешься связаться себя узами крови с тигром? – Квинн покачала головой. – Уходи, Дэниел, тут твои особые способности не нужны.
– Я забыл больше магии, чем владеет большинство ведьм-людей, Квинн. Одна из способностей старшего мага гильдии ночных странников – научить других призывать души умирающих смертных, – пояснил Дэниел. – Дай мне попробовать. Я не причиню ему боли. Может, даже помогу.
К его изумлению, Квинн сначала посмотрела на Серай, а затем на Аларика. Оба кивнули в знак согласия, хотя последний с некоторым скептицизмом.
– Ладно, попробуй свои силы. Но потом я забираю его с собой, чтобы он смог излечиться в тишине и покое.
Квинн отодвинулась немного в сторону, не выпуская из пальцев шерсть Джека. Тигр проследил за ней глазами, но не напал, а просто сидел, дрожа, в середине их малочисленной группы. Дэниел снова, во второй раз за ночь погрузился в себя и призвал свое энергетическое альтер-эго, полное сил уничтожения, которые он буквально только что выпустил на свободу. Дэниел так давно не пользовался своими способностями, что они неспешно отвечали на зов. Да и то не в полную мощь, о которой он смутно помнил с далеких времен. Дэниел сражался кулаками, кинжалами и вампирскими силами так давно, что чуть не забыл о своем волшебстве. Возможно, он не заслужил возвращения способностей, которыми пренебрег и которые презирал. Но магия ответила: медленно, болезненно она, наконец, послушалась. Дэниел произносил волшебные слова на языках, существовавших до возникновения французского, а магия отзывалась, позволяя задать один непростой вопрос.
«Джек. Ты здесь? Джек Шеперд из семейства тигров, слышишь ли призыв смертного или уже канул в небытие?»
Дэниел ожидал ответа очень долго. Он уже был готов признать поражение, когда послышался слабый, едва слышный голос Джека.
«Я не знаю, где я и вернусь ли назад. Не знаю, хочу ли этого. Оставь меня в покое, вампир или маг, кем бы ты ни был. Дай мне сделать свой выбор. Больше не зови меня, в противном случае я уйду навсегда. Смерть так и манит меня».
Дэниел ждал, но оборотень больше ничего не сказал. Джек должен вернуться сам, и ничто не могло повлиять на него. Во всяком случае, тигр так думал. Однако Дэниел понимал, что к чему. Однажды он сам воскрес из мертвых ради мечты о любви к женщине. Может та любовь, которую Джек испытывал к Квинн, и ее чувства к нему, пусть и не такие сильные, как ее связь с Алариком, станет достаточным поводом для возвращения с того света. Дэниел повернулся к Квинн.
– Я не знаю, вернется ли он когда-нибудь, – предупредил он. – Насколько я почувствовал, Джек где-то в глубине, может и не в тигре, но совсем рядом. Но он не вернется, если мы станем на него давить. Джек предупредил меня, что если мы попытаемся его заставить, то он не послушается.
Квинн прищурилась.
– Если он считает, что может переупрямить меня, то крупно ошибается. Пойдем, Аларик. Забери нас отсюда, и пусть тигр вылечится и найдет себя.
Аларик просто кивнул, взял ее за руку и взмахом другой поднял тигра на мерцающей подушке чистой энергии. Портал, теперь способный вместить шестерых воинов, идущих рядом плечом к плечу, ярко засиял в свете лунной ночи. Дэниел осмотрелся и заметил, что останки вампиров растаяли и впитались в почву или исчезли во тьме.
Райзен, стоящий позади тех, кто окружил Джека, и кого Дэниел до сих пор не заметил, смотрел на портал с таким тоскливым выражением лица, что Аларик остановился при виде воина.
– Кого-то еще надо исцелить? Я забыл о своих обязанностях.
Райзен покачал головой.
– Нет, у оставшихся в живых лишь незначительные травмы. Вы… вы направляетесь в Атлантиду?
– Ты можешь вернуться домой, – ответил Аларик Райзену. – Ты сам выбрал ссылку. Конлан предлагает тебе прощении и исцеление.
Райзен глубоко вдохнул, но остался на месте.
– Я должен завершить еще одно задание для Квинн.
Мелоди, чье лицо было все в боевых синяках и ссадинах, посмотрела на Райзена и взяла его за руку.
– Благодарю. И за то, что ты сделал во время сражения. Я бы уже валялась мертвой, если бы не ты, а мир потерял бы одного крутого хакера.
Мел попыталась улыбнуться, но не смогла, и слезы побежала по ее щекам, когда она посмотрела на подругу и командира.
– Позаботься о Джеке ради меня, начальница, а уж я за всем здесь прослежу.
Квинн кивнула, но даже не оглянулась. Она уже шла перед Алариком к порталу, не отнимая руки от шкуры тигра.
Аларик повернулся к Дэниелу прежде, чем ступить в сияющий световой овал.
– Судьба шестерых женщин и самой Атлантиды зависит от того, что случится с этим драгоценным камнем, Дэниел. Не подведи их. И так как Серай не собирается возвращаться на родину, то я пришлю подмогу. И немаленькую.
– Нам не нужна помощь от тех, кто запер женщин на тысячелетия, жалкий жрец, – ответила Серай, глаза которой снова стали идеального темно-синего цвета. Значит, она не потеряла свои способности. – Если я вернусь сейчас, то потеряю возможность найти «Императора». Возможно, опасность, угрожающая моей жизни ничтожна, так как я вышла из анабиоза, но я не собираюсь жертвовать жизнями других пленниц, чтобы спасти свою.
– Она остается, – подтвердил Дэниел, – но мы примем любую помощь, которая обеспечит ее безопасность.
Он проигнорировал раздражение Серай. Дэниел не желал рисковать ее жизнью из-за глупой гордыни. И как только к принцессе вернется здравый смысл, она признает его, Дэниела, правоту. Аларик кивнул, а затем их невероятная троица – жрец, командирша мятежников и тигр, который, вероятно, никогда не станет человеком, – прошла через ворота.
Когда свет портала пропал, поглотив троих путешественников, остальные вздохнули, словно все это время задерживали дыхание.
– Это просто невероятная хрень, – проворчала Мелоди, чье залитое слезами лицо совершенно не вязалось с резкими словами. – Я пойду в город, закажу себе номер в отеле и приму горячий душ. Завтра рано утром решим, что нам делать. Кто-то составит мне компанию?
– Я не оставлю тебя, пока мы не выполним задание, – категорично заверил Райзен. – Показывай дорогу. Однако нам следует разузнать, кто были те кровососы и почему они на нас напали. Заодно ли они с вампиром, контролирующим этот район? С Николасом? Или поддерживают ведьм?
– Или хуже того, работают на банкира-человека, – проворчал Дэниел. – Однако сегодня мы должны найти укрытие и отдохнуть.
Серай поддержала эту идею:
– Да, я бы хотела пожить в гостинице прежде, чем…
Она запнулась, но Дэниел понял, что атлантийка собиралась сказать: «Прежде, чем я умру».
– Даже не думай об этом, я запрещаю, – предупредил ее Дэниел.
Серай лишь вздохнула, едва держась на ногах от усталости.
– У меня нет сил спорить с тобой, и мне нужна горячая ванна. Давайте сначала передохнем, а уж потом поговорим.
Дэниел недоумевал, как они доберутся до гостиницы, кто позаботится о погибших людях, но мятежники не в первый раз теряли своих соратников, поэтому разработали целую систему. Через час они устроились в отеле в Седоне, и вампир постепенно опустошал минибар от бутылочек виски, стараясь не думать об обнаженной отмокающей в ванне Серай, отделенной от него лишь тонкой дверью. Он чувствовал аромат соли для ванны, которые атлантийка добавила в воду. Вдыхал запах мыла и шампуня, касающихся ее идеальной кожи и прекрасных волос. Но возникла более неотложная проблема. Дэниел чувствовал кровь Серай.
Он втягивал носом запах сладкой, дарующей жизнь жидкости, текущей по венам под идеальной и такой тонкой кожей. Дэниел использовал столько магии, о которой прежде забыл, что растерял силы и энергию. И жажда крови, которой он управлял многие тысячелетия, подняла свою чудовищную голову, принюхиваясь к своей добыче.
И этой добычей была Серай.
Глава 12
Седона