Страница 20 из 23
Стараясь отвлечься, я огляделась по сторонам. Бронзовые часы со сражающимися вампирами зажглись языками пламени, но они больше никого не удивляют. Теперь учащиеся не теснятся плотными группками – смешались с Хранителями, почувствовав себя неотъемлемой частью этого зала. Да и на лицах опытных Хранителей больше не видно насмешек или выражения превосходства. Старшекурсников приняли в свои ряды. Все перемешались, сидят на роскошных (времен Ренессанса) диванах, установленных вдоль серых каменных стен. Некоторые расположились в глубоких креслах за столом: разглядывают карты местности с точками патрулей и изображения с видеокамер на многочисленных плазменных панелях.
Справа от камина, рядом с Инессой Анохиной, светловолосой девушкой с круглым личиком, я увидела Елену. Ого, здесь еще один убивающий взгляд, но теперь он направлен не только на Тагашева, но и на меня. Ну и пусть – лишь бы ей в радость. Плохо, что она все еще входит в нашу группу. Подозреваю, и без того напряженные отношения между Максом и Елизаром станут невыносимо сложными, а теперь еще и она.
Чуть левее я увидела брата-близнеца Елены. Ничего не изменилось: в карих глазах Рината прежнее обожание по отношению ко мне, даже присутствие Макса его не смущает. Назойливый, как репей, поклонник не желает смириться с мыслью, что в длинном списке его избранниц числиться я не желаю. Будто отвечая на мои мысли, Размаев улыбнулся. Не удостоив его вниманием, я села в отодвинутое Максом кресло. Кивнула Роману и Павлу, затем сосредоточилась на Фомине. Юрий Петрович, двигаясь вдоль стола, уже раздавал листочки с местами патрулей. Наконец белый листик опустился напротив меня. Елизар и Макс, сидящие по обе стороны, едва не задевая плечами, наклонились одновременно.
«Галкино» – четким, угловатым почерком выведено на листе место нашего патрулирования. «Тагашев, Фадеев, Демина, Самохин, Размаева», – прочла я фамилии нашей группы, покачивая ногой в ботинке для трансформации. Посмотрела на Елизара. Глядя на список, он поморщился. Оно и понятно: находиться в обществе этой девушки, похоже, будет сложно не только мне.
– Что за район? – Я повернулась к Максу. Убеждена, что он дежурил там не раз. Мегаполис и всю территорию, контролируемую Хранителями из нашего городка, парень знает лучше всех нас.
Елизар ничего не спросил у Фадеева, но, откинувшись на спинку стула, ожидал пояснений. Ответил Павел Самохин. Парень уже подошел к нам и заглянул в лист распределения.
– Небольшой поселок в ста двадцати километрах от мегаполиса. Граничит с нейтральной территорией. Фомин предполагает, что именно оттуда в ночь нападения Охотники пришли в лабораторию, – как вызубренный урок, на одном дыхании выпалил подросток и, ожидая реакции своего наставника, повернулся к Максу.
Кончики губ Фадеева поползли вверх: он улыбнулся, давая понять, что Павел запомнил правильно. Скорее всего, на тренировке не только отрабатывали боевые приемы, но и опять штудировали расположение наиболее опасных территорий. Тагашев сдержанно кивнул. Вероятно, после слов Фомина легкого патруля он и не ожидал. А я забеспокоилась. Упоминание об Охотниках вызвало озноб.
– Чем порадовал Юрий Петрович? – раздалось за спиной. Брат Елизара вынырнул из толпы Хранителей и, лукаво улыбаясь, подошел к нам.
– Очевидно, не самое спокойное место, – поднимаясь, хмыкнул Тагашев. Потянувшись, я последовала его примеру. – А что у тебя, Марк?
– Мы с моей группой охраняем Колесникова, до тех пор пока часть лаборатории не будет перенесена под защиту клана, – вроде бы равнодушно пожал братец плечами, но по лицу чуть ли не бегущей строкой промелькнула реклама собственной значимости. Рукопожатием он поздоровался с Максом и Павлом.
Я не удивилась. Фомин старался распределить силы. Елизара и Макса как тяжелую артиллерию директор решил отправить на приграничную территорию. Я вхожу в их группу и соответственно отправлюсь с ними. Хотя кто в чью группу входит – спорный вопрос. Макс сопровождает меня на правах охранника, а Елизар – наставник. Но для Юрия Петровича это не имеет значения. Главное, парни окажутся там, где ему нужно. Очевидно, из моей практики он решил извлечь пользу для клана. Хотя если припомнить наш разговор перед нападением, на меня он тоже возлагает немалые надежды. Льва Колесникова теперь будут сопровождать не трое Хранителей, а сильный мракаур в лице Марка с его группой, в составе которой Роман, Ринат и еще парочка опытных Хранителей. Не скажу, что мне все это по душе, но Фомину видней.
– Будь осторожен, Марк. – Елизар похлопал брата по плечу.
– Вы тоже, – серьезно кивнул Ланбин. – А в лаборатории сейчас спокойно. Внешние стены укреплены, да и Хранителей значительно прибавилось. Переживать не стоит, – успокоил он родственника.
Переводя взгляд с одного на другого, я старалась уловить отчужденность или холод, возникший между братьями, но не разглядела ничего. Напряжения между ними я ждала не случайно. Стараясь защитить Марка и Альбину, Елизар даже от них скрывал тот факт, что был ведущим Охотником. И, похоже, так и не решился рассказать им о смерти родителей, которых Виктор Коншин уничтожил в отместку за присоединение к верлафам. Не то чтобы они тесно общались, но родители – это всегда родители, к тому же они любили сыновей, хоть и были мракаурами. Собственно, за способность любить их и презирали в клане. Но неужели Елизар до сих пор боится, что Марк не простит его? Глядя на сияющее улыбкой лицо парня, я не могла в это поверить. Не догадываясь о моих мыслях, Марк запустил пальцы в прическу и подмигнул:
– Альбина скучает. Ты стала редкой гостьей, Злата.
– Мы созванивались. В субботу по плану девичник, – отозвалась я.
– Тонна воздушной выпечки, цистерна чая и горка свежих сплетен, – хмыкнул Марк, охарактеризовав наши посиделки.
Я рассмеялась. Парень-лампочка, притягивающий к себе друзей, как мотыльков. Но тут мое внимание привлекла Елена. Несколько минут назад она сверлила во мне дыры, а сейчас спокойна. Покачивая бедрами и вызывая восхищенные взгляды мужской половины зала, топает к нам. Томно взмахнув длинными ресницами, Размаева обворожительно посмотрела на Фадеева.
– Макс, я могу поехать с тобой? – во весь рот улыбнулась она.
Брови парня удивленно подпрыгнули вверх.
– С Тагашевым не поеду: либо молчит, либо говорит о своей ученице, – сразила Елена. – А у меня от этого уже мозги набекрень. – Розовые ноготки уютно устроились на локте Фадеева. – Злата, ты ведь не против? – как ни в чем ни бывало, обратилась она ко мне. – Заодно и поворкуете. В коридоре вам ведь помешал Фомин, – будто невзначай добавила она.
От такой наглости я застыла на месте. Вряд ли Елизар когда-либо говорил с ней обо мне. Естественно, это ложь. Но наверху она меня все же почувствовала. Макс нахмурился. Мою руку он не выпустил, зато повел широченными плечами, словно желая сбросить кисть Размаевой. Он изучал надменное лицо. Не менее раздраженно смотрела и я. Хочет поссорить нас с Максом? Ну это у нее вряд ли получится. «Нет», – внезапно поняла я. Она знает о чувствах Елизара ко мне… Догадка родилась в голове сама собой. Елена старается заставить ревновать Макса. Хочет столкнуть их из-за меня. А это несложно. Отношения парней давно облиты бензином. Спичка – и разрушительное пламя вспыхнет. В темных глазах Елизара появилось по льдине. Очевидно, он злился не меньше Фадеева.